Элизабет Ренье - Погоня за счастьем

В ухо ему громыхнул бас Джесса:

— Она здесь, мистер Кэррил.

Кейт упала в его объятия и прижалась головой к его плечу. И проговорила прерывающимся шепотом:

— Ох, Ричард, как мне было страшно. Я ведь решила, что ты бросил меня…

Он прижал ее к себе, чувствуя, как она дрожит и какие ледяные у нее руки.

— Этого никогда не случится. Клянусь тебе.

Она внезапно отпрянула от него и уставилась на свои окровавленные пальцы.

— Ричард, ты ранен? О господи!

— Это пустяк. Послушай меня, Кейт…

Но тут через ее плечо он увидел картину, которая заставила его замолчать. Двое мужчин опускали на траву Джеми. Тело баронета по-прежнему безжизненно висело поперек седла.

Кейт осторожно повернула ему голову, чтобы луна осветила щеку, и он услышал, как она втянула в себя воздух. Он нетерпеливо высвободился из ее рук.

— Это всего лишь царапина. Сейчас нет времени ею заниматься. Это еще не конец. Но главное — что с тобой? Сайлас сказал, что ты ранена.

— Просто ушибла ногу. Ничего серьезного. Но ты, ты потерял много крови. Я должна…

Он отстранил ее.

— Оставь как есть. Опасность еще не миновала. У нас на руках контрабандный товар и… мертвое тело.

Из темноты прозвучал хриплый, прерывистый голос Джеми:

— Я не хотел его убивать, сэр. Но он шел с пистолетом прямо к мисс Хардэм. Я хотел лишь помешать ему. — Он громко всхлипнул. — Я слышал, Вилли рассказывал, как скрипит виселица. Вы ведь не позволите, чтобы меня повесили, сэр?

— Но ведь мы как раз спасли вас. Кейт, позаботься о мальчике, а я должен подумать…

Кейт хотела что-то возразить, но он отвернулся и отошел на несколько шагов, чтобы в одиночестве обдумать предстоящие действия. Через некоторое время он оглянулся. Кейт сидела на траве, обнимая Джеми за плечи, а рядом с ними высилась огромная фигура Джесса. Ричарду всем сердцем хотелось обнять ее и сказать ей о своей любви. Но сперва он должен позаботиться о ее безопасности. В ближайшее время волонтеры ему не страшны. Но потом начнется разбирательство, и потому необходимо уничтожить все следы происшедшего сегодняшней ночью.

Постепенно, пока люди нетерпеливо ждали, когда их предводитель кончит размышлять, в его голове сформировался план. Тогда он сел на лошадь и повел молчаливую кавалькаду по направлению к заливу. Кейт сидела спереди, прислонившись к нему, молчаливая и умиротворенная, ощущая силу поддерживавших ее рук и решимость, исходившую от его высоко поднятого подбородка. У дороги, ведущей в деревню, он передал Кейт на попечение Сайласа и велел пастуху отвести ее вместе с Джеми к ней домой.

Многолетняя привычка заставила было ее снова возразить.

— Но Ричард, я не хочу…

— Ты сделаешь, как я сказал, — спокойно проговорил он. — Да, ты сегодня спасла нас, но больше ты не будешь принимать участия в мужских делах.

Ей хотелось спросить, что он собирается делать дальше, убедиться, что он не упустил какой-нибудь незначительной детали, способной их погубить. Но она закусила губы, чтобы с них не сорвались дальнейшие вопросы и предостережения. Абсолютно женским жестом она коснулась его руки:

— Ты… ты вернешься ко мне, Ричард?

Он приложил палец к губам.

— Я вернусь. Только смерть не даст мне исполнить это обещание.

Ночь по-прежнему была на стороне контрабандистов. Густые черные облака затянули восточный край неба, предвещая дождь. Ни один предательский лунный луч не осветил молчаливых мужчин, которые быстро и слаженно исполняли приказы Ричарда.

Деревенскому плотнику было поручено сжечь костыль Джеми и назавтра сделать для него новый. Мэтью он приказал отмыть пятна крови с лошади сэра Генри, оборвать стремя, положить пистолет сквайра обратно в кобуру и сдвинуть седло набок. Потом конюх шлепнул лошадь по крупу, и она понеслась галопом по дороге в сторону деревни. Стремя бросили на берегу, а в нескольких шагах от него в камышах положили смятую, запятнанную кровью треуголку.

Когда все было сделано, Ричард одобрительно кивнул. Бросив взгляд на небо, он заметил:

— Когда дождь кончится, едва ли какие-нибудь следы останутся на дороге, где его… где он умер. Где бочки, которые мы успели выгрузить?

— Уютненько лежат в утеснике, — ответил Джесс.

— Их придется затопить.

— Только сперва обвяжем их веревками, чтобы потом вытащить?

— Разумеется, нет. И на самой глубине.

Раздались протестующие голоса. Ричард нетерпеливо похлопал себя хлыстом по сапогу.

— Я сказал, на глубине. Вы готовы пойти на пожизненную каторгу за несколько литров бренди? Немедленно избавьтесь от них. А тебе, Джесс, я поручаю… другое дело.

Голова у него немилосердно болела, но мыслил он по-прежнему ясно. Призвав на помощь внутренние ресурсы, о существовании которых он прежде не подозревал, Ричард удерживал контроль и над собой и над людьми.

Он немного подождал, прислушиваясь к звукам, доносившимся со стороны деревни. Пони тронулись за спрятанными бочками, забулькала вода у лодки, принявшей на борт груз, потом она отчалила от берега, сопровождаемая легким плеском. Скрип уключин, перешептывание — все эти звуки казались преувеличенно громкими для его настороженного слуха. Затем все стихло, и снова его обступили тишина и темнота.

Он мысленно проследовал за лодкой из залива в Канал, там где дно резко уходило вглубь. Он представил, как лодка останавливается и Джесс могучими руками поднимает со дна лежавший там груз. Ричард инстинктивно зажмурился в тот миг, когда мутная вода Канала сомкнулась над телом сэра Генри Глинда.

Шайка контрабандистов рассеялась. Этой ночью никто не отпускал шуток при расставании. Ричард, усталый, с ноющими ушибами, с саднящей щекой, направился в деревню. Теперь его единственной мыслью было увидеть Кейт. Кажется, он не упустил из виду ни одной мелочи, а остальное теперь будет зависеть от офицера волонтеров, от сэра Томаса Мартинье и умения контрабандистов молчать. В последних он почти не сомневался, этому искусству они учились не один год. Но действий старого больного судьи он предугадать не мог.

У гостиницы он остановился, чтобы пожелать спокойной ночи Джессу и Мэтью. При виде этих двух людей, которые заводили своих лошадей в стойла, ему пришли на ум слова, сказанные Кейт: «Это сделали всего два человека — Джесс и гостиничный конюх».

Ричард резко выпрямился, так что его лошадь споткнулась.

— Джесс! Одно только слово. Насколько мне известно, вы сложили часть бочек на чердаке у мисс Хардэм. Они все еще там?

— Да, сэр.

Ричард тихонько чертыхнулся.

— Вот как! Из всей деревни в самой большой опасности девушка, которая этой ночью спасла нас всех.