Джейн Фэйзер - Когда пожелаешь: сборник

Она ясно поняла, в какой момент он увидел ее. После некоторой паузы вопросительная улыбка коснулась уголков его изящного рта.

— Привет, — сказал он. — Мы знакомы?

— Нет, — ответила Люси, а подступивший к горлу комок едва не помешал ей произнести даже это слово.

Он встал, поморщился и прижал ладонь к шее.

— Сомневаюсь, что у вас тут есть бренди.

— Да, — она проглотила комок, — сейчас нет.

Он потер шею и прикрыл от боли глаза. Люси попыталась остановить себя, но почувствовала, что желает ощутить такое же легкое, уверенное прикосновение его руки к своему телу. К своей шее. Может, ниже. Может, прикосновение, ласкающее ей плечи. Ее обнаженные плечи.

«Я действительно в большой беде», — подумала Люси. И наверное, часть фразы произнесла вслух, потому что Генри Лэмб открыл глаза и снова посмотрел на нее. И увидел гораздо больше, чем ей бы хотелось.

— Надеюсь, когда вы придете в себя, — сказал он, — то объясните мне, почему вы здесь со мной. — У него был приятный голос. — Кстати, кто вы, жертва или соучастник?

— Если быть совсем честной с вами…

Она запнулась, чтобы проглотить новый комок, и он переспросил:

— Совсем честной? Вот это новость. Попытайтесь. Я уверен, вам в конце концов удастся связно выразить свою мысль.

— Соучастник.

— Так-так. — Генри Лэмб оглядел комнату, маленькое окошко и устрашающую железную дверь. — Полагаю, она заперта, — произнес он, указывая на дверь.

Люси кивнула, наблюдая, как он полез в карман пальто, посмотрел на часы и вынул маленький блокнот.

— Ясно, что это не ограбление.

Он положил блокнот в пальто, которое бросил на кровать, и приблизился к Люси, внимательно глядя ей в лицо. — Так что мы имеем? Я здесь по чьему-то приказу. Сейчас угадаю. Вымогательство?

— О нет!

— Акт возмездия? Долги? Останови меня, дорогая, если будет теплее. Ревнивый муж? Господи! Неужели отец?

Мотая головой и прижимая ладонь к занывшему животу, Люси слышала, что снаружи за дверью члены общества, как и следовало ожидать, созвали экстренное совещание.

— Знаешь что, моя дорогая, — сказал Генри Лэмб. — Ты действительно оказалась не на той стороне. — Он с яростью стукнул кулаком по двери. «Если бы Элф припал сейчас ухом к замку, он бы наверняка оглох». Его терпение лопнуло, и лицо стало сердитым. — Твои идиоты готовы к переговорам?

Люси услышала, как Рупа сказала:

— Он действительно пришел в себя.

— Во всяком случае, — заметил Джордж, — по его произношению ясно, что он джентльмен. Возможно, нам удастся выпутаться из этой истории без потерь. — И потом сказал более четко, очевидно, для Генри Лэмба: — Сэр, мы были бы вам крайне признательны, если бы вы соблаговолили сообщить нам, с кем мы имеем честь разговаривать.

— Вы хотите сказать, что, едва не проломив мне голову, притащили сюда, заперли и даже не знаете, кто я?

— Сэр, мои товарищи и я в данном случае проявили непростительную оплошность, какую только можно представить. — Джордж со всей вежливостью обращался к запертой двери. — Позвольте вас заверить, что мы сделаем все, что в наших силах, чтобы возместить доставленное вам неудобство. Я полагаю, что говорю с…

Терпение, очевидно, тоже имеет предел.

— Открой дверь, придурок, — оборвал его Лэмб. — С каждой минутой эти неудобства все больше действуют мне на нервы.

Обескураженный, но не сломленный, Джордж продолжал:

— Наша цель — сделать для вас все, что от нас зависит, сэр, тем не менее…

— О Господи, Джордж, прекрати, — не выдержала Шарлотта. — Если ты и дальше будешь так разговаривать, Бог знает, когда ты доберешься до сути. Эй вы, внутри, — громко крикнула она. — Слушайте. Мы по ошибке похитили вас, заперли в комнате с одним из наших товарищей, а ключ уронили в сливной колодец. Мой друг пытался открыть замок с этой стороны, но вы сломали ему палец, и у него ничего не получилось.

Лэмб переварил услышанное и оперся рукой о дверь. Люси понимала, что у него чудовищно болит голова.

— Ты, с переломанным пальцем, — сказал он, — поверь, это будет не последняя кость в твоем теле, которую я тебе сломал, если ты не откроешь дверь.

— Очень сложный замок, — спокойно пояснил Элф. — Вы лучше скажите нам свое имя, и мы пошлем кого-нибудь сообщить вашим родным, что вы задерживаетесь.

— У меня нет родных, которых бы следовало об этом уведомить, а зовут меня Генри Лэмб.

— Кузен Генри? — раздался изумленный голос Джорджа. По тому, что его голос затем стал громче, Люси догадалась, что он подошел к двери. — Вы мой кузен Генри Лэмб?

— Кто это говорит? Джордж Пеннингтон? Я не видел тебя с тех пор, когда ты ходил в коротких штанишках. Я всегда думал, что являюсь худшим отпрыском этого семейства, а ты, оказывается, связался с бандой цыган?

— Они не банда цыган, хотя… да, некоторые из них цыгане, но… Господи, Генри Лэмб.

— Да. Позор семьи. Вычеркнутая страница из семейной библии. Черное пятно, негодяй и мерзавец. — Люси поняла, что обнаружившееся родство не слишком порадовало мистера Лэмба. — Скажи мне, ты часто принимаешь участие в похищениях, или это впервые?

— То, что мы пытаемся сделать, в высшей степени справедливо, — с обидой отозвался Джордж.

— Правда? Что же ты делаешь, когда хочешь кому-то насолить? Сжигаешь Рим? Послушай меня, Джордж. Мне нужно, — он стукнул в дверь, — выйти, — он стукнул сильнее, — из этой комнаты. — Последний удар прозвучал с такой силой, будто над ухом Люси ударили кувалдой в колокол.

В следующую четверть часа Элф пытался открыть замок, сломать замок, разобрать замок, вырвать замок из двери. Все было бесполезно.

— Я полагаю, — сказал Джордж, — нам нужно созвать собрание и решить, что делать дальше.

— Да, — обрадовалась Шарлотта. — Именно так. Давайте проведем собрание. Тогда можно будет внести предложение послать мистеру Лэмбу ноту с извинениями. Нужно создать комиссию по составлению текста ноты! А я тем временем добавлю в повестку дня резолюцию, осуждающую Джорджа Пеннингтона за потерю единственного ключа от комнаты в сливном колодце!

Генри Лэмб слушал все это, прислонившись плечом к двери, и по выражению его лица Люси догадалась, что его последнее терпение иссякло. Он внимательно посмотрел на нее, и Люси подумала, что в данных обстоятельствах ей это совсем не нравится.

— Сними шляпу, — сказал он.

— Шля… шляпу?

— Да. Я собираюсь поцеловать тебя. А она мешает. — Он снова стукнул кулаком по двери, требуя немедленного внимания. — Джордж, послушай-ка меня. Мне очень скоро нужно быть в другом месте. И встречу я никак не могу пропустить. Ты понимаешь? У тебя есть два часа, чтобы выпустить меня отсюда. Два часа. Не больше. Если ты не выпустишь меня через два часа, я изнасилую вот эту… эту девушку в шляпе.