Сабрина Джеффрис - В плену твоих желаний

– Это я вам обещаю. И хорошую еду тоже, – сказала Марджори.

Когда они немного отошли, Лахлан ее окликнул:

– Венеция?

Надежда вспыхнула в сердце девушки, и она оглянулась:

– Да?

У Лахлана был такой вид, словно он хотел сказать ей что-то крайне важное. Затем лицо его застыло, а голос прозвучал отстраненно:

– Если вам что-нибудь понадобится…

– Я уверена, что ваша мама обо мне позаботится, – ответила Венеция, стараясь скрыть разочарование. Вот упрямый чурбан, черт бы его побрал!

Ну что ж, у нее тоже есть гордость. И она не собирается пренебрегать ею из-за его туманных высказываний и жаждущих испепеляющих взглядов.

Хозяйка подвела девушку к повозке, ожидавшей их неподалеку от хижины. И только после того как они отъехали, леди Росс снова заговорила:

– Мой сын не… обидел вас чем-нибудь за последние несколько дней?

– Нет, он вел себя как истинный джентльмен. – Это утверждение было не так далеко от истины. Венеция винила себя не меньше, чем его, за то, что произошло во время их интимной встречи прошлой ночью. И хотя после того он больно ранил ее сердце и пытался растоптать ее гордость, она сумеет с этим справиться. Правда, теперь у нее затеплилась надежда, что ей не придется этого делать.

– Он просто упрямый тупоголовый чурбан, вот кто. Мне и в голову не могло прийти, что он зайдет так далеко в войне с вашим отцом. – Марджори похлопала Венецию по руке. – Ну ладно, больше не волнуйтесь насчет Лахлана. Я позабочусь, чтобы он не побеспокоил вас до приезда вашего отца.

– Вам не следует этого делать, – сказала Венеция. – Он не доставляет мне хлопот.

– Он должен усвоить, что нельзя просто так похищать невинных девушек. Если ему нужны неприятности, он может поискать их где-нибудь в другом месте. Я не позволю ему даже приблизиться к дому, обещаю.

– Право же, леди Росс, не стоит…

– Ты намерена заарканить этого парня или нет? – внезапно спросила леди Росс, щелкнув вожжами.

Столь неожиданный вопрос застиг Венецию врасплох.

– Я… не понимаю, что вы имеете в виду.

– Я видела, как вы смотрите друг на друга. И ты бросилась защищать его даже после всего, что он тебе причинил. Кроме того, Джейми рассказал мне… – Марджори внимательно посмотрела на Венецию. – Тебе нравится мой сын, не правда ли? И должна сказать, похоже, что он тоже очарован тобой. Лахлан в жизни не смотрел ни на одну женщину так, как на тебя. Даже на Полли.

Хотя эти слова и согрели душу, они не могли ничего изменить.

– Да, Лахлан мне очень нравится. Но он ясно дал понять, что не хочет на мне жениться.

– Да. Это если учесть, как обстоят дела сейчас. – Леди Росс задумалась, направляя повозку по грязной разъезженной дороге. – Он позволяет своей гордости управлять им. Он никогда не пойдет, сняв шляпу, просить у графа твоей руки, а твой отец иначе не даст своего разрешения, если вообще его даст. А коли вы поженитесь без отцовского благословения…

– Лахлан не получит тех денег, которые вам так нужны. Я знаю.

– Деньги? Тьфу! Мы и без них как-нибудь управимся. Но я хочу внуков. Я хочу, чтобы кто-то позаботился о моем сыне. – Голос Марджори задрожал. – Я хочу, чтобы Лахлан перестал совершать поступки, которые могут привести его к смерти. Мы с тобой обязаны найти способ покончить с этим безобразием без кровопролития.

Холодная дрожь охватила Венецию.

– Вы знаете, что планирует Лахлан?

– Я знаю своего сына. Его ничто не остановит, пока долг не будет выплачен. – Марджори окинула Венецию обеспокоенным взглядом. – Твоего отца я тоже знаю. Он не удовлетворится ничем, кроме головы Шотландского Мстителя.

– Я этому не верю. И я не могу понять, почему вы оба так о нем думаете.

– Ты забываешь, что мы с Аласдзром и твои родители когда-то были близкими друзьями. Я прежде очень хорошо знала Квентина, вот почему я не могу понять, отчего он отказывается признать свой долг. Но он сильно изменился за тот последний год перед смертью твоей матери. Он даже приказал, чтобы Лахлана… – Она осеклась. – Это не важно. Вопрос в том, что ты должна убедить мужчин мирно уладить все дела. Это легче будет сделать, если вы с Лахланом поженитесь.

– Лахлан решительно возражает против этой идеи, – холодно сказала Венеция. – И не думайте, что вам удастся заставить его жениться на мне.

– Ты удивишься, когда узнаешь, на что способна решительная мать, когда речь идет о том, чтобы сын обзавелся достойной женой.

Венеция задумчиво посмотрела на свою спутницу:

– Что заставляет вас думать, что я буду ему хорошей женой, если он сам убедил себя в обратном? Вы не видели меня с тех пор, как я была ребенком. Может, я стала ведьмой или вертихвосткой…

– Вертихвостка не проявила бы столько смекалки, пытаясь сбежать от своих похитителей. – Когда Венеция удивленно раскрыла глаза, леди Росс улыбнулась: – Джейми рассказал мне, как ты воевала с Лахланом в пути.

Марджори направила лошадь к широкой дороге, ведущей, как припомнилось Венеции, к Росскрейгу.

– Любая другая юная леди, если бы ее привезли сюда, стала бы вопить от возмущения и жаловаться на моего сына за дурное обращение. Ты же готова защищать его и хочешь все уладить. Этого вполне достаточно, чтобы убедить меня в том, что ты ему подходишь.

Венеция тяжело вздохнула:

– Жаль только, что он думает иначе.

– Он тоже это поймет. – Леди Росс остановила повозку возле дома. – К тому времени как мы с ним разберемся, он поймет.

– Что вы имеете в виду?

– У меня есть план. Но сначала ты должна убедиться, что действительно его хочешь. – С грустью она указала на ветхое здание: – Потому что, выйдя за моего сына, ты получишь вот это.

С тревожно бьющимся сердцем смотрела Венеция на Росскрейг. Сохранившееся в памяти девушки нарядное здание, выстроенное в виде буквы «Г» и всегда свежевыбеленное, раньше представляло собой символ шотландского благополучия, но теперь от него почти ничего не осталось. В трубе недоставало кирпичей, черепица на крыше местами раскололась, а невысокое каменное ограждение, окаймлявшее галерею, с одного конца полностью разрушилось.

Когда дамы вылезли из повозки и вошли в дом, Венеция увидела, что внутри дела обстоят еще хуже. Толстый слой сажи покрывал высокие потолки, а с проржавевших карнизов свисали обрывки прекрасных дамастовых штор. Потертые ковры нуждались в замене, а стены в каждой комнате требовали свежей покраски.

– Лахлан успешно справлялся с крупным ремонтом, пока его не избили. – Леди Росс нахмурилась. – Теперь все работы прекратились, и нам не под силу содержать работников. Все люди заняты лишь тем, что гонят, прячут и перевозят виски, только чтобы обеспечить клан самым необходимым – пищей, одеждой и углем. Я делаю все, что могу, чтобы поддерживать дом в порядке, но кое в чем без мужчины не обойтись. – Она виновато опустила голову. – И я всегда лучше управлялась с разделочным ножом, чем с метелкой и бельем. Знаешь, ведь мой отец был мясником.