Кэти Максвелл - Скандальный брак

Прищурившись, Девон посмотрел на нее.

— Ты имеешь в виду мою семью?

— Я имею в виду тебя самого.

— Меня? Что же ты поняла?

Ли улыбнулась. Улыбка вышла несколько натянутой.

— Теперь я понимаю, почему твои родственники не заставляли тебя, наследника фамильного титула, жениться. Ты же знаешь, что этот вопрос очень интересовал всех мамаш, которые имели дочерей на выданье.

— Нет, я этого не знал.

— Ты все знал, — уверенно заявила Ли. На этот счет у нее не было никаких сомнений. — И еще мне теперь ясно, почему ты вел такой распутный образ жизни.

Похоже, он удивился, услышав ее слова.

— Не понимаю, что ты имеешь в виду, — сказал он.

— Ты все прекрасно понимаешь, — усмехнувшись, сказала Ли. — Помнишь тот день, когда мы с тобой приехали на пристань? Ты тогда сказал одну странную вещь. Я начала задавать тебе вопросы. Ты сказал, что ты такой же полноценный мужчина, как твой кузен Рекс.

— Я тогда говорил не о своей мужской состоятельности, не о том, могу я иметь детей или нет, — совершенно спокойно ответил он. Однако по его глазам было видно, что он не на шутку зол и с большим трудом сдерживает свой гнев.

— Значит, ты тогда не это имел в виду? Что ж, значит, я ошиблась. Прошу прощения. Но я совершенно точно знаю, что у тебя было много любовниц. Ты был известным дамским угодником.

— Как странно слышать эти слова от тебя! Ведь ты была единственной женщиной, которая отказала мне.

— Как я могла отказаться от того, что мне никогда не предлагали? — спросила она, скрестив на груди руки.

— О-о, Ли, это неправда. Я предлагал тебе все.

— А может быть, ты решил приударить за девушкой из семейства Карлтонов, чтобы позлить своих родственников?

Похоже, ее удар попал в цель.

— Проницательно, Ли. Очень проницательно, — ответил Девон, сжав кулаки. — У тебя есть еще какие-нибудь теории на этот счет?

— Есть, — ответила она, чувствуя, что сейчас просто разрыдается от злости. Огромным усилием воли она взяла себя в руки. Главное, чтобы он понял: она может контролировать свои эмоции. — Мне кажется, что тебе очень хотелось иметь ребенка. Ты прекрасно знал, что ни одна из твоих бывших любовниц не может забеременеть от тебя. А для тебя это было очень важно. То, что в обществе постоянно ходили слухи о том, что у тебя есть внебрачные дети, было тебе только на руку.

Последний удар она нанесла, что называется, наугад и, как ни странно, угодила в самое больное место. Ли очень удивилась, увидев, что Девон сжался так, как будто его ударили кулаком в грудь.

— Бен — мой сын, Ли, — сказал он. — Я присутствовал при его рождении. Я держал его на руках, я слышал его первый вздох. Только благодаря мне он появился на этот свет. У меня на него больше прав, чем у любого другого мужчины, включая Дрейкатта.

Девон говорил чистую правду.

Кажется, сбывается то, чего она больше всего боялась. Ли пришлось присесть на кровать: она почувствовала, что у нее подкашиваются ноги и она вот-вот упадет.

— Мой дед умирает, Ли, — сказал Девон, подойдя к ней. — Он так и не смог успокоиться после смерти сына и все время вспоминал о нем. Сейчас он чувствует эту утрату еще сильнее. Ты слышала, как он назвал меня Робином. Я даже не узнал его. Тот старик, которого я сегодня увидел, совсем не похож на моего деда. Его мучает раскаяние, и я не хочу, чтобы он вот так умер. Ребенок поможет ему обрести покой в последние минуты жизни. Ради этого я готов притворяться и лгать. Поверь мне, все это скоро закончится.

— Но ведь это ложь, Девон.

— Да к черту твою правду! Правда только причиняет людям боль и обрекает на страдания. Посмотри на себя. Помогла ли тебе эта самая правда?

— Ты сейчас совершаешь непростительную глупость. Я боюсь, что твой поступок будет иметь ужасные последствия.

— Я клянусь, что с тобой ничего не случится, — сказал Девон, опустившись перед ней на колени. — Я буду защищать тебя, Ли. Все это скоро закончится. Ты же видела, в каком состоянии мой дед. Неужели ты хочешь лишить его последней радости в жизни?

Не удержавшись, Ли все-таки расплакалась.

— Но могу ли я тебе доверять? — спросила она, вытирая ладонью лицо.

Это был скорее риторический вопрос, однако ее муж ответил на него.

— Я никого и никогда не предавал, Ли. Это ты завела себе любовника.

Случилось то, чего она больше всего боялась. Она с самого начала чувствовала, что он носит в себе эту обиду.

— Так вот в чем дело! — прошептала она. — Ты хочешь меня наказать?

Вскочив на ноги, он просто застонал от злости. Ли протянула руку, желая успокоить Девона, однако это еще больше разозлило его, и он отошел от нее как можно дальше. В комнате воцарилось напряженное молчание.

В этот момент кто-то постучал в дверь их комнаты. Ли подпрыгнула от неожиданности, а Девон резко повернулся к двери, готовый обрушить весь свой гнев на непрошеного гостя.

— Войдите, — рявкнул он.

Дверь открылась, и в комнату робко заглянула горничная.

— Прошу прощения, милорд. Меня послала миссис Ноулз, чтобы я прислуживала леди Хаксхолд.

Ли отвернулась. Ей не хотелось, чтобы горничная увидела ее слезы. Она подумала, что Девон отошлет ее обратно, однако он сказал девушке:

— Тогда входите и выполняйте свою работу.

— Да, милорд, — ответила горничная.

— Что еще? — раздраженно спросил он.

— Прошу прощения, милорд, но доктор Патридж сказал мне, что вас зовет лорд Керкби. Он хотел, чтобы вы пришли к милорду маркизу как можно скорее.

Ее слова подействовали на Девона отрезвляюще. Он сразу же взял себя в руки.

— Я пойду к нему прямо сейчас, — сказал он. Возле двери он ненадолго остановился. Ли чувствовала на себе его взгляд. Похоже, он что-то хотел ей сказать, однако в последний момент передумал.

Когда он вышел из комнаты, так ничего и не сказав ей, она вздохнула с облегчением. Ей следовало прийти в себя и успокоиться, потому что сейчас она была крайне смущена и растеряна.

— Меня зовут Мэгги, миледи. Чем могу вам служить? Может быть, принести вам что-нибудь поесть? Мне кажется, что сегодня никто из членов семьи не будет ужинать в столовой. Мы все ждем известий от доктора и молимся за лорда Керкби.

Ли сейчас совсем не думала о еде. Она уже хотела отослать горничную, но вспомнила о Бене. Ей нужно регулярно питаться для того, чтобы у нее не пропало молоко.

— Да, я, пожалуй, что-нибудь бы съела.

— Что прикажете вам принести?

— Мне все равно, — ответила Ли. — Я человек не привередливый. Хотя есть у меня одна просьба, — сказала она, вспомнив советы старухи Эдит. — Обязательно принесите мне бокал эля.