Марша Кэнхем - Чайная роза

– Думаю, я его уже лишилась.

– Пожалуй, – задумчиво произнес Джастин, обойдя вокруг стола. – Сегодня должна была состояться твоя свадьба, не так ли?

– Да, но я не стану плакать по этому поводу. Помимо грандиозного приема и нарядного платья, это событие ничего мне не сулило: ни радости, ни счастья.

Он подошел ближе, весело блеснув глазами.

– Что ж, мисс Грант, я не могу предложить вам ничего, кроме этой старой посудины и бескрайнего моря. Возможно, пару приключений, ночи под луной, теплый песок и тихий плеск волн…

– Это намного больше, чем мне предлагали раньше, – сказала Чайна, обвив руками его шею. Она привстала на цыпочки и прильнула к его губам в поцелуе, чувствуя, как его руки скользнули под ее просторную рубашку.

Они все еще пребывали в этом положении, когда в каюту ворвался сэр Рейналф Кросс.

– Это было незабываемое зрелище, моя дорогая, – сказал сэр Рейналф, восседавший за письменным столом красного дерева в своем кабинете. Чайна сидела напротив, потупив глаза и чопорно сложив руки на коленях. На ней было мятое бежевое платье, в котором она взошла на борт «Реюниона», запачканное, с оторванным подолом, полинявшее и севшее после купания в морской воде. Волосы, по-прежнему стянутые сзади шнурком, растрепались, и выбившиеся пряди падали на щеки и шею, колеблясь от ветерка, залетавшего в открытое окно.

– Воистину незабываемое, – повторил сэр Рейналф. – Войти в каюту контрабандистского судна и застать собственную невесту в обнимку с бесчестным негодяем, посмевшим замарать имя Кроссов. Что вы можете сказать в свое оправдание?

Чайна подняла глаза. Сэр Рейналф сидел спиной кокну. В лучах солнца его волосы и бакенбарды отсвечивали золотом. Челюсти были непреклонно сжаты, глаза холодно сверкали. Неужели она когда-то считала его красивым?

– Не думаю, что я обязана отчитываться перед вами за свои действия, – отозвалась она. – Вы не имеете на меня никаких прав, сэр.

– Пока.

– В таком случае мне нечего вам сказать… пока.

Он коротко улыбнулся:

– Очень трогательно. Меня поражает ваша бравада. Вы хоть знаете, в каком преступлении обвиняют Джастина?

Чайна внутренне напряглась. В последний раз, когда она видела Джастина, его скрутили, заковали в цепи и утащили с палубы корабля в полубессознательном состоянии.

– Насколько я поняла, его обвиняют в убийстве вашей любовницы, – невозмутимо ответила она.

Сэр Рейналф иронически выгнул бровь:

– Какая преданность, однако. И кому? Мошеннику и работорговцу.

– Преданность здесь ни при чем. Просто я не верю, что Джастин способен зверски избить женщину. К тому же он был со мной тем вечером.

– С вами? – вкрадчиво произнес Рейналф; ноздри его слегка раздулись, свидетельствуя о крайнем неудовольствии.

– Со мной. Это произошло в тот день, когда я, если помните, заблудилась в городе. Джастин случайно оказался там и пришел мне на помощь в весьма неприятной ситуации. Видя, как я расстроена, он отвел меня в таверну, чтобы я могла успокоиться. Спустя час, когда он пытался проводить меня домой, на нас напали трое головорезов, вооруженных ножами. Именно тогда, сэр, Джастин был ранен, защищая мою честь.

– Скорее сохраняя, – сухо заметил сэр Рейналф, – для себя.

Щеки Чайны вспыхнули.

– Полагаю, я выслушала более чем достаточно. Если вы будете настолько любезны, чтобы сообщить мне, куда увезли Джастина, я исчезну с ваших глаз.

– Он там, где в конце концов оказываются все преступники, мисс Грант. В тюрьме. Чтобы предстать перед судом за совершенные им преступления.

– Чтобы предстать перед вашими марионетками, наряженными в мантии судей! – сердито воскликнула Чайна. – Ибо ни один честный судья не приговорит его на основании жалких доказательств, представленных вами.

– Вы совершенно правы, моя дорогая. Тех доказательств, которыми они располагают сейчас, явно недостаточно.

– Что вы хотите этим сказать? – настороженно поинтересовалась она.

Сэр Рейналф улыбнулся:

– Только то, что многое зависит от вашего дальнейшего поведения. Надеюсь, мы сумеем прийти к пониманию.

– Едва ли.

– Вы уверены? Мисс Грант, я не насколько слеп и неразумен, чтобы не понимать, чем Джастин притягивает женщин всех возрастов и склонностей. Вы не первое юное создание, совершившее роковую ошибку, приняв его авансы за чистую монету.

– Я не совершала никаких ошибок…

– Более того, я сам отнюдь не безгрешен в вопросах, касающихся противоположного пола. С моей точки зрения, супружеские отношения только выигрывают при наличии некоторого опыта у обеих сторон.

– Отношения? Между нами нет и никогда не будет никаких отношений. Нас ничто не связывает, кроме договоренности, которую я, по вашим собственным словам, могу в любой момент расторгнуть.

Сэр Рейналф снова улыбнулся и выдвинул ящик письменного стола.

– Разумеется. Вы вправе это сделать, если решите, что сей пакет не повредит ни Джастину, ни вам лично. Как вы понимаете, я обязан передать его властям.

Чайна взглянула на конверт, который сэр Рейналф положил на стол.

– Вы не узнаете его, мисс Грант? Странно, поскольку он был найден среди ваших вещей. Миссис Биггз обнаружила его в ящике вашего комода прошлым вечером, когда мы пытались понять, сбежали вы по собственной воле или были похищены. Честно говоря, это было бы неплохим объяснением всего случившегося. – Он ненадолго задумался. – Вы были похищены и удерживались на борту «Реюниона» в качестве заложницы, чтобы обеспечить Джастину беспрепятственный выход из порта. Звучит убедительно.

– Я не понимаю, о чем вы говорите! – воскликнула Чайна. – Я не знаю, что это за конверт и что в нем…

– Две тысячи фунтов, мисс Грант. Довольно странно, учитывая, что именно такая сумма была украдена у меня – в тех же купюрах, заметьте, – на дороге между Портсмутом и Брейдон-Холлом. Полагаю, вы помните ту ночь?

Чайна помнила. Более того, она помнила, что на следующий день Джастин сказал, что ему нужно наведаться в ее комнату. Она почему-то решила, что он собирается что-то забрать, а не положить. И еще он сказал, что хочет сделать это в ее отсутствие, чтобы избавить ее от необходимости лгать.

– Судя по вашей реакции, которая кажется мне искренней, – никто не смог бы так очаровательно краснеть по собственному желанию, – вы ничего не знали о деньгах?

– Нет, – шепотом признала она.

– А об участии Джастина в ограблении?

Чайна поспешно опустила глаза, но сэр Рейналф успел заметить мелькнувший в них страх.

– Понятно, – уронил он. – И тем не менее вы считаете необоснованными предъявленные ему обвинения?