Элейн Барбьери - Чистое пламя любви

— Скажи, нам еще долго ехать?

Тревога, читавшаяся на лице Аметист, снова сделала ее похожей на испуганного ребенка, и капитану ужасно захотелось, прижав строптивицу к себе, сказать ей, чтобы она ничего не боялась, пока он рядом.

Вместо этого он сурово глянул на нее и буркнул:

— Мы уже почти на месте.

За последнее время Аметист настолько привыкла к перепадам его настроения, что молча снесла эту неоправданную грубость и отвернулась к окну.

Через несколько минут карета остановилась возле внушительного особняка из красного кирпича. Парадная дверь широко распахнулась, и на крыльцо вышла высокая худощавая женщина с гладко зачесанными седыми волосами. При виде капитана Стрейта ее тонкие губы сложились в приветливую улыбку.

Дэмиен первым вышел из кареты и помог спуститься на землю Аметист.

— Рад видеть вас в добром здравии, миссис Доббс. Это так приятно — снова оказаться дома!

Вместе с Аметист он поднялся на крыльцо.

— Позвольте познакомить вас с моей подопечной мисс Аметист Грир. Она пока остановится у нас, и я надеюсь, что вы позаботитесь о том, чтобы ей здесь понравилось.

Стараясь не замечать недоверчивой гримасы на морщинистом лице своей экономки, Дэмиен обернулся к Аметист:

— Идем, милая, я покажу тебе твой новый дом.

По тому, как отчаянно цеплялась за него Аметист, Дэмиен догадался, что суровый вид экономки привел его спутницу в ужас. Неужели она считает, что в Филадельфии общественная мораль все еще зиждется на допотопных принципах квакеров и «отцов-основателей» этой колонии? Десятилетия борьбы за существование и военные невзгоды заметно изменили взгляды вольнолюбивых колонистов, и даже если бы Дэмиен открыто назвал Аметист своей любовницей, это не сделало бы ее отверженной в их глазах. Однако для самой Аметист, судя по всему, никогда не было и не могло быть никакой «новой морали», и Дэмиен не желал причинять ей лишние страдания. Он был уверен, что члены экипажа не проболтаются о том, как они жили в одной каюте во время плавания, а миссис Доббс волей-неволей придется поверить хозяину на слово.

Тем временем на крыльце появились еще две служанки, и Дэмиен с улыбкой сказал:

— Добрый день, Гарриет, познакомься с нашей гостьей, мисс Грир. Аметист, ты скоро убедишься сама, какая расторопная горничная наша Мэри, а Гарриет — просто бесподобная повариха! Мэри, тебя не затруднит проводить мисс Грир в ее комнату — она, наверное, устала с дороги и не прочь привести себя в порядок…

Молоденькая горничная присела в реверансе и робко улыбнулась, после чего Аметист, повинуясь жесту Дэмиена, отправилась вслед за ней на второй этаж, а хозяин остался внизу, чтобы наедине поговорить с экономкой. Миссис Доббс не скрывала своего раздражения — ведь на этот раз Мэри посягнула на ее права: только экономка должна показывать гостям их комнаты…

Капитан дождался, пока Гарриет выйдет на кухню, и многозначительно произнес:

— Миссис Доббс, я хотел бы обратиться к вам с очень важной просьбой. Судьба сделала меня опекуном мисс Грир при весьма необычных обстоятельствах, и теперь нам»следует как можно бережнее отнестись к ее репутации. Ее мать скончалась чересчур скоропостижно, и у меня не было возможности предпринять соответствующие шаги. Когда положение мисс Грир окончательно определится, она должна покинуть наш дом с незапятнанной репутацией и чистым именем. Надеюсь, вы сделаете для этого все возможное.

Экономка, польщенная хозяйским доверием, приосанилась и даже улыбнулась. Не всякую наемную прислугу хозяева посвящают в столь важные и щекотливые дела!

— Положитесь на меня, мистер Стрейт! — торжественно произнесла она. — Я не пожалею сил, чтобы в точности исполнить вашу волю!

— Я всегда относился к вам с искренним уважением, миссис Доббс, — кивнул Дэмиен. — А теперь, если вас не затруднит передать Гарриет просьбу подать нам какую-нибудь легкую закуску, я бы хотел подняться наверх и проведать мисс Грир.

— Хорошо, мистер Стрейт.

Капитан посмотрел ей вслед и ухмыльнулся. Ну вот, с этой проблемой он справился…

— Ты всегда был изворотливым сукиным сыном, капитан Стрейт, — буркнул Дэмиен себе под нос. — Смотри, как бы в один прекрасный день эта изворотливость не вышла тебе боком!

Аметист с трудом верила своим глазам! Кто бы мог подумать, что простой капитан корабля, контрабандист, морской бродяга, живет в такой бесподобной роскоши! Конечно, этот дом не был таким огромным, как особняк Шериданов, однако обстановка в нем выглядела намного изысканнее. Чего стоила хотя бы та спальня, куда отвела ее горничная!

Аметист все еще любовалась изящной мебелью, когда в коридоре раздался знакомый голос и на пороге возникла массивная фигура Дэмиена.

— Мэри, передай миссис Доббс, что мы будем завтракать в утренней гостиной.

Горничная поспешно вышла, и Дэмиен шагнул внутрь. Его суровый, мужественный облик совершенно не вписывался в обстановку этой по-женски уютной комнаты.

— Тебе здесь нравится? — поинтересовался он, хотя одного взгляда на восхищенное лицо юной гостьи было достаточно, чтобы узнать ответ.

— Чудесная комната! Я хочу выйти на балкон и посмотреть, какой оттуда открывается вид.

— Вообще-то снаружи довольно холодно, но если выглянуть на минутку…

Капитан распахнул дверь и вывел Аметист на воздух. Под ними находился небольшой ухоженный сад, отгороженный от улицы высокой каменной стеной.

— Весной здесь вовсю цветут яблони, но лично мне больше нравится лето, когда в саду полно роз, — сказал он.

— Все это так странно, — простодушно призналась девушка. — До сих пор я могла представить тебя только на палубе корабля, в бурном море…

— Ну, — довольно улыбнулся Дэмиен, — надо же мне где-то приклонить голову, пока корабль стоит в сухом доке. Я очень рад, что тебе здесь нравится, потому что нам предстоит пробыть на берегу по меньшей мере до весны — ни у меня, ни у моего экипажа нет ни малейшего желания болтаться по морям во время зимних штормов…

Аметист молча вернулась в комнату, и Дэмиен прошел следом за ней. Аккуратно прикрыв дверь на балкон, он вполголоса сообщил:

— Я уже внушил миссис Доббс, как важно нам сохранить твою добрую репутацию, потому что помню о данном обещании и знаю, как ты к этому относишься. Но учти, — он подошел вплотную, не спуская с нее напряженного взгляда, — внешнее соблюдение приличий ни в коем случае не помешает мне делить с тобой постель так часто, как я захочу. — Аметист покраснела и хотела отвернуться, но Дэмиен взял ее за подбородок и заставил смотреть себе в лицо. — Я согласен изображать из себя заботливого опекуна, но ты должна помнить: наши отношения остаются неизменными!