Ли Гринвуд - Ферн

– Я могу сказать, что он был далеко от фермы Коннора.

– Где же он был?

– За десять миль к югу оттуда, в сторону Ньютона. Не знаю, был ли он в Ньютоне, но ехал явно оттуда.

– Сколько времени было тогда?

– Не могу точно сказать.

– Подумайте хорошенько. Очень важно знать, который был час.

– Это было не раньше десяти, но и не позже одиннадцати. Наверное, где-то пол-одиннадцатого. Я неплохо угадываю время по звездам. Часов у меня никогда не было.

Мэдисон с трудом скрывал свое волнение. Дейв Банч говорил, что видел лошадь Хэна вблизи фермы Коннора, когда было где-то четверть одиннадцатого. Если этот человек сможет доказать, что видел Хэна за десять минут от фермы в половине одиннадцатого, то никто уже не поверит в то, что он убил Троя Спраула.

– Вы скажете об этом в суде?

– Я не пойду в суд! – Человек собрался уходить. – Кто-то убил Троя и свалил вину на вашего брата. Убийце не понравится, если я явлюсь в суд и развалю все это дело против Хэна. Тогда меня просто убьют.

– Я гарантирую вам защиту.

Человек презрительно засмеялся.

– Как такой франт вроде вас может защитить меня от того, кто убил Троя и подставил Хэна, которого должны за это повесить?

Мэдисон с трудом сдерживал кипящий гнев. Этот человек был похож на близнецов. Когда только люди поймут, что не обязательно быть размазней, если у тебя хорошие манеры и ты носишь чистую, аккуратную одежду.

– Джордж тоже будет вас защищать.

– Он не на много лучше вас, – иронически улыбнулся незнакомец.

– Вот если бы еще Хэн вышел из тюрьмы, тогда у меня точно была бы надежная защита. Этот парень сначала стреляет, а потом задает вопросы.

– Может быть, вы больше доверяете шерифу Хиккоку?

Незнакомец сплюнул и выругался.

– Этот только и знает, что режется в карты. Меня могут убить и отвезти тело к мексиканской границе, прежде чем он узнает, в чем дело.

– Вы можете побеседовать с судьей? – спросил Мэдисон.

– Да, если вы мне хорошо заплатите.

– Послушайте, я заплачу за вашу безопасность. Я даже куплю вам дом в каком-нибудь другом штате, чтобы вы спокойно жили там после суда. Но если кто-то узнает, что я платил вам за дачу показаний, то ваши показания будут стоить не дороже жареных бобов.

– Но почему? Я же буду говорить правду.

– Никто вам не поверит. Они скажут, вы говорите все это, потому что я вам заплатил.

– Так вы не дадите мне денег?

– Я вам просто говорю, что я могу для вас сделать, – ответил Мэдисон.

– Но этого недостаточно. Я хочу золота. Я слышал, что ваш старик наворовал много золота во время войны. Никто же об это мне узнает.

– Это ложный слух. Его пустили в Техасе, – сказал Мэдисон, теряя выдержку. – Но дело не в этом. Я бы не дал вам золота, даже если бы оно у меня было.

– Я не стану рисковать головой бесплатно, – сказал незнакомец и повернулся, чтобы уйти. – Когда у вас возникнут серьезные намерения, скажите об этом Тому. Он знает, где меня искать – сказал он, удаляясь в темноту ночи.

– Двадцати долларов в день вам хватит?

Человек остановился. Он не отвечал, но стоял и слушал.

– По закону можно платить человеку, если он дает показания и не работает в это время.

– А сколько дней займет дача показаний?

– Вы можете заработать около ста долларов, если останетесь в городе до начала суда.

– Я не буду жить в гостинице.

– Больше я ничего не могу для вас сделать.

Незнакомец постоял еще минуту.

– Я дам вам знать, – сказал он, затем повернулся и пошел прочь.

– Подождите! Как вас зовут? Как я могу вас найти?

– Найти меня вы никак не сможете, – ответил человек, не оборачиваясь.

Мэдисон понимал, что если этот человек исчезнет, то исчезнут и последние надежды на освобождение Хэна. Не тратя ни минуты на то, чтобы подумать о возможных последствиях, Мэдисон, бесшумно, как кошка, бросился за незнакомцем, настиг и схватил за горло, прежде чем тот понял в, чем дело. Зажав ему горло так, что тот не мог кричать, Мэдисон быстро нашел нужную вену и нажал на нее. Человек, как труп, упал возле его ног.

– Не могу такого допустить, чтобы вы исчезли, – сказал Мэдисон. – От ваших показаний зависит жизнь Хэна. – Он взвалил человека на плечи и понес в сторону Дроверс Коттеджа.

– Вам помочь? – спросил администратор гостиницы, увидя Мэдисона, входящего в вестибюль со своей ношей.

– Вы бы мне очень помогли, если бы открыли дверь моей комнаты, – сказал Мэдисон, задыхаясь после долгой дороги.

Администратор поспешил открыть дверь комнаты Мэдисона.

– Ваш друг? – спросил он. Мэдисон кивнул.

– Он болен?

– Нет, пьян. А не похоже, глядя на него со стороны, что он так плохо переносит виски.

– Да, действительно, я бы не сказал.

– Спасибо, – поблагодарил Мэдисон администратора, который открыл перед ним дверь комнаты. Он поискал в кармане монету. – Никому не говорите про это, ладно? Моему другу будет очень неприятно узнать, что я доставил его сюда в бессознательном состоянии.

– Я никому не скажу, – заверил его администратор, глаза которого округлились при виде монеты.

– И пусть завтра никто не приходит убирать комнату. Я буду спать до обеда. – Он подмигнул администратору и тот удалился, довольный.

– Если ты мне больше ничего не захочешь сказать, они долго не будет убирать это комнату, – сказал Мэдисон человеку, который все еще не пришел в себя, – ты останешься здесь до начала суда над Хэном.

– Этому свидетелю можно доверять? – спрашивал Джордж.

– Он ничем не хуже Дейва Банча, – отвечал Мэдисон. – К тому же, их показания не противоречат одно другому. Банч не утверждает, что видел самого Хэна, он говорит только про его лошадь. Я думаю, убийца специально покрасил лошадь, чтобы она выглядела, как жеребец Хэна, и можно было подумать, что это едет Хэн.

– Наверное, так оно и было, – заметил Хэн. – Бримстоун никого бы себе не подпустил, кроме меня.

К всеобщему удивлению Хиккок сейчас же выпустил Хэна из тюрьмы, как только узнал, что есть свидетель, готовый подтвердить, что видел Хэна за десять миль от места убийства той ночью.

– Я никогда не думал, что Хэн трусливый убийца, – сказал Хиккок. Они сидели за столом, разговаривая после обеда. Ферн никак не могла смириться с мыслью, что сидит за одним столом с людьми, которых считала своими врагами, и чувствовала себя неловко.

Хэн мог убить. Она видела это по его глазам.

Не из-за ненависти или гнева. Он никогда бы не потерял голову и не совершил бы необдуманного поступка. Ферн думала, что он вряд ли вообще способен на какие-то чувства. Его глаза были голубыми, как летнее небо в солнечный день, но в них не было ни теплоты, ни страсти, которые светились в глазах его братьев.