Энн Максвелл - Рубиновый сюрприз

Кабинет оказался просторным, прохладным и совершенно без окон. Но несмотря на это, здесь было очень светло. Все четыре стены украшали красивые полки. На многих из них лежали древние рукописи, как оригиналы, так и превосходные копии.

Лорел отметила, что в комнате полно книг на английском, латинском, французском, немецком и русском языках. Однако ей не удалось определить, к какому языку принадлежали иероглифы, которыми были исписаны обложки других книг: китайскому, японскому, вьетнамскому или корейскому. А может быть, всем сразу. В кабинете Редпэт было много и научно-исследовательской литературы, чему позавидовала бы любая университетская библиотека.

На одной стене висела карта мира Меркатора с подсветкой. Она представляла собой электронные часы «точного времени». Яркие части карты указывали дневное время на этих участках земной поверхности, темные подразумевали ночь.

На противоположной стене, над камином, висел старинный портрет в натуральную величину бородатого вождя одного из кланов Шотландии в национальной одежде. Вряд ли когда-нибудь Лорел видела такие проницательные зеленые глаза, какие были у этого вождя. Они казались живыми.

Посол Кассандра Редпэт поднялась из-за своего письменного стола. Он был настолько отполирован, что блестел. На нем находились три телефона и большая книга в кожаном переплете, которую Редпэт читала, прежде чем вошла Лорел.

– Как вы себя чувствуете, мисс Свэнн? – спросила Редпэт. – Круз мне обо всем рассказал.

Подойдя ближе, Лорел заметила, что глаза Кассандры тоже были зелеными, как и у шотландского вождя, но, наверное, более проницательные. – Стараюсь держать себя в руках, – сдержанно ответила Лорел, – но у меня такое впечатление, будто я провалилась в нору к Белому Кролику, как в знаменитой книжке Кэррола.

Редпэт рассмеялась, снова устраиваясь в своем кресле.

– Думаю, мы поладим. Подойдите ко мне и сядьте, я вам опишу тот мир, в который вы провалились.

Лорел уловила в Редпэт те же незаурядные способности и доброжелательность, которые с самого начала заставили ее поверить Крузу Ровану. В таком случае это ничего хорошего не предвещало. Круз умышленно ввел ее в заблуждение.

Оглядев еще раз кабинет, Лорел подошла к кожаному креслу, стоявшему напротив огромных размеров письменного стола Редпэт, и села. Ее взгляд упал на большую книгу в кожаном переплете, лежавшую на столе открытой. Написана она была на русском языке. На цветных фотографиях Лорел сразу же узнала изображения изделий Фаберже.

– Вы располагаете великолепной коллекцией рукописей, – отметила Лорел, – надеюсь, это оригиналы?

– В основном. При переписывании всегда случаются ошибки, несмотря на все старания монахов или писцов быть как можно педантичнее. К тому же в копиях отсутствует та неуловимая сила притяжения, которая есть в оригинале.

– Мне доводилось видеть старинные изданий и музейные рукописи, – сказала Лорел, снова оглядываясь вокруг, – но я не знала, что они могут быть в таком количестве в руках одного частного коллекционера.

– Я не коллекционер, – поправила Редпэт. – Я ученый.

– По-прежнему?

– В большей степени.

– Круз говорил, что вы руководите компанией «Риск лимитед», – произнесла Лорел. – Когда же вы находите время для научной работы?

У Лорел возникло ощущение, что посол пыталась прочитать ее, как рукопись, написанную на не совсем понятном языке.

– Да, я руковожу «Риск лимитед», но почти всю свою работу я выполняю, не вставая из-за письменного стола, – ответила Редпэт. – Основная черновая работа лежит на плечах Круза и других оперативных работников. Время от времени я вызываю их к себе в кабинет, чтобы быть в курсе дел. Меня подкупает их предприимчивость, работоспособность и независимость. Они не нуждаются во мне.

– Руководить такими мужчинами, как Круз Рован, равносильно тому, чтобы пытаться пасти котов, – вспомнила Лорел слова отца и ухмыльнулась.

Редпэт расхохоталась.

– Точно, – подтвердила она, – поэтому я даже не пытаюсь пасти их. Я стараюсь придерживаться своих идей.

– Наши идеи, – тихо произнесла Лорел, – либо меняются, либо остаются прежними, но никогда не исчезают бесследно, для нас.

В умных зеленых глазах Редпэт блеснуло отражение глубокой признательности. Она начинала понимать, почему Круз взял Лорел с собой, вместо того чтобы оставить ее в каком-нибудь малоизвестном мотеле и приставить к ней охрану.

Либо использовать ее в качестве приманки.

– Если бы все мои агенты были такими же, как Круз, – сказала Редпэт, – я бы, вероятно, вообще не беспокоилась за исход любого дела. Он всегда действует в основном в одиночку. В этом заключается его слабость и одновременно огромное преимущество.

– Да здравствует Круз Рован! – пробормотала Лорел. – Божественный дар для разведывательной службы.

Редпэт удивленно подняла рыжие брови:

– Круз с вами плохо обращался?

– Вы имеете в виду, давал ли он мне затрещины, называл ли красоткой или щипал мой зад? Конечно этого не было.

– Это радует, – сухо заметила Редпэт, – а то в какой-то момент я даже подумала о том, что все-таки стоило попытаться попасти этих котов.

Не удержавшись, Лорел рассмеялась.

– Что же в таком случае натворил. Круз? – поинтересовалась Редпэт.

– Он заставил меня поверить в то, что получил сильное ранение, спасая мне жизнь, и поэтому я должна была сама вести машину в аэропорт. После он пригрозил… – Лорел замялась на минуту. Круз не угрожал ей. Не то чтобы точно – Он сказал, – поправила она, – что если я не соглашусь поехать с ним, значит, я настолько глупа, что надеюсь сама защитить себя, и тогда ему придется принять соответствующие меры. Но выбирать, конечно, должна была только я одна.

У Лорел на щеках появился румянец, когда она вспомнила, какой была наивно-уверенной в том, что Круз испытывал к ней особую симпатию. Но более унизительным казалось то, что он так успел хорошо изучить ее, что убедил, будто именно она владела ситуацией.

«Конечно, он пошутил надо мной, – подумала Лорел. – Ситуацией я не управляла уже с того момента, как Круз пробрался в мой дом. Я наставила на него пистолет, а он в это время смотрел на меня так, словно для него не было более желанной женщины, чем я».

Интересно, совпадали ли прошлой ночью их желания? Лорел помнила, каким беспомощным и уязвимым Круз ей показался, когда снял свой, бронежилет, обнажив теплое тело и оставленные от пуль жуткие вмятины. Но тут перед ее глазами встала картина, которую она видела сегодня в спортзале: Круз Рован, блестя от пота, борется с Джиллеспи. Она продолжала размышлять, каково было бы оказаться в центре внимания его проницательных глаз, почувствовать ласку его больших рук, заставить его ощутить наслаждение, а не боль…