Шерри Томас - Восхитительная

– Меня пригласили. Джентльмен, который охотно танцует, всегда желанный гость. Кроме того, из меня, несомненно, выйдет подходящий супруг для одной из впечатлительных молодых особ.

– Из вас?

– Почему бы и нет? Все считают меня разумным и надежным человеком. И даже вы не сможете отрицать: куда бы я ни пошел, многие сворачивают шею, глядя мне вслед.

Ей не хотелось признавать, что тут он прав. Хотя, вращаясь в танце, она прекрасно видела боковым зрением, как молодые леди пожирают их – точнее, его – глазами.

– Но разве вы не живете в ужасной бедности?

– Разве по мне заметно?

Ей пришлось признать, что нет. Одет он был сногсшибательно.

– У впечатлительных молодых особ бывают куда менее впечатлительные мамаши, которым прекрасно известно, что денег у вас нет. Но взбреди в голову какой-нибудь глупой матроне взять вас в зятья, то к чему это вам? Все равно что глухому ходить на симфонический концерт.

– Скорее, любителю мюзик-холла слушать симфонический концерт. Это не мой конек. Но случись так, что все мюзик-холлы Англии сгорят, а мне захочется музыки, тогда я с удовольствие послушаю симфонию.

То есть вполне способен отправиться в постель с женщиной. Когда до Лиззи дошел смысл сказанного, она едва не наступила ему на ноги.

– И поскольку вы требуете от меня соблюдения тайны, женатый мужчина вызовет меньше подозрений, не так ли?

– Мне очень жаль молодую женщину, которая станет жертвой вашего обмана, – резко ответила Лиззи.

– Как сурово, мисс Бесслер.

– Вы другого не заслуживаете.

– Полагаю, вы могли бы отнестись ко мне подобрее. – Марсден ловко увлек ее в сторону, не то на них налетела бы пара неумелых танцоров, галопирующих по залу. – Неужели вы думаете, что в Лондоне не найдется ни одной серьезной, умной молодой леди, которая сочтет брак со мной выгодной сделкой?

– И в чем же будет ее выгода? Бедность и распутство мужа?

– Я прослушал немало симфонических концертов по обе стороны Ла-Манша, поэтому вполне способен воспринимать... симфоническую музыку. Я буду очень внимательным мужем, поскольку у меня нет амбиций, и я не буду проводить в Вестминстерском дворце по шесть месяцев в году. Моя жена будет для меня единственной женщиной – моим сердцем, якорем, моим днем и моей ночью.

Марсден говорил, не сводя с Лиззи взгляда, сардонически улыбаясь, не нарушая безупречно эллиптическую траекторию вдоль бального зала.

Сердце девушки учащенно забилось и вовсе не от вальса.

– Как насчет мюзик-холла?

– Какое значение имеет мюзик-холл в браке, где супруги горячо привязаны друг к другу и несть числа симфоническим концертам?

Лиззи почувствовала, как разгорается жар в таких частях ее тела, которые уж точно не предназначены для Марсдена. Геройским усилием воли она проигнорировала нежелательные ощущения.

– Зачем ходить на симфонические концерты, если вам больше по вкусу мюзик-холл?

– Это удобно. Доступно. Развивает вкус. Кто знает? – Он передернул плечом. – И кому какое дело?

– Мне есть дело, – твердо заявила Лиззи. – Меньше всего я бы хотела выйти замуж за неразборчивого в связях человека, скачущего из будуара в будуар, мечтая при этом об удовольствиях, которых не получить от женщины.

– Но нам с вами не грозит в ближайшем будущем посещать вместе симфонические концерты, не так ли, мисс Бесслер? – Марсден одарил ее взглядом, не менее лукавым, чем тот, что она сама приберегала для глупых поклонников. – Не представляю, с чего бы вам жаловаться, если моя жена будет довольна и счастлива?

С тяжелым вздохом она призналась:

– Трудный вы человек, мистер Марсден.

– А вы очень предубежденная женщина, мисс Бесслер.

– Вы заслужили, чтобы я относилась к вам предубежденно, мистер Марсден.

– Действительно. Но позвольте мне принести извинения. У меня никогда ни в чем не было намерений вас обидеть, и мне жаль, что вы все-таки обиделись. Простите же меня.

На этот раз она таки наступила ему на ногу. Лиззи никак не ожидала, что он станет просить прощения. Музыка смолкла. Марсден предложил ей руку, и они направились к выходу из зала.

Лиззи не сводила с него взгляда – интересно, можно ли верить в его искренность?

– Марсден, не видел вас целую вечность. Надеюсь, поживаете неплохо?

Лиззи окаменела. Генри! Она совсем забыла о нем, пока танцевала с мистером Марсденом.

– Здравствуй, Генри! – Мистер Марсден улыбался самым любезным образом. – Здравствуйте, миссис Франклин! Я вижу, вы хорошеете день ото дня.

– Мистер Марсден, вы льстец, – возразила польщенная прекрасная юная особа.

– Нисколько. Напротив, я весьма банален. Уверен, Генри ежедневно находит разнообразные и оригинальные способы увековечить вашу красоту.

Прекрасная юная особа восторженно захихикала, повиснув на руке мужа.

– Мистер Марсден, вы смущаете Генри.

Но мистер Марсден не собирался раскаиваться:

– Если скажу, что он проявил мудрость и дальновидность, выбрав вас в жены, миссис Франклин? Но ведь это правда.

Лиззи боялась, что она умрет на месте, встретившись лицом к лицу с Генри и его прекрасной юной особой. Но вместо того она, затаив дыхание, наблюдала за флиртом мистера Марсдена. Должно быть, ему и в самом деле довелось прослушать немало симфонических концертов, чтобы обрести подобную ловкость в беседе с дамами. Прекрасная юная особа просто сияла от удовольствия. С другой стороны, у Генри был такой вид, словно ему подсунули рыбу с душком (которая, как известно, гниет с головы).

– Вы знакомы с мисс Бесслер? – осведомился мистер Марсден у прекрасной юной особы. – Позвольте представить вам милую мисс Бесслер. Мисс Бесслер, миссис Франклин. Полагаю, мисс Бесслер, с Генри вы уже знакомы.

Лиззи промямлила:

– Мы с мистером Франклином встречались несколько раз.

– О, Генри, ты мне не рассказывал, – воскликнула наивная миссис Франклин. – Я только что восхищалась великолепным танцем мисс Бесслер!

– Виноват, дорогая, – пробормотал Генри.

– Осмелюсь предположить, миссис Франклин, что вы и сами прекрасно танцуете, – весело продолжал мистер Марсден. – Я слышу, начинается полонез. Не потопать ли нам от души?

Вот он действительно был великолепным танцором. Танцующий полонез мужчина всегда являет собой впечатляющее зрелище: мелькают руки, проворные ноги спешат угнаться за неумолимо-быстрым ритмом танца. Но Марсден умудрялся сохранять спокойный и невозмутимый вид, как во время кадрили, пролетая бальный зал наискосок и каждые две секунды разворачивая партнершу на триста шестьдесят градусов.

– Мои поздравления по поводу грядущей свадьбы, – сказал Генри.