Рексана Бекнел - Опасности любви

Только ни в коем случае нельзя показывать ему свою заинтересованность!

Антония на мгновение задержалась у двери библиотеки. Она чувствовала запах табака, но из-за закрытой двери до нее не долетало ни единого звука. Они скорее всего все там и молча смотрят друг на друга. Графиня медленно вдохнула. Надо быть очень осторожной, надо тщательно подбирать слова. Но она свой шанс не упустит.

Она не пойдет на поводу у Айвэна. На сей раз нет. Он очень хорошо заглотнул наживку.

Айвэн сидел, развалясь в огромном кожаном кресле, наблюдая за дымом от собственной сигары. Он специально закурил, чтобы досадить лорду Данлейту, а кроме того, чтобы чем-то занять руки и ненароком не задушить Эллиота. Ну, ничего, пусть только попробует подойти к Люси. Он его тут же отправит на тот свет.

А вот и старая колдунья – прямая, как кочерга, и полная решимости. Айвэн, пожалуй, впервые в жизни смотрел на нее отрешенно.

Старая ведьма с холодным сердцем и стальными нервами вознамерилась распоряжаться жизнью своих родных так же, как огромным состоянием, доставшимся ей от мужа. Айвэн был вынужден признать, что это ей неплохо удавалось: она очень умело распоряжалась деньгами и недвижимостью семьи. Лучше, чем многие. Но вот с людьми у нее ничего не получалось.

На мгновение он попытался представить себе жизнь отца. Скорее всего это из-за нее он перестал чувствовать себя настоящим мужчиной. И взбунтовался.

Айвэн нахмурился. Плевать он хотел на то, почему отец его оказался таким бесхребетным подлецом. Самое главное, что сам он таким не будет никогда!

Леди Уэсткотт стояла у двери и свирепо разглядывала его.

– Если бы я знала, что ты устроишь сегодня такой скандал, я бы пригласила совершенно других людей.

– Надеюсь, я бы все равно фигурировал в вашем списке? – вставил Эллиот.

– Послушайте, молодой человек! – взорвался лорд Данлейт. – Хватит с нас шутовства…

– Вы бы возглавили этот список, – заверила Эллиота леди Уэсткотт. – Сразу за моим безнравственным внуком, естественно.

– Не сомневаюсь, что вы прекрасно разбираетесь в репутациях людей, – язвительно усмехнулся Айвэн. – И если я как-нибудь надумаю устроить здесь оргию, я непременно обращусь к вам.

– Прекратите! – повторил лорд Данлейт, резко поднявшись с кресла. – Я не позволю вам оскорблять Антонию. И сухим из воды вам на сей раз не выйти. – Он грозил Айвэну узловатым пальцем. – Поскольку здесь некому вступиться за честь мисс Драйсдейл, я эту миссию возьму на себя. Вы обязаны сделать ей предложение, Уэсткотт. Немедленно, иначе я буду вынужден бросить вам вызов!

Айвэн медленно затянулся, выпустил идеальное кольцо серо-голубого дыма и усмехнулся старику в лицо.

– Вы вызываете меня на дуэль? На шпагах?

– А ты думаешь, я не смогу насадить тебя на клинок? – запальчиво воскликнул лорд Данлейт.

– Но если вдруг вам это не удастся, то за вас это сделаю я, – насмешливо протянул Эллиот.

Этого Айвэн уже снести не мог. Если Эллиот надумал завоевать Люси, играя роль ее спасителя, он об этом пожалеет! Айвэн бросил сигару и холодно посмотрел на человека, которого столько лет считал своим другом.

– Я полагаю, место и время назначает тот, кто бросает вызов?

– Никаких дуэлей! – вмешалась леди Уэсткотт. – Я этого не допущу.

– Вы здесь совершенно ни при чем, мадам. Как, впрочем, и во всем остальном, – отрезал Айвэн.

Она посмотрела на него с неприкрытым презрением.

– Боже, да ты даже омерзительнее, чем я думала. Ты растоптал чувства множества юных девушек, которые имели несчастье попадаться тебе на пути, и не сделал предложение ни одной. А теперь ты втянул в отвратительную историю наставницу собственной кузины.

– Если она подходит на роль наставницы вашей крестницы, то почему она не подходит мне?

– Я и не говорю, что она тебе не подходит. Скорее наоборот. У нее нет титула и невелико приданое. Но одно достоинство у нее было: ее незапятнанная репутация. А ты лишил ее и этого. Ты погубил репутацию уважаемой женщины! И ради чего? Ради того, чтобы досадить мне. Да будь ты хоть…

– У меня не было намерения губить репутацию мисс Драйсдейл.

– Но ты это сделал! – воскликнула графиня. – Уж не думаешь ли ты сохранить это в тайне?

– О нет, на это я не надеюсь, – заверил ее Айвэн и угрожающе посмотрел на Эллиота. – Я объявляю всем, что женюсь на Люси Драйсдейл. И отныне прошу смотреть на нее как на мою невесту.

Каждый из присутствующих отреагировал на это заявление по-своему. Эллиот, ухмыляясь, задумчиво смотрел на него. Смеется он или соглашается с ним, понять было невозможно.

У бабки глаза сузились, словно она ему не поверила. Затем, не сразу, на ее морщинистом лице проступило выражение облегчения. Айвэн с удивлением отметил, что судьба Люси Драйсдейл волнует ее больше, чем его брак с Валери.

Только лорд Данлейт в растерянности переводил взгляд с одного на другого.

– Что ты сказал? Что он сказал, Антония? Я что-то не понимаю…

– Он сказал, что женится на ней, – пояснила леди Уэсткотт, не сводя глаз с Айвэна. – Надеюсь, ты не шутишь? – Она покачала головой. – Полагаю, я должна радоваться, что хотя бы один из вас об этом подумал.

Айвэн нахмурился:

– Что вы хотите сказать? Что Люси к этому не расположена?

Антония пожала плечами:

– Последнее, что я слышала, выходя из ее комнаты, это то, что брак с тобой невозможен.

Этого Айвэн не ожидал. Внешне он сохранял спокойствие, но внутренне весь сжался от боли, как от удара в солнечное сплетение.

– Невозможен? Если она еще не замужем, то все возможно!

– А если ее просто не прельщает перспектива брака с тобой? – задумчиво сказал Эллиот. – А что, если ее сердце принадлежит другому?

Айвэн с трудом сдержался, чтобы не отвесить ему пощечину.

– Я лучше всех вас знаю, кому принадлежит сердце Люси Драйсдейл. Именно поэтому мы вообще что-то здесь сейчас обсуждаем. – Он поднялся. – Мне надо поговорить с Люси наедине.

– Наедине? Ну-ну, – хмыкнула леди Уэсткотт. – Я пошлю за ней. И дам вам пять минут – здесь, в библиотеке. Не больше. – Она некоторое время молча смотрела на него, потом вздохнула – Несмотря на не самые благоприятные обстоятельства твоего приближающегося брака, Айвэн… я желаю тебе добра.

Она проводила мужчин до двери, и Айвэн остался один, размышляя над ее последним замечанием.

Бабка желает ему добра? Да никогда в жизни он в это не поверит! Она способна желать добра только себе. Старая графиня давно уже мечтает об одном: чтобы он женился.

И уже этого достаточно, чтобы он отказался от своего предложения, черт побери!

Айвэн затушил сигару и поднялся. Нет, все-таки нельзя сказать, что он окончательно подчинился ее воле. Проклятая старуха мечтает о богатой и глупой наследнице, которая имела бы даже больше земель, чем она сама. Вернее – чем он! А он собрался жениться на синем чулке, на девушке, у которой нет ничего, кроме, в лучшем случае, небольшого куска земли, да и тот принадлежит ее брату.