Лиза Клейпас - Потому что ты моя

Стук в дверь вовремя прервал беседу. Горничная внесла поднос с чайной посудой и робко улыбнулась Логану.

– Со мной тебе незачем откровенничать, – понизив голос, произнесла Джулия, пристально глядя на Логана. – Но не лги хотя бы самому себе.

Вечер только начинался, когда Мадлен с глухо бьющимся сердцем выбралась из экипажа на Сомерсет-стрит и с надеждой взглянула на дом миссис Флоренс.

– Надо ли вносить багаж? – спросила горничная. Мадлен ответила не сразу.

– Я еще не знаю, остановимся ли мы здесь, Норма. Пожалуйста, подожди в экипаже несколько минут, а я навещу знакомую.

– Слушаюсь, мисс.

Мадлен улыбнулась горничной. Только благодаря ее доброте и состраданию она сумела нанести визит миссис Флоренс. В этот момент Мадлен следовало подъезжать к дому сестры Джастины, где ей предстояло провести целый месяц. Но Мадлен схитрила: подделав записку от родителей к сестре и подкупив кучера, она добилась того, что сестра ждала ее лишь на следующий день.

– Спасибо, Норма, – тихо проговорила девушка. – Не знаю, как благодарить тебя за то, что этот визит к миссис Флоренс остался в тайне. Я знаю, чем ты рискуешь, помогая мне.

– Я знаю вас уже много лет, мисс, – ответила Норма. – Вы всегда были доброй и милой девочкой, украшением семейства Мэтьюз. Вся прислуга опечалилась, узнав, что ваше сердце разбито. Если встреча со знакомой принесет вам облегчение, значит, она стоит любого риска. – Горничная скрылась в экипаже и укуталась в плотное одеяло, подбитое мехом.

Мадлен осторожно прошла по обледенелому тротуару к крыльцу дома миссис Флоренс. В последний раз она была здесь два месяца назад и понятия не имела, какой прием ее ждет. Вряд ли миссис Флоренс откажется принять ее – для этого она слишком любезна. Однако Мадлен не сразу решилась постучать в дверь.

Вскоре после отъезда из Лондона Мадлен отправила миссис Флоренс письмо с объяснениями и извинениями и попросила не отвечать на него, поскольку родители запретили ей поддерживать какие бы то ни было связи с внешним миром.

Родители строили на ее счет самые разные планы – от поездки за границу до жизни в качестве компаньонки у престарелых родственников. Больше всего их раздражало заявление дочери: Мадлен сказала, что любое из этих решений лучше, чем брак с лордом Клифтоном.

Лорд и леди Мэтьюз были потрясены визитом лорда Клифтона, который пожелал официально расторгнуть помолвку и получить обратно кольцо, подаренное Мадлен. Увидев, как жених трясет в праведном гневе своими дряблыми щеками, Мадлен не смогла удержаться от усмешки. Если бы не воспоминания о Логане и горе, причиненном ему, она бы ликовала.

– Я заложила ваше кольцо, лорд Клифтон, – сообщила Мадлен без малейших угрызений совести.

Казалось, лорда вот-вот хватит апоплексический удар.

– Вы заложили мое фамильное кольцо?! И вероятно, потратили деньги на осуществление своего дьявольского замысла?

– Да, милорд.

Клифтон перевел возмущенный взгляд на ошеломленных родителей Мадлен. Затем вновь уставился на девушку.

– Ну что ж, – процедил он сквозь зубы, – похоже, судьба уберегла меня от роковой ошибки. Жаль, что я не сразу понял, что вы недостойны быть моей женой.

– Лорд Клифтон, – вмешалась леди Мэтьюз, – не могу высказать, как нам жаль…

– Нет, это мне жаль – всех вас. – Лорд окинул Мадлен презрительным взглядом. – Незачем упоминать о том, во что вы теперь превратитесь. Надеюсь, вы понимаете, что могли бы иметь, если бы не ваша ложь и дерзость! – Мне доподлинно известно, чего я лишилась, – заверила Мадлен с легкой иронией в голосе и горькой улыбкой на устах. Ей удалось избежать брака с лордом Клифтоном, но цена за спасение оказалась очень уж высока. Не только для нее, но и для Логана.

Кроме того, Мадлен жалела родителей, отчаяние которых было слишком очевидным. Ее мать едва не лишилась рассудка.

– Это невыносимо! Что скажут люди? – повторяла Агнес, дергая цветную нить. Ее тонкие пальцы превращали нити для вышивки в спутанный пестрый клубок. – Мадлен навсегда опозорила нас. Ее надо отправить за границу, а если кто спросит, следует отвечать, что она решила продолжить образование на континенте.

– И сколько я должна пробыть за границей? – спросила Мадлен, чувствуя, как горят ее щеки. Ей было тягостно слышать, как мать строит планы, мечтая избавиться от нее.

– Понятия не имею, – сухо отозвалась Агнес. – Плохое запоминается надолго. Понадобятся годы, чтобы шум, вызванный скандалом, наконец утих. Глупая девчонка, ты даже не поняла, какая сказочная жизнь ждала тебя в браке с лордом Клифтоном!

– Я же говорила, Клифтон мне не нужен, – невозмутимо произнесла Мадлен. – Вы не оставили мне выбора, Я приняла решение сама и теперь готова отвечать за все последствия.

– Неужели ты действительно ни о чем не жалеешь? – в ярости выпалила Агнес. – Ты совершила греховный и жестокий поступок!

– Знаю, – прошептала Мадлен. – Я никогда не прощу себя за то, что причинила боль мистеру Скотту. А что касается остального…

– С этим распутным комедиантом ничего не случилось. Ты навредила только самой себе! Ты погубила свою жизнь и покрыла позором нашу семью!

После этих слов Мадлен надолго замолчала, понимая, что с ней что-то не так… Ее мучили мысли не о позоре, навлеченном на семью, а о боли, причиненной Логану. Воспоминание о том, каким было его лицо в минуты расставания – совершенно бесстрастным и бледным, – стало для нее мучительной пыткой.

Если бы время можно было повернуть вспять, она бы поступила совсем иначе: доверилась бы Логану, была бы с ним откровенна, и, возможно, он выслушал бы ее. Мадлен жаждала утешить его, и это казалось нелепостью – ведь именно она причинила ему боль. Если бы увидеть его еще хоть раз и убедиться, что с ним ничего не случилось… Но здравый смысл подсказывал, что подобные мечты несбыточны. Надо забыть о Логане и попытаться наладить собственную жизнь,

К сожалению, выполнить последнее стало слишком трудно.

Дверь дома приоткрылась. В образовавшуюся щель выглянула Кэти, горничная миссис Флоренс. При виде Мадлен она в изумлении вытаращила глаза:

– О, мисс Мэдди!

– Здравствуй, Кэти, – пробормотала Мадлен. – Я знаю, что для визитов уже слишком поздно, но я проделала такой долгий путь… Как ты думаешь, миссис Флоренс согласится принять меня?

– Сейчас я сбегаю и спрошу у нее, мисс Мэдди, Миссис Флоренс только что отужинала,

Шагнув через порог, Мадлен вздохнула, ощущая знакомый и успокаивающий аромат ванили. Она немного успокоилась, увидев приближавшуюся к ней миссис Флоренс. Ее серебристые волосы были забраны в узел, ореховые глаза приветливо поблескивали на морщинистом лице. Пожилая дама опиралась на трость красного дерева с серебряным набалдашником. Кончик трости глухо постукивал по ковру.