Шеннон Дрейк - Безрассудная

— Может быть. — Камилла посмотрела на Хантера. — Конечно… это не будет абсолютно точно.

— Мы трое знаем, что ищем в песках пустыни, — заговорил Хантер. — И знаем, как трудно это может быть. Даже если бы у нас были абсолютно точные документы, это не значит, что мы сделаем открытие.

— Ну, с потерей карты это лучшее, что у нас есть, — напомнила Камилла.

Хантер снова посмотрел на Кэт:

— Да, пожалуй.

В дверь постучали. Это была Лавиния, которая открыла дверь, не дожидаясь приглашения.

— Чай, детки! Пошли. Мы скоротаем следующие несколько часов, а затем наконец прибудем в Рим!

Лорд Эйври, Брайан и Хантер решили между собой, что одна ночь в Риме не причинит вреда, хотя все они сильнее всего желали как можно скорее добраться до места назначения.

В элегантных номерах на Виа-Венето леди могли необходимое время наслаждаться теплой ванной и провести спокойную ночь перед тряской в поезде в Бриндизи и качкой на корабле во время перехода в Александрию. Комната Кэт была соединена с просторной гостиной, а та, в свою очередь, с комнатой Хантера. Лавиния помещалась с другой стороны от нее, а Эмма — в маленькой комнатке рядом; апартаменты Эйври и Карлайлов находились неподалеку.

Хотя Кэт часто слышала французскую речь и понемногу преуспевала в языке, итальянский был новым для нее. Как ей нравились звуки этого языка! И Рим с его великолепием и древностями…

Когда все отдохнули, приняли ванну и закусили, путешественники должны были встретиться в элегантной гостиной между комнатами Кэт и Хантера. Кэт, не привыкшая к комфорту, быстро была готова. Камилла принесла папку с рисунками в гостиную, и, открыв ее, Кэт обнаружила рисунок карты, сделанный ею по памяти. Сидя там, она вспомнила серию маленьких волнистых линий и добавила их. Потом она припомнила несколько символов.

В дверь постучали, и Кэт открыла ее. На пороге стояли Дейвид, Элфред и Аллан.

— А где четвертый мушкетер? — шутливо осведомилась Кэт.

— Пошел привести леди Маргарет и ее отца, — улыбаясь, ответил Элфред. Ей все еще было не по себе, когда он смотрел на нее.

— Кофе в том кофейнике. — Она указала на поднос, стоящий на краю фортепиано. — Отличный. Не думаю, что я когда-либо пробовала что-нибудь настолько вкусное, как итальянский кофе. — Кэт умолкла, решив, что не станет болтать слишком много. Притворяться, что все собравшиеся друзья и между ними ничего не произошло, было трудно.

Дейвид смотрел на нее, пытаясь улыбнуться, хотя в его глазах застыла обычная боль. Кэт улыбнулась в ответ. Тем временем Элфред остановился перед ее эскизом.

— Что это? — спросил он.

Кэт подошла и закрыла папку.

— О, просто не очень хорошая работа.

— А по-моему, превосходная. — Элфред потянулся к папке, но Кэт твердо держала ее, вымученно улыбаясь. — Пожалуйста, Кэт, дайте нам взглянуть на ваш рисунок.

— Да, пожалуйста. — Дейвид тоже подошел.

Все, казалось, хотели посмотреть рисунок.

Кэт могла сопротивляться или уступить. Она предпочла последнее.

Молодые люди положили папку на стол и открыли страницу с картой. Все долго смотрели на нее, потом перевели взгляд на Кэт.

— Это совершенно невероятно. Вы можете так копировать? — удивился Элфред. — Вот это талант!

— Едва ли талант, если я всего лишь копировала, — пробормотала она.

— А где оригинал? — спросил Аллан.

— Думаю, затерялся в куче бумаг, — небрежно ответила Кэт.

В дверь снова постучали. Не дожидаясь приглашения, вошла Лавиния в красивом голубом платье, подходившем к ее серебристым волосам. Она несла зонтик и легкую дорожную накидку.

— Мы идем смотреть достопримечательности? — осведомилась Лавиния.

— Думаю, да. Скоро все соберутся.

Следующей вошла Маргарет. Она тоже была в голубом, и мягкий оттенок очень подходил к ее глазам. Кэт изучала фасон платья — оно было элегантным и в то же время практичным. Корсаж выглядел вполне скромно, хотя и подчеркивал округлости фигуры.

— Как красиво! — оценила фасон Лавиния.

Маргарет улыбнулась, посмотрела на Кэт и склонила голову.

— У меня личный модельер. Невероятно талантливая молодая женщина.

Кэт усмехнулась, кивком признав комплимент по адресу сестры, а Лавиния начала настаивать, чтобы ей назвали имя модельера.

— Ах, Джеггер, что задержало вас так надолго? — спросила она, когда лорд Эйври вошел в комнату. — Я могла бы увидеть полстраны, пока вы бреетесь, друг мой.

— Лавиния, дело в том, могло ли полстраны увидеть вас, — отозвался он.

Хантер вошел через боковую дверь, приветствуя всех. Его взгляд упал на открытую папку, затем на Кэт, и он на секунду сдвинул брови. Подойдя к папке, он небрежно закрыл ее.

— Итак, какое сокровище мы осмотрим в имеющееся у нас время? — спросил Хантер.

Подошли Камилла и Брайан, который проинформировал:

— Внизу ждет несколько карет, но лучше, если мы выберем маршрут заранее.

— Я хотела бы увидеть Форум и Колизей, — сказала Камилла.

— Тогда, если никто не возражает, — сказал Хантер, — мы это и сделаем.

Они отбыли в трех каретах. Кэт не могла удержаться от того, чтобы постоянно не смотреть в окно, потрясенная зрелищем арок и акведуков, руинами, разбросанными между более новыми зданиями, великолепными храмами. Итальянцы словно пчелы сновали по улицам. Кого только не было: дамы и синьоры в прекрасных одеждах, цыганки с детьми на руках. Кафе усеивали тротуары, и отовсюду слышались крики «Ciao, bella!»[1]

Когда они прибыли к Колизею, к ним подошли гиды. Хантер быстро договорился с ними.

— Будьте осторожны, Лавиния, — предупредил лорд Эйври. — Здесь повсюду закоулки, трещины и крутые ступени.

— Джеггер, я не настолько стара, чтобы меня оберегали. Но я с радостью присмотрю за вами.

Аллан и Роберт умудрились занять позицию рядом с леди Маргарет. Кэт покраснела, когда Хантер взял ее под руку — его глаза светились странным светом, а на губах играла улыбка.

— В чем дело? — спросила она.

Он покачал головой.

— Просто приятно видеть ваше искреннее увлечение.

Множество людей бродили в округе, время от времени встречаясь друг с другом. Леди такая-то здоровалась с лордом или графом таким-то. Место оказалось популярным у европейской элиты, которая, возможно, просто проводила здесь зимние месяцы.

На гигантской арене гид показывал им, где содержались животные, где сидели цезари, как располагались народные массы. Хантера окликнул его друг, и Кэт пришлось немного побродить в одиночестве.

Внезапно она очутилась на крутом склоне. Когда-то здесь были ступени, но они разрушились. Сделав несколько шагов наверх, Кэт очутилась в арке, где, как говорил гид, собирались выходящие на арену. Повернувшись, она увидела, что Дейвид следует за ней. Теперь он преградил ей путь.