Андреа Кейн - Нежная и бесстрашная

Маркс снова пожал плечами:

— Я знаю не больше вашего, милорд. Ни в одном из четырех случаев не было послано письма с требованием выкупа.

— Четырех? — Ройс резко поднял голову. — Вы приписываете сюда и убийство Харта? Но ведь он был убит в Кенте, а не в Лондоне. Да и жену его не тронули.

— Верно, Харта застрелили в Кенте, однако живет он в Лондоне, — уточнил Маркс. — За исключением места преступления все остальное сходится. Жертва — джентльмен, а способ убийства — выстрел в грудь. Что касается леди Харт… — Маркс помялся и, перекинувшись взглядом с Карсоном, продолжил: — Мы еще не предавали это огласке, боясь вызвать панику, но при сложившихся обстоятельствах вам следует знать. Одновременно с сообщением о событиях в Пирсоне мы получили известие, что вдова Харта исчезла вчера вечером из своего лондонского дома. Оба преступления были совершены где-то между одиннадцатью часами вечера и рассветом.

У Ройса перехватило дыхание.

— И похитителю удалось пробраться в дом Харта?

— Да. Как и здесь, в Пирсон-Мэноре. Ему всегда это удается. Такое впечатление, что орудует какой-то гений. Он точно рассчитывает время и незамеченным проходит мимо охраны и прислуги.

«Какой-то гений»… «Незамеченным проходит мимо охраны и прислуги»… Использует один и тот же метод убийства — выстрел в грудь. И внезапно Ройса как громом поразило. Ну конечно! Как же он раньше не сообразил? Правда, это не объясняет, почему были похищены женщины, зато как на ладони причины преступлений и точность, с которой они были совершены. Ройс принялся лихорадочно припоминать все подробности, и постепенно перед ним начала вырисовываться четкая картина. Все сходилось. Все, за исключением исчезнувших женщин. Они пока никак не вписывались в картину. Над похищениями еще предстоит подумать. Но остальное!.. Все жертвы преступлений, за исключением Глиннис Мартин, служили преступнику чем-то вроде учебных мишеней для стрельбы. Убийца лондонских джентльменов и наемный убийца, решивший свести с ума Бреанну, — одно и то же лицо. Этот подонок играл со стражами порядка и одновременно оттачивал свое мастерство, преисполненный решимости заполучить самый главный приз.

И этот приз — Бреанна. А убийство Глиннис Мартин — акт возмездия, ехидное напоминание о том, кто правит бал. И адресовано оно не Бреанне, а Ройсу. Стало быть, злоумышленник догадался, что Ройс взял на себя роль защитника Бреанны. Подслушав разговор о деле Райдера и поездке в Пирсон-Мэнор, он придумал следующий ход. Он знал! Этот сукин сын все знал! И теперь советует Ройсу держаться от Бреанны подальше, а не то…

— Чадуик! — Маркс, прищурившись, смотрел на него. — Вы что, пришли к какому-то выводу? Мы что-то упустили из виду?

Чадуик подавил желание рассказать полицейскому о своих подозрениях. Это было бы ошибкой. Все равно на Боу-стрит Бреанне ничем не помогут, как не смогли сделать этого до сих пор. Им нужны доказательства, а все, что у него есть, — это догадки. И хотя они верны на все сто процентов, доказательств они не заменят.

Была и еще одна причина молчать. Он сам хотел поймать этого сукина сына.

— О чем вы задумались, Чадуик? — окликнул его Маркс.

— О Райдере, — ответил он, решив так объяснить причину своего беспокойства. — Если убийца наметил его следующей жертвой, надо его предупредить.

Маркс кивнул:

— Отсюда мы отправимся прямо в Суссекс.

— Райдер ждет Эмму, а не вас, — хмуро бросил Ройс. — Вчера вечером я послал ему сообщение, что нашел ее и сегодня утром мы приедем к нему в поместье. А теперь вместо встречи с дочерью его ждет известие о ее исчезновении. Не говоря уж об убийстве Глиннис, которое его тоже не порадует.

— С Райдером мы разберемся. — Маркс многозначительно взглянул на Чадуика. — И о нем позаботимся. Это наша работа. Вашей задачей было разыскать девушку. Что вы и сделали.

— Только чтобы снова ее потерять. И на сей раз она уже вряд ли находится в безопасности. — Ройс нахмурился. — Хорошо, оставляю Райдера вам. Что же касается Эммы, снова возьмусь за ее поиски. Я твердо намерен ее найти. За это мне и платят.

— После того как мы отыщем убийцу.

— Согласен. Это первостепенная задача.

Этот сукин сын совершил то, что задумал, здесь и теперь — Ройс мог бы голову дать на отсечение — вернется в Медфорд-Мэнор и станет кружить вокруг своей жертвы, как самый настоящий хищник.

Пускай полицейские охраняют Райдера. Он помчится обратно к Бреанне.

Глава 17

Весь день Бреанна чувствовала себя не в своей тарелке. Попыталась заняться рукоделием и бросила, три раза уколов палец. Решила порисовать — опять ничего не получилось: никак не могла подобрать подходящие цвета. Наконец взяла в руки книгу и не смогла прочесть ни строчки. С каждой секундой напряжение становилось все невыносимее. Захлопнув томик, Бреанна пригладила волосы и взглянула на часы. Пятый час. Когда она в последний раз смотрела на циферблат, было без десяти четыре. Вздохнув, Бреанна вышла из спальни — в третий раз со времени обеда. Стоило ей открыть дверь, как Хибберт вскочил со стула.

— Что-то случилось, миледи? — встревоженно осведомился он.

— Нет-нет, Хибберт, — успокоила Бреанна, тронутая его готовностью помочь. — Все в порядке, просто почему-то ужасно волнуюсь. — И, опустив глаза, спросила: — От Ройса нет никаких вестей?

Губ Хибберта коснулась тень улыбки, отчего его строгое лицо смягчилось.

— Нет. И не должно быть. Он постарается как можно быстрее закончить свои дела и вернуться сюда. Если не сегодня вечером, то завтра непременно.

— Вы правы, — кивнула Бреанна. — Может быть, как раз в эту минуту он знакомит лорда Райдера с его дочерью.

— Вполне возможно. — Хибберт указал рукой в сторону холла. — Ваша кузина с мужем отправились несколько минут назад пить чай. Леди Шелдрейк просила передать, что, если желаете, можете к ним присоединиться.

— Спасибо. Я так и сделаю. — Секунду помолчав, Бреанна проговорила: — Вы тоже можете составить нам компанию.

— Простите?

— Да будет вам, Хибберт! — На сей раз улыбнулась Бреанна. — Вряд ли человек, способный пить со своим хозяином бренди средь многолюдного бала, может быть шокирован предложением попить с моими родственниками чаю.

— Верно замечено, миледи. — Хибберт слегка кивнул. — И потом, мне и в самом деле хочется пить.

— Уэллс тоже к нам присоединится. И вы двое можете сколько угодно мерить друг друга сердитыми взглядами, словно коты, дерущиеся за свою территорию. Вас это может позабавить.

— Согласен, приятная перспектива, — хмыкнул Хибберт. — Что ж, вы меня уговорили. Чай так чай.

Они уже дошли до середины лестницы, когда во входную дверь постучали.