Мэгги Осборн - Леди-бунтарка

Блу окинула взглядом юбки Сесил и ее худенькие ноги.

– Я бы просто умерла, если бы не могла лечь с мужчиной в постель, – сказала она вполголоса.

Сесил в изумлении уставилась на сестру.

– А ты уже это делала?! Блузетт, ты говоришь так, будто у тебя уже есть подобный опыт.

– Нет, нету, черт побери, – проворчала Блу. – Могу только сказать, что я честно пыталась лишиться девственности с самым красивым парнем, какого только можно себе представить. Но из этого ничего не вышло. Мне просто не повезло.

– В самом деле? А что случилось?

Блу тяжко вздохнула.

– Сомневаюсь, что леди Кэтрин одобрила бы мое поведение.

Сесил крепко сжала руку сестры и с горячностью прошептала:

– Дорогая, ты должна мне все рассказать. Ох, Блузетт, ты так много пережила, а в моей жизни ничего необычного не было. Пожалуйста, расскажи…

Немного помедлив, Блу начала свой рассказ:

– Этот болван оказался тяжелым на подъем, если ты понимаешь, что я имею в виду.

– Я не совсем уверена, но, кажется, понимаю. – Под миндальной маской на лице Сесил явственно проступил румянец.

– Вот я и решила ускорить дело, – продолжала Блу. – Изабелла говорит, что иногда это просто необходимо. Только потом я узнала, что вела себя чертовски глупо. То есть идея-то была верной, а вот с исполнением вышла промашка. А Изабелла говорит, это и есть самое главное.

– А твоя Изабелла… Ты ведь знаешь, что ее застали в чулане со слугой? – Сесил прижала ладонь к губам и заморгала.

– Что ж, ничего удивительного. Изабелла ведь шлюха. И заметь, очень хорошая шлюха. Так вот, я слишком уж крепко схватила его за… Ты же понимаешь, за что именно?

– Да, кажется, понимаю, – кивнула Сесил.

– Этим все и закончилось. И сейчас я такая же девственная, как в тот день, когда родилась. – В глазах Блу промелькнуло сожаление. – А мне тогда так не терпелось… И мне так хотелось увидеть его голым. Он-то меня видел.

– Ты была голой? – Сесил в изнеможении откинулась на спинку кресла и принялась яростно обмахиваться веером.

– Мне хотелось потрогать его везде, где только можно. Хотелось обнюхать его всего и даже лизнуть.

– О Господи, – прошептала Сесил. – Никогда в жизни я не испытывала ничего подобного. Я даже не могу себе такого представить.

– Даже с твоим Эдвардом? Разве тебе не хочется увидеть его голым и запрыгнуть на него?

– О Боже, нет! – От такого предположения Сесил бросило в дрожь. – Мы с Эдвардом выросли вместе, и я люблю его, но скорее как брата. Не думаю, что я смогла бы любить его… так, как ты описываешь. Ах, Блузетт, мне всегда очень хотелось иметь детей, но разве справедливо обременять Эдварда женой-калекой? – Сесил закусила губу. – К тому же я вовсе не уверена, что смогу подарить Эдварду наследника.

Блу внимательно посмотрела на сестру.

– Для того, чтобы заполучить ребенка, надо сначала переспать с мужчиной. Сесил, ты ведь знаешь об этом, верно?

Сесил утвердительно кивнула:

– Да. Конечно, знаю.

– И ты беспокоишься насчет этого, потому что… Скажи, Сесил, а у тебя возникают какие-нибудь ощущения в интимных местах?

– Иногда мне кажется… но потом… Ох, Блузетт, я не совсем уверена. – Сесил протянула Блу салфетку, а затем принялась влажной тканью снимать с лица маску. – Но я знаю, в чем состоит мой долг. В любом случае я сделаю все возможное, чтобы подарить Эдварду наследника.

– Проклятие! Если ты не чувствуешь ничего в самом сокровенном месте, твой Эдвард подумает, что лежит в постели с трупом!

Сесил весело рассмеялась.

– Ничего страшного. Думаю, он меня не испугается.

– Надеюсь, у тебя будет целая дюжина детишек. И я уверена, тебе понравится их делать! – воскликнула Блу, крепко обнимая сестру.

Леди Кэтрин нахмурилась и подняла глаза от рукоделия.

– Что там за шум?

– По-моему, это смех, моя дорогая. – Тетушка Трембл подняла руку и ловким движением поправила накладную бровь.

– Смех?

– Мне кажется, смеются где-то в саду. – Тетушка Трембл выплюнула на ладонь пробковые шарики, чтобы они не мешали разговаривать. – Я бы пошла узнать, в чем там дело, дорогая Кэтрин, но боюсь столкнуться с этим ужасным черным человеком или со шлюхой, Я всегда падаю в обморок, когда встречаю их, а сегодня мне бы очень не хотелось падать в обморок. На твоем месте я бы не стала волноваться. Смех звучит довольно безобидно. Тебе самой не помешало бы побольше смеяться. Ты еще молода, моя дорогая, а когда ты улыбаешься или смеешься, ты особенно очаровательна.

Отложив вышивание, Кэтрин подошла к окну и в ужасе вскрикнула, прижав ладонь к губам.

– Они посадили Сесил на ветку дуба, – прошептала леди Паджет. – И она… О Боже, она размахивает шпагой! Господи, Сесил сидит на дереве со шпагой в руках! – У Кэтрин потемнело в глазах, и она едва не лишилась чувств.

– Дорогая, ты заметила, что в последнее время ты слишком часто…

– Замолчи, Трембл, – перебила леди Паджет. – Ты слышала, что я только что сказала? Они посадили Сесил на дерево! Господи, это она смеется. У нее настоящая истерика. Девочка непременно упадет и разобьется!

Распущенные волосы Сесил свободно спадали на спину, а нижние юбки вызывающе задрались, обнажая изящные лодыжки. Должно быть, ангелы удерживали ее на ветке дуба, потому что в руках Сесил держала одну из церемониальных шпаг Уолтера Паджета и с безрассудным неистовством размахивала ею.

А на земле, под деревом, Блузетт и Моутон топтали кусты роз – эта парочка устроила показательную дуэль. Похоже, шпаги они взяли из кабинета лорда Паджета. Изабелла же сидела в кресле Сесил и заливалась громким смехом, а Месье катал ее по садовым дорожкам.

– Прекратите немедленно! – Кэтрин ухватилась за оконную щеколду, но не смогла открыть окно – неделю назад красили рамы, и краска намертво склеила створки. Леди Паджет резко развернулась и бросилась к звонку. Она так сильно дернула за бархатный шнур, что он остался у нее в руках.

Кэтрин снова подбежала к окну и едва не заплакала от облегчения, когда увидела, что Моутон снял Сесил с дерева и осторожно усадил обратно в кресло, которое Изабелла к этому времени успела освободить. Но в следующий миг Блузетт подскочила к креслу и затеяла шуточную дуэль с Сесил. Сердце Кэтрин мучительно сжалось. Шпаги ярко сверкали в солнечных лучах, и леди Паджет в страхе прижала ладони к губам. Сесил храбро парировала удары. Вдруг на руке Блузетт выступила кровь, и Кэтрин сковал ужас – ведь это могло бы случиться и с Сесил.

– Прекратите! – выкрикнула она. Но ее никто не услышал. Где же этот болван мистер Аппл?

По-прежнему стоя у окна, Кэтрин принялась отчаянно размахивать руками, пытаясь привлечь внимание компании в саду, но никто из них даже не взглянул на нее. Теперь они играли в какую-то нелепую игру. Моутон носился по садовым дорожкам, толкая перед собой кресло Сесил, а Блузетт делала вид, что пытается их догнать. Кресло подскакивало на поворотах, и Сесил едва удерживалась на сиденье. Но глупая безрассудная девчонка хохотала, словно умалишенная из Бедлама. Как, впрочем, и вся развеселая компания.