Мэри Патни - Уроки любви

— Но ведь не сделала же, а ты больше похожа на мать, чем на отца.

— Увидев записку, я интуитивно решила спрятать ее, поэтому по официальному заключению отец случайно выстрелил в себя, когда чистил пистолет, и его похоронили на кладбище. Записку я отдала матери через несколько дней. Мне казалось, она должна узнать о ней. Думаю, она уже догадывалась, почему отец покончил с собой, начала плакать, обвиняя во всем себя. В тот день она не ходила к графу, а была у своей приятельницы и когда немного успокоилась, то вернулась домой, готовая простить отца. Мать объяснила мне, что во всем виновата страсть, это гадюка, разрушающая в человеке все хорошее, одна из форм сумасшествия.

— Ты не похожа на своих родителей, — твердо заявил Йен. — Твоя мать снова вышла замуж, и ничего подобного не повторилось.

— Она кое-чему научилась. К тому же отчим был человеком спокойным, здравомыслящим и никогда бы не допустил трагедии. — Лора зябко повела плечами. — Но в моих жилах течет кровь родителей, я унаследовала их склонность к неожиданным вспышкам ярости.

— Согласен, это тяжелая ноша. Однако почему ты думаешь, что страсть может превратить тебя в сумасшедшую? Я не замечал, чтобы ты представляла угрозу для себя и окружающих. Если ты столкнула меня в воду, это еще не означает, что ты намеревалась убить меня.

— Доказательством служат мои кошмары, — вымученно улыбнулась Лора. — Я никому никогда этого не рассказывала, но когда мне было семнадцать, я до безумия влюбилась в студента Хейлибурского колледжа. Эдвард сказал, что поскольку мой отчим его преподаватель, мы должны молчать о своих чувствах, пока он не закончит курс. По глупости я сочла это весьма романтичным. Эдвард был младшим сыном виконта, его, как я узнала позже, послали в индийский колледж, чтобы излечить от бурного нрава или хотя бы подальше от скандалов в Англии.

— Он пытался совратить тебя?

— Да, и ему это почти удалось. — Лора покраснела от стыда, вспомнив, как легко поддалась лживым речам и в ней проснулось желание. — С самонадеянностью шестнадцатилетней девчонки я вообразила, что отличаюсь от своих родителей, гораздо умнее их и у меня настоящая любовь. Я согласилась встретиться с Эдвардом в лесу, где и сделала открытие, насколько велика сила страсти и какая в ней таится опасность. Вся моя рассудительность испарилась, когда Эдвард поцеловал меня. Но к счастью, я все же высказала идиотское предположение, что нам лучше подождать, пока мы поженимся. От испуга он невольно сболтнул, что иностранные дурочки вроде меня существуют для развлечений, а не для брака. Не знаю, как я выглядела в тот момент, только он бросился прочь, словно увидел перед собой кобру. Через несколько дней он уехал из города, потом до меня дошли слухи, что его убили в уличной драке в Лондоне.

— Ублюдок получил чего заслуживал, — мрачно констатировал Йен. — Но твой юношеский опыт не дает тебе оснований считать, что страсть доведет тебя до безумия.

— Нет. Сначала я просто окаменела, но меня не покидала мысль о том, как он поступил со мной… как мне нравились его ласки… И вдруг кровавая пелена застлала мне глаза: не помня себя от гнева, я исполосовала ножницами обшивку кресла в спальне. Если бы Эдвард оказался рядом, я бы убила его. Тогда-то мне и стало ясно, что я дочь своих родителей. Я поклялась никогда больше не попадать в такую ситуацию. Потом я встретила тебя и решила, что у нас с тобой все будет по-другому. Но все вышло иначе. Однажды я думала позволить тебе искать физического удовлетворения на стороне, и от этой мысли чуть не сошла с ума. Я опять стала опасной.

— Каждый может прийти в ярость, — осторожно начал Йен, — и это не означает, что ты не способна к нормальной супружеской жизни. В юности я делал вещи и похуже, хотя никогда не повторю их. Нельзя строить будущее на основании прошлого.

— Возможно, с другим человеком у меня бы все получилось. Ты мне слишком нравишься, однако ты тоже человек небезопасный. Вспомни, в какое бешенство ты пришел, решив, что я не в меру флиртую на балу. Вечер закончился фарсом, а мог бы закончиться и трагедией.

— Женщина вроде тебя способна своим пылом растопить лед, — усмехнулся Йен. — Но простому раздражению очень далеко до настоящей ярости. В Камбее я вел себя как последний идиот, тем не менее никогда бы не смог тебя ударить.

— Ты не сможешь, а я, к сожалению, за себя не ручаюсь. Вдруг мы оба создадим такую обстановку, когда взаимное сумасшествие неизбежно, и оно погубит нас, как погубило моих родителей. Я не могу этого допустить.

Йен потер виски.

— Теперь мне хотя бы ясны причины.

— Прости, Йен, ты не заслуживаешь страданий из-за моего недостатка.

— Не надо извинений, такова ирония судьбы. Я был вне себя от радости, когда стал нормальным мужчиной, и решил, что мы привыкнем к этой перемене и наш брак станет нормальным. Похоже, я ошибся. А заслуживаю ли я страданий… наверное, да. Это наказание за мои грехи. Лучше бы мне оставаться евнухом.

— Возможно, я свыкнусь с мыслью, чтобы ты имел любовницу. Другие женщины научились жить в таких условиях, значит, научусь и я. Если не буду знать подробностей.

— Это еще хуже обета безбрачия, Лариса. Я смогу контролировать себя, но мне чертовски тяжело переносить смену твоего настроения.

— Я люблю тебя, Йен, и мне трудно быть сдержанной, но я тоже постараюсь.

Лора надеялась, что мужа обрадует ее признание, однако лицо у него стало еще более отчужденным.

— Если ты любишь меня, то постараешься, иначе мы не сможем жить вместе. Раджив Сингх попросил меня поехать с ним, чтобы посмотреть оборонительные сооружения. К тому времени как я вернусь, мы оба немного поостынем. — Йен отправился к себе и вдруг остановился. — Я знаю, надежда слабая, но не могло ли так случиться, что ты зачала тогда в доме Хабибура?

— Нет, — печально ответила Лора.

— Жаль. Ребенок… многое бы изменил в нашей жизни. Спокойной ночи.

Лора радовалась обретенному взаимопониманию и в то же время чувствовала себя несчастной, ее тело изнывало от неутоленной страсти. Но Йен прав, ей придется жить с этим, иначе у них ничего не получится.

Глава 26

Лора вошла к магарани и присела в реверансе.

— Здравствуй, Камала. В твоем послании говорится, что у тебя есть сюрприз для меня.

— Действительно есть, жрец подготовил гороскопы. — Магарани указала на маленького сморщенного брамина. Тот поклонился. — Сейчас Шриниваша все тебе объяснит. Хочешь, я уйду, чтобы ты одна его выслушала?

— Пожалуйста, останься. Я даже не знаю, какие вопросы надо задавать.

Жрец указал на два листка бумаги с диаграммами и непонятными символами.