Лиза Хигдон - Когда ты станешь моей

Элинор швырнула щетку для волос на туалетный столик. Неужто Джулиан? Этого еще недоставало.

– Пошевеливайся, гусыня! – прошипела она. – Помоги мне с прической, живо!

Служанка трясущимися руками схватила гребень и несколько шпилек, которые тотчас же уронила. Элинор, влепив ей затрещину, велела проводить сэра Локвуда в гостиную и стала наспех заканчивать свой туалет. Она с восхищением разглядывала свое отражение в зеркале, любуясь густыми светлыми волосами, голубыми прозрачными глазами и безупречным овалом матово-бледного лица. Супруга следовало встретить во всеоружии. Какая досада, что с ней сейчас нет Обера Фортье! Она озорно улыбнулась, потому что это могло быть и к лучшему. Надо постараться обернуть сложившуюся ситуацию в свою пользу, только и всего.

Она сделала неприступный вид и медленно вплыла в гостиную. Джулиан выглядел безупречно. За прошедший год он нисколько не изменился, был все так же красив и элегантен. Повернувшись к ней лицом, он смерил ее все тем же холодным, презрительным взглядом.

Решительно ничто не изменилось, черт бы его побрал.

Душу Элинор захлестнула волна ярости.

– А-а, вот кто изволил ко мне пожаловать, – с издевкой воскликнула она, – дражайший супруг! Не иначе как похвастаться своей рыжей дикаркой из колоний, жалкой актрисой из массовки! Джулиан, опомнись! – В голосе ее зазвучали трагические нотки. – Твой отец от такого позора в гробу перевернется!

Джулиан насмешливо посмотрел на нее:

– А не лучше ли было бы тебе позаботиться о спокойствии собственного родителя?

– Ну, мой-то еще жив! – фыркнула Элинор.

– И предпочитает носа не высовывать из Йоркшира, чтобы не слышать пересудов о дочери, причем отнюдь не беспочвенных, – кивнул Джулиан. – Ответь теперь, почему ты явилась сюда, нарушив мой запрет?!

Элинор жеманно повела плечами.

– Откуда ты узнал, что я здесь?

– Это было нетрудно. Твоя скандальная слава настолько оглушительна, что не только преследует тебя, но порой и опережает. Что это еще за история с молодым итальянцем, который удавился по твоей вине?

– Вот так всегда! – с надрывом воскликнула Элинор. – Люди готовы снести к моему порогу любую грязь, какая встретится у них на пути. Я не знаю, почему этот помешанный так поступил, ясно?! А что до тебя, то я своими ушами слышала, что ты вступил в греховную связь со своим секретарем, а после завел еще и содержанку.

– Просил бы не отзываться о мисс Ланкастер в подобном тоне.

Элинор хищно сощурилась. Губы ее тронула злорадная усмешка.

– Это еще почему? Скажите, какая принцесса выискалась! Джулиан, – она картинно заломила руки, – неужто ты не боишься себя скомпрометировать? Ты все о ней выяснил? Тебя не смущает, что знакомство ваше состоялось в борделе мадам Деверо?

Джулиан махнул рукой, но нахмурился, и она безошибочно угадала, что удар попал в цель.

– Людям ведь не прикажешь молчать. А вдруг по Лондону поползут слухи, что она американская шпионка? – Элинор округлила глаза и попыталась изобразить страх.

Джулиан лишь усмехнулся. Мысль о том, что кто-то способен принять Лауру за шпионку, показалась ему забавной.

– К твоему сведению, во время войны она жила во Франции. И никогда не имела доступа к государственным секретам. Ни в Америке, ни в Париже, ни здесь. Это выяснил Малькольм еще до нашего с ней знакомства.

– Значит, на сей счет можно не беспокоиться. – Элинор мягко улыбнулась, отдавая должное уму и предусмотрительности Малькольма. Уж этот не спугнет дичь, прежде чем та запутается в силке!

На миг ей стало даже жаль этого статного красавца, простофилю Локвуда, чью карьеру она собиралась погубить. Он мог бы стать прекрасным мужем и завидным спутником на балах и приемах. После того, что она намеревалась сделать, ему останется только затвориться до конца своих дней в этой гадкой деревне в Кенте. А она, не подозревавшая об измене мужа, привлечет к себе всеобщее сочувствие и снова будет блистать красотой в гостиных и бальных залах.

Голос Джулиана прервал ее мысли:

– Я говорил с адвокатом, Элинор. Наш брак будет аннулирован.

Глаза ее сузились от гнева.

– На каком же основании, хотела бы я знать?!

– На основании того, что он фиктивен.

– И ты надеешься, что этому поверят? Ведь мы женаты уже шесть лет! Твое слово против моего, и только. А я заявлю, что принадлежала тебе бессчетное количество раз, причем во всех постелях, на всех каминных ковриках, на всех столах твоего особняка! – Она взглянула на него с торжеством, которое почти померкло, когда он заявил:

– Поверят. После того как некий баронет, имя которого тебе хорошо известно, даст письменное свидетельство, что обладал тобой под лестницей упомянутого особняка через час с небольшим после нашего венчания. – Он улыбнулся, глядя на нее. – Но даже если он этого не сделает, я с тобой разведусь. Ты получишь от меня средства, которых тебе хватит на безбедную жизнь в Йоркшире.

– Не надейся так легко от меня отделаться! Я стану бороться за свое имя и титул, бороться до последнего! – выпалила она, дрожа от ярости.

«Только бы успеть! Только бы успеть привести в действие план Обера, прежде чем Локвуд затеет бракоразводный процесс!» – пронеслось у нее в голове.

– Скоро мой поверенный передаст тебе документы, – невозмутимо сказал он. – И будет лучше, если ты их подпишешь. Тогда я буду щедр, обещаю. В противном случае не получишь от меня ни фартинга.

Элинор с трудом взяла себя в руки. Ей хотелось вцепиться ногтями в его холеное лицо, но она понимала, что гораздо выгоднее его обезоружить покорностью.

– Только не забудь о моем приданом и о деньгах, которые я получила в наследство от матери, – промямлила она.

– О чем речь? Это твои деньги, твоими они и останутся. Но я и от себя добавлю немалую сумму, если ты не станешь противиться моему решению.

– А что мне еще остается? – с горькой улыбкой спросила она, подбодрив себя мыслью, что падению этого самоуверенного идиота будет невольно способствовать Лаура Ланкастер, от которой он без ума.

Глава 15

– Боже, как красиво!

День выдался теплый. Солнце ласково сияло, заливая яркими лучами окрестности Кента, легкий ветерок, веявший с моря, шевелил ветви деревьев и молодую траву на полях. Лаура стиснула маленький ридикюль, лежавший у нее на коленях, и улыбнулась Джулиану.

– Тебе правда нравится? – Он улыбнулся ей в ответ и выглянул из окна кареты. – Сколько себя помню, я всегда любил здесь бывать. Достаточно далеко от шумного города, но, если нужно наведаться в Лондон по делам, успеваешь всего за день.

Мейдстон, главный город графства, находился в тридцати пяти милях к югу от столицы, а владения Джулиана были от него еще за десять миль. Шедоухерст. Само название ласкало слух. В нем слышались тихий шелест листвы, журчание ручейков в лесной чаще. Лауре не терпелось поскорее увидеть это сказочное место своими глазами. Карета неспешно катилась по проселочным дорогам среди засеянных полей, зеленых лугов, пригорков, поросших полевыми цветами, и каменных изгородей. Любуясь живописным ландшафтом, Лаура с наслаждением вдыхала чистый воздух, в котором чувствовался запах прогретой солнцем земли, луговых трав и моря.