Нэн Райан - Костер на снегу

Или дрожь шла от чего-то иного? Натали не могла бы сказать этого с уверенностью. Прежняя тревога уступила место ожиданию, словно сам спектакль не был еще венцом этого вечера.

Последние такты музыки отзвучали. Натали и полковник не спешили покидать свои места и остались в ложе, наслаждаясь шампанским в ожидании, когда примадонна сменит костюм Кармен на вечернее платье и избавится от грима. Когда, по мнению полковника, прошло достаточно времени, он предложил племяннице зайти в гримерную.

Они застали Ноэль уже готовой, в туалете из переливчатого белого атласа. Неожиданно для Натали она оказалась белокожей и светловолосой, но с большими и выразительными карими глазами. При виде Шелби Саттона певица просияла.

— Входите, входите, дорогой полковник Шелби! — Она протянула руку для поцелуя, не сводя при этом взгляда с Натали, а когда ее поклонник выпрямился, спросила кокетливо: — Это что же, соперница?

— Дорогая, как мило с вашей стороны ревновать такого старикана! — Полковник счел возможным привлечь ее к себе и не встретил отпора. — Это моя племянница, судья Натали Валланс.

— Судья? Разве женщины бывают судьями?

— Вообще-то нет, но Натали добилась этой чести. Целиком ее собственная заслуга! — с гордостью сообщил Шелби Саттон.

— Рада за вас, Натали.

— Мисс Сальвато, я счастлива познакомиться с вами. Ваше мастерство неподражаемо!

— Зовите меня Ноэль. Однако как же мне следует держаться в свете вашего положения? Следить за каждым своим шагом? — И певица многозначительно покосилась на полковника.

— О нет! — заверила Натали, наслаждаясь чувством опьянения. — Скорее это мне нужно следить за собой!

— Леди, не волнуйтесь, я с радостью прослежу за вами обеими, — заверил Шелби Саттон. — Ноэль, дорогая, Натали приглашает нас в Клауд-Уэст на ужин в ее поместье. Что скажете?

— С вами хоть на край света, мой обаятельный полковник! — Певица взяла со спинки кресла роскошное манто из чернобурки и протянула Шелби, предлагая закутать ее, что он и сделал.

— Что ж, Уильям наверняка уже ждет, — сказала Натали. — Вот только…

— Что такое, моя девочка?

— Мне еще не хочется возвращаться. Давайте побудем немного в городе! Ужин никуда не уйдет.

Натали была во власти необычайного возбуждения. От выпитого ранее вина и бокала шампанского речь ее стала менее внятной, зато более громкой.

— Как скажешь, — сразу согласился Шелби. — Мы можем распить бутылочку шампанского в…

— …казино “Гайети”!

Натали повернулась и, не дожидаясь ответа, зашагала к двери. На губах ее блуждала лукавая улыбка.

— Надеюсь, вы не против? — спросил полковник у своей дамы.

— Ничуть. Я обожаю рулетку.

Вскоре оживленное трио уже входило в казино. Раздевшись, они постояли в дверях игорного зала, с любопытством глядя вокруг. Многие из тех, кто был в опере, перекочевали из театра прямо сюда, и помещение, хотя и просторное, казалось столь же переполненным, как недавно зрительный зал. Среди публики тут и там сновал персонал в яркой униформе, слышался стук выбрасываемых костей, возгласы радости и разочарования, смех, разговоры и, время от времени, нарастающий шум запущенной рулетки. Шелби осмотрелся, пытаясь определить ее местонахождение, чтобы проводить туда Ноэль.

Рулетка оказалась в дальней части зала, на некотором возвышении и в стороне от столов. Там сидел один-единственный игрок, за спиной у которого собралась небольшая толпа зевак, молча ожидавших, как повернется его счастье.

— Идемте! — скомандовал Шелби и под руки повлек своих спутниц в ту сторону.

Мужчины, явившиеся без дам, поворачивались от столов, чтобы проводить взглядом рыжеволосую красавицу, чьи прелести были так заманчиво подчеркнуты откровенным туалетом. Слышались одобрительные перешептывания, и не один из тех, кто называл себя другом лорда Блэкмора, возмечтал о том, чтобы Натали Валланс зашла с ним так же далеко, как с нарядом. Но это, конечно же, были только мечты, и каждый со вздохом возвращался к игре.

Натали Валланс была надежно защищена не только своей должностью и положением невесты Эшлина Блэкмора, но и неколебимой добродетелью, о которой в Клаудкасле ходили легенды. Каким бы обольстительным ни был ее наряд, она оставалась леди, неприступной, как крепость.

Приблизившись к рулетке, Натали резко остановилась. Она узнала одинокого игрока и, невзирая на опьянение, тут же утратила свой задор. Перед Кейном Ковингтоном возвышалась горка золотых жетонов — он выигрывал.

— Дядя Шелби, я…

— Подожди минутку! — перебил полковник, взгляд которого был прикован к катящемуся шарику.

Тот вскоре перестал ошалело метаться вокруг стержня и, засел в пазу под номером восемь. Игрок ничем не выдал своих чувств, но зеваки завистливо зашептались, особенно когда Кейн придвинул к себе еще большую гору жетонов. Взгляд полковника переместился на профиль игрока, и лицо его озарила широкая улыбка. Он пожал плечами и развел руками, как бы отказываясь верить своим глазам, потом решительно зашагал к сидящему.

— Капитан Ковингтон, пройдоха вы эдакий! — громогласно воскликнул он, перекрывая общий шум.

Сердце у Натали упало. Смуглые руки игрока замерли на зеленом сукне. Он выпрямился на стуле, обернулся и вскочил, с изумлением глядя на вновь прибывших. Потом улыбнулся седовласому джентльмену с военной выправкой.

— Полковник Саттон!

И эти двое, к ужасу Натали, по-армейски отсалютовали друг другу.

Глава 20

Натали стояла как громом пораженная. Нет, этого не может быть. Кто-то из них ошибся — либо дядя Шелби, либо Кейн Ковингтон. Эти двое не могут знать друг друга, таких совпадений просто не бывает.

Однако все говорило об обратном. Дядя Шелби обнял Кейна, отстранил и всмотрелся в его лицо, как бы пытаясь оценить произошедшие в нем перемены. Затем он, сияя, повернулся к своим спутницам:

— Натали, мисс Сальвато! Познакомьтесь с моим давним, еще с военного времени, и дорогим другом капитаном Кейном Ковингтоном! Кейн, моя племянница Натали Валланс и мой близкий друг певица Ноэль Сальвато.

Кейн учтиво поздоровался с примадонной, потом медленно повернулся к Натали. Глядя ей прямо в ошеломленное лицо, в изумленные зеленые глаза, он произнес особенно вкрадчивым голосом;

— Ваша честь, вы сегодня обольстительны!

— Как, — радостно удивился полковник, — вы уже знакомы?!

— Знакомы ли мы? — с деланным спокойствием переспросила Натали. — О, тысячу лет! Более того, мы соседи.

Она улыбнулась с полнейшим пренебрежением, но так, чтобы это прошло незамеченным для всех, кроме Кейна.

— Мир тесен! — удовлетворенно заключил Шелби Саттон. — Надо же, мне и в голову не могло прийти, что вы обретаетесь в Клаудкасле, друг мой Кейн! Давайте возьмем отдельный кабинет и побеседуем без помех… разумеется, если вы уже закончили игру.