Дженнифер Эшли - Нежданно-негаданно

Какого черта он так долго ждал, чтобы сказать ей это?! Почему именно сейчас?

Ответ ясен: он знал, что умрет. Картер отвезет его в Лондон, где состоится суд, вынесут приговор, и Джеймса повесят.

Диана резко открыла глаза и начала задумчиво разглядывать дощатый потолок. Одна доска расшаталась. Нужно укрепить…

Стоп, что-то здесь не сходится. Джеймс Ардмор никогда не сдастся так легко – кто угодно, только не он. Ну, конечно! Он знал, что не сможет в ближайшее время поговорить с ней, и воспользовался этой единственной возможностью.

Картина по кусочкам складывалась у нее в голове, дыхание участилось. Нет, Картеру никогда не удастся выполнить свой коварный план, Джеймс не допустит этого. И он не собирался умирать, а послал ей это сообщение, потому что у него был какой-то план. Чертов хитрец!

Диана вскочила – так резко, что ударилась головой о деревянную балку и, скорчив недовольную гримасу, потерла ушибленную голову.

Так, он замышлял побег. Как ему это удастся – она понятия не имела, но это же Джеймс Ардмор, который в одиночку справлялся с целыми кораблями и толпами пиратов! Картер (вот дурак!) решил, что, заковав Джеймса в цепи, может спать спокойно. Как бы не так!

Едва спрыгнув с кровати, Диана услышала шум снаружи: сердитые голоса, крики, топот. Она заколотила в дверь.

– Что происходит? Эй, выпустите меня!

Ее заглушили громкие ругательства капитана, прошедшего мимо двери с несколькими людьми. Еще с полчаса Диана барабанила, требуя, чтобы Пемброук немедленно выпустил ее. Наконец лейтенант явился: бледный, с дрожащими губами и ошеломленным взглядом.

– Что? Что случилось? – нетерпеливо спросила Диана, сжимая кулаки.

Пемброук молча взял ее за руку и потащил за собой.

Они вышли на палубу. Горизонт уже окрасился в бледно-серые тона – близился рассвет. При тусклом освещении Диана разглядела мачту: перерезанные веревки валялись на полу, рядом с цепью и двумя парами пустых наручников. Джеймс будто растворился в воздухе. Но не только он один – Эдвард Уэрдинг тоже бесследно исчез.

Месяц спустя

Леди Уитни Джонс приподняла выщипанные брови, с удивлением разглядывая двух клиенток в салоне портнихи. Как и почему скандальная леди Уэрдинг и ее весьма странная дочь оказались именно здесь? Гораздо пристойнее было бы спрятаться, а не заказывать дорогие платья у мадам Авроры. Такое поведение, считала Уитни Джонс, являлось недопустимым.

Диана чувствовала каждую мысль, кипевшую в голове этой чрезвычайно модной женщины, но, занятая платьем Изабо, не торопилась отвечать. Уитни Джонс молча отслеживала каждое движение Дианы, пока та не взяла дочь за руку и не направилась к выходу.

– Добрый день, леди Уитни Джонс. – Диана сдержанно кивнула, затем решительной походкой прошла мимо недоумевавшей женщины.

Вся Оксфорд-стрит была залита лучами июньского солнца, и тысячи лондонцев выбрались сегодня на улицу, радуясь хорошей погоде. Чуть поодаль Диана отыскала экипаж отца. Кучер разговаривал с темно-русым мужчиной, который, увидев, что она приближается, повернулся и слегка дотронулся до шляпы.

– Здравствуй, Диана. Твой отец предложил мне встретить тебя, и вот я здесь. Очень рад тебя видеть!

– Лейтенант Джек. – Она пожала ему руку. Последние несколько дней она не видела его – он поселился рядом с Уайтхоллом и большую часть времени проводил в адмиралтействе. – То есть… мы ведь узнали настоящее имя, мне больше не стоит так вас называть.

– А мне нравится лейтенант Джек.

Он отлично справился с испытанием, выпавшим на его долю в Хейвене, – врач совершил настоящее чудо, вернув лейтенанта к жизни. Тем не менее взгляд Джека оставался тревожным, вокруг глаз появились глубокие морщины. Придя в себя после операции, он, вопреки надеждам Дианы, все еще не мог вспомнить своего настоящего имени.

Предположения Пемброука подтвердились: лейтенанта действительно звали Ричард Делакруа. А точнее, лорд Ричард Делакруа, брат герцога Карлайла. Он был выходцем из очень знатной семьи Норфолка. В какой-то момент решил попробовать себя во флоте, стал курсантом и, успешно пройдя экзамены, начал строить карьеру. Он стремительно поднимался по служебной лестнице и благодаря собственным усилиям стал первым лейтенантом. Адмиралтейство уже хотело давать ему собственную команду, но теперь, естественно, пришлось отложить это решение до тех пор, пока Ричард поправится.

Кроме имени и семьи, лейтенант Джек узнал, что у него есть жена и двое детей – сын и дочка. Они жили в Норфолке, но сейчас его супруга присматривала за детьми двух его братьев в Лондоне. Джек не стал навещать ее. Почему – Диана не знала.

– Имя Джек кажется мне более родным, – сказал он.

– А для меня большая честь произносить его, – с улыбкой ответила Диана.

Он помог ей забраться в экипаж и, взяв Изабо на руки, посадил рядом с ней. Девочка со счастливым видом ерзала на сиденье – она обожала прогулки по магазинам.

Джек уселся напротив них, и экипаж поехал на Маунт-стрит, где находился дом адмирала Локвуда.

Диана сидела мрачнее тучи.

– Есть новости?

– Нет. Мне очень жаль.

Лейтенант Джек и ее отец изо всех сил пытались узнать хоть что-нибудь о местонахождении Джеймса. После побега с корабля он исчез, не оставив никаких следов на берегу, – солдаты капитана Картера провели тщательные поиски. Картер попросил также помощи у коллег из Плимута, один из которых вызвался отвезти врача и Диану в Хейвен, пока остальные будут разыскивать Джеймса на побережье.

Сэр Эдвард, однако, нашелся очень скоро: ограбленный и голый, он лежал на пляже, руки были связаны его же нижним бельем. Бедняга аж дымился от ярости. Диана была рада, что Джеймс не пошел на простое бессмысленное убийство. Его слишком разозлили, и он ответил на это сильнейшим унижением и уж точно, весело думала она, получил массу удовольствия.

Самого Джеймса разыскать не удавалось. Никто, включая адмиралтейство и друзей Дианы, не слышал ни о его поимке, побеге или смерти. Знаменитый «Аргонавт» тоже исчез и уже много месяцев нигде не был замечен.

С одной стороны, Диана облегченно вздыхала, не получая сведений о его смерти, с другой – была сильно разгневана. Джеймс устроил идеальный побег, и она подозревала, что не без помощи Пемброука, несмотря на то что тот выглядел удивленным. Капитан Картер тоже не мог поверить своим глазам, и невозможность повесить обвинение на Диану приводила его в бешенство.

Первые бессонные ночи она провела в раздумьях, осознавая, что только ради нее Джеймс не удрал от солдат, хотя легко мог это сделать еще в трактире. Но он бросил на пол нож и позволил связать себя, а с корабля бежал, зная, что она заперта и не попадет из-за него в беду.