Кейтлин О'Райли - Секреты герцогини

Ближе к вечеру сестра вихрем ворвалась в комнату Каролины; зеленое платье из шотландки и шляпка в тон с легкомысленным черным пером очень шли ей, и Каролина, несмотря на свое ужасное положение, не могла этого не отметить.

– Что происходит? По городу расползаются ужасные сплетни. Бы с Алексом не посетили ни одного мероприятия после приема у леди Уэдерби…

– Небольшая размолвка, только и всего, – солгала Каролина. – А что ты слышала?

Эмма в нерешительности закусила губу.

– Ты уверена, что хочешь знать?

– Да.

– Джон видел твоего мужа в клубе «Уайтс» вчера вечером. Алекс был пьян и не жалел денег за игровым столом, что на него совсем не похоже. Джон решил поговорить с ним, но из этого ничего не вышло. Похоже, герцог собирается и дальше все дни напролет пить и играть в «Уайтсе».

– А… ночью? – Каролине очень не хотелось спрашивать, но она должна была узнать правду.

Конечно, женская интуиция подсказывала ей, где Алекс проводит ночи, и все же…

– Мне пришлось как следует подлизаться к Джону, чтобы выудить из него эту информацию, но в итоге он сдался и открыл мне правду. – Эмма бросила озабоченный взгляд на Каролину. – Алекс вернулся к любовнице.

– О! – Каролина зажмурилась, сражаясь с приступом тошноты, подступившей к горлу.

Алекс и Лили Шервуд, какая мерзость! Впрочем, какое она имеет право укорять его? Она замужем за другим мужчиной, и теперь Алекс может делать все, что ему заблагорассудится.

– Бетси Уорринг утверждает, что ты выгнала Алекса из дома, – продолжала докладывать Эмма. – А от Люси Гринвилл я слышала, что Алекс устал от тебя и сожалеет о браке с провинциальной простушкой. Как знать, сколько еще ходит вокруг слухов, которые мне не пересказывают из вежливости. – Эмма вздохнула и задала вопрос, которого так боялась Каролина: – Не хотелось бы спрашивать, но не связано ли все это с приездом Стивена Беннета?

Каролина нехотя кивнула:

– Так оно и есть.

– Боже, Каролина! Только не говори, что ты по-прежнему любишь своего американца! – Эмма напряженно всматривалась в лицо сестры.

– Все не так просто. – Каролина замолчала, не зная, как теперь объясняться с сестрой.

– Ради всего святого, ты ведь замужем за герцогом! – Эмма явно решила докопаться до истины. – Ты хоть представляешь, сколько девушек мечтают поменяться с тобой местами? Забудь о Стивене Беннете, и точка! – Черное перо прыгало на шляпке в такт каждому яростному кивку.

Каролина вздохнула.

– Ты понятия не имеешь, о чем идет речь, но это мое, и только мое, дело, и я должна сама во всем разобраться!

Эмма удивленно посмотрела на сестру:

– Прости, я не должна была разговаривать с тобой в таком тоне. Мне действительно не следует вмешиваться в то, что происходит между тобой и Алексом, но я не хочу, чтобы ты сделала что-нибудь такое, о чем потом пожалеешь.

– Сейчас я не могу ничего тебе обещать. Скоро мы все обсудим, а пока мне нужно немного времени. Я поговорю с Алексом, и тогда, возможно…

Впрочем, что именно возможно, Каролина и сама не знала. Оставалось всего четыре дня до того момента, когда Стивен явится за ней. За это время ей надо было непременно увидеться с Алексом и объясниться с ним. Вот только как это сделать? В «Уайтс» ей ходу нет, никто ее туда не пропустит. Кроме того, это место слишком многолюдно. Таким образом, у нее оставался всего один шанс…

– Ты, случайно, не знаешь, где живет его любовница?

– Еще чего! – Эмма презрительно пожала плечами. – А почему ты спрашиваешь? Не собираешься ли ты поехать к ней?

Каролина молча встала.

– Нет, только не это. Ты не можешь так поступить! – На этот раз Эмма разволновалась не на шутку.

Однако Каролине было уже не до нее, и она решительно направилась к двери. Элизабет знала все и обо всех, и, что гораздо важнее, она всегда не прочь поделиться информацией.

– Мне нужно срочно переговорить с матерью Алекса.

– Каролина, пожалуйста, будь осторожна! – взмолилась Эмма. – Подумай о других. Завтра на праздничном балу у Талботов объявят о нашей с Джоном помолвке. Вы с Алексом будете там, ведь правда?

– Очень на это надеюсь. Прости, Эмма. – Каролина крепко обняла сестру. – Боюсь, пока никто не знает, чем все это кончится…

Глава 21

Леди Мэдлин Паркридж победоносно улыбнулась, когда Оливер, одетый в шелковый халат, вошел в освещенную свечками спальню.

Вечер выдался – просто чудо, и Мэдлин поздравила себя с хорошо проделанной работой. Сегодня даже противный муж не испортит ей настроения. Голубые глаза ее сверкали, и она продолжала улыбаться своему отражению в зеркале, пока Оливер жадно целовал ее шею, расстегивал пуговки на спине голубого платья и развязывал ленты ее пышного кринолина.

Мэдлин, как обычно, послушно подняла руки над головой, и Оливер освободил ее стройное тело от многочисленных оболочек, а затем перенес жену на кровать и уложил на шелковые подушки.

Если таинственная улыбка жены и удивила Оливера, он предпочел промолчать, принимая ее переменчивое настроение как должное и наслаждаясь редкими всплесками благосклонности.

В начале брака сексуальные домогательства Оливера вызывали у Мэдлин неподдельное отвращение, но со временем она привыкла к ним и стала считать это еженощным ритуалом поклонения ее телу. Хотя Мэдлин знала, что лучше не отказывать мужу, и уже не пыталась уклониться от его ухаживаний, сама она ни разу не дотронулась до него, не подарила ему поцелуй или ответное слово и просто лежала под ним, слушая его стоны, и позволяла насладиться собою.

Хотя ей было неприятно это признавать, временами Мэдлин чувствовала, что и сама может получить удовольствие от этого странного акта. Однако это ощущение было мимолетным, неуловимым, словно она балансировала на грани чего-то восхитительно-таинственного, но была не в состоянии переступить эту грань. В этих редких случаях ее даже злило, когда Оливер заканчивал слишком быстро. Тогда в душе Мэдлин поселялось разочарование. Она старалась понять, что же это такое, почему иногда ей нравится ощущать лежащее на ней обнаженное тело мужа, и пришла к выводу, что все дело в красном вине. Вот почему в этот вечер она немало выпила.

О, что это был за вечер!

Гринвиллы давали прием, и, конечно же, кузен Оливера Стивен Беннет увязался с ними. После десерта в виде пропитанного вином английского бисквита и бесконечной пьесы на фортепиано в исполнении младшей сестры Люси Гринвилл Аннабель Мэдлин удалось застать Стивена одного в кабинете. Неизвестно, от чего у нее сильнее сводило зубы, от треньканья Аннабель или рассказов Стивена о Виргинии, но в результате ее терпение и настойчивость были вознаграждены. Притворившись, что она переживает за его эмоциональное состояние, Мэдлин настолько вошла в доверие к Стивену Беннету, что тот в итоге доверил ей свою тайну, да какую! О таком скандале Мэдлин и мечтать не могла. Она, конечно же, клятвенно обещала хранить секрет из уважения к его необычайно затруднительному положению и тут же благополучно забыла об этом. Ее прелестная головка была теперь занята только тем, как получше использовать полученную информацию.