Юна-Мари Паркер - Дворцовые тайны

— Увы, не знаю, как его зовут.

— Я тоже не знаю, в том и проблема, — резко ответила леди Тетбери. — Это тот самый молодой негодяй, который проникает на светские приемы самозванцем. Я рассказывала вам — или Джеки Давентри, — что он оказался на моем вечере, назвавшись сотрудником вашего журнала!

На Билла наконец-то снизошло просветление. Он проверил, сколько у него еще осталось в аппарате чистой пленки.

— Я вам очень признателен, леди Тетбери, — сказал он, перемещаясь на более удобную для съемки позицию.

Сделав несколько снимков танцующей пары, он вытащил из кармана блокнот с ручкой и направился к молодым людям с самым решительным видом.

Улыбнувшись хорошенькой девушке в синем платье, которая оказалась хорошо знакомой ему дебютанткой сезона по имени Ванесса Петре, он повернулся к молодому человеку и наградил его обезоруживающе-приветливой улыбкой.

— Не могли бы вы сказать свое имя?

Тот замялся, на лице его отразилось секундное замешательство, и Билл уже подумал, что тот откажется назваться.

— Мне это нужно для фотографии, — решил подбодрить он его.

— По правде говоря, не думаю, что… — Он задиристо вздернул подбородок, взгляд его стал колючим.

Но тут вмешалась Ванесса:

— О, Билл, вы его знаете! Это же Роланд Шоу! — С этими словами она взяла молодого человека под руку и улыбнулась.

— Спасибо, Билл, — сказала Джеки, когда фотограф позвонил ей на следующее утро. — Теперь я знаю, что мне делать.

— Мне просто повезло, — скромно ответил Билл. — Возможно, я видел его до этого сто раз, но он так похож па всех остальных молодых людей, что я просто не обращал внимания. К чертям собачьим летит моя теория о чужаках и белых воронах!

— Мм… возможно, он не такой уж и чужак. Не исключено, что этот молодой человек из хорошей семьи, но только без денег. Ему хочется участвовать в светских мероприятиях, и поэтому он вынужден проникать на вечера обманом.

— Адресок-то у него, положим, неплохой, — пробормотал в трубку Билл. — Но, между прочим, не отведи я после бала в сторонку Ванессу Петре, то так и не узнал бы, где он живет. Парнишка сам по себе очень скрытен.

— Ничего удивительного, ведь ты знаешь, что он самозванец, а другие этого не знают.

— Держи меня в курсе, хорошо? Меня очень интересует, как он себя поведет, когда ты прижмешь ему хвост.

Джеки рассмеялась, почуяв злорадство в голосе Билла.

— Хорошо, обещаю.

Уже через несколько минут, сверившись со справочником, Джеки стала обладательницей его телефонного номера. Когда она набрала, трубку на том конце сняла какая-то женщина с ист-эндским произношением. «Наверно, уборщица», — подумала Джеки.

— Прошу прощения за беспокойство, могу я поговорить с мистером Роландом Шоу? — вежливо сказала Джеки.

— Его нет дома, милочка. Оставишь свое сообщение?

— А когда он вернется? — Джеки не хотелось представляться, чтобы не смазать эффекта внезапности.

— Без понятия. Никогда заранее не знаешь, когда он объявится.

— Спасибо, я перезвоню позже.

— Бывай, милочка.

Кип откупоривал бутылку вина на кухне, когда Джеки вернулась домой в половине седьмого вечера.

— Не возражаешь, сестричка? — весело сказал он, вытащив пробку с характерным хлопком. — Решил немного промочить горло. Тебе налить?

— Да, пожалуй. — Она скинула туфли и обняла брата. — Господи, неужели я дома? Сегодня такая жарища! И как назло весь день пришлось просидеть в кабинете.

— Чем занималась?

— Готовила материал про Чарльза и Диану.

— Ну как, продвигается? — Кип развел вино содовой, кинул в наполненные до краев бокалы несколько кубиков льда и передал один из них сестре.

— Продвигается. Я почти уже все сделала. И между прочим, это помогло мне отвлечься от мыслей о Джеральде, — суховато проговорила Джеки.

— Он дает о себе знать? Она пожала плечами.

— Звонит на работу. Но что толку? Ему надо было с самою начала не лгать мне.

— А он не лгал, судя по твоим рассказам, — заметил Кип.

— Ну хорошо, тогда кто его просил проявлять ко мне интерес, если из этого все равно ничего не могло получиться? Короче, меня не подзывают к телефону, и я надеюсь, что в скором времени он оставит меня в покое. А пока, — она поднялась и отошла к телефонному аппарату, что стоял на кухонном подоконнике, — мне самой нужно сделать один важный звонок.

— Ты говоришь загадками. Я его знаю? Новый любовник? — улыбаясь, спросил Кип.

— Твоими бы устами, братишка… — печально улыбнувшись, отозвалась Джеки. — Нет, я звоню самозванцу…

Она в двух словах рассказала ему историю Роланда Шоу.

— Прежде чем ты наберешь его номер, выслушай один мой совет, — сказал Кип.

— Ну?

— Запиши разговор с ним на пленку.

Джеки наморщила носик.

— Да как-то неудобно, а?

— А то, что он вытворяет, — это удобно? — возразил Кип — Ладно тебе, Джеки подумай. Возможно, придется доказывать твоему редактору, что ты действительно пыталась положить конец выходкам этого типа и тогда потребуется пленка. А без нее он может набрехать что угодно, и еще неизвестно, кому поверят больше.

— Пожалуй, ты прав… — неуверенно проговорила она.

— Ты можешь записывать телефонные разговоры на свой автоответчик? Отлично. Подстрахуйся, я тебя прошу.

— Хватит подзуживать меня, Кип Черт с тобой, запишу. И прямо сейчас.

Они рассмеялись и ушли в гостиную, где Джеки сняла трубку и тут же набрала номер Роланда.

— Слушаю, — немедленно ответили на том конце провода.

— Можно Роланда Шоу?

— Роланд Шоу у аппарата. — Голос был приветливый и непринужденный.

— Это Джеки Давентри из «Сэсайети».

На том конце провода повисла недолгая пауза. Затем лаконичное:

— И что?

— До меня дошли сведения, — четким голосом проговорила Джеки, — что вы проходите гостем на различные званые вечера, утверждая, что ведете светскую колонку в нашем журнале.

— Ну так что же?

— Боюсь, мне придется попросить вас прекратить подобные вещи, — продолжала Джеки — Я являюсь редактором светского отдела, посещаю приемы, готовлю и пишу материалы. У нашего журнала нет никаких помощников со стороны, поэтому когда вы заявляете хозяйкам тех домов, куда попадаете, что отчет об их приемах можно будет прочитать в «Сэсайети», это наносит и им, и нам определенный моральный ущерб.

— Каким образом, интересно? — С молодого человека быстро слетели все обаяние и вежливость. Было ясно, что он теперь настроен мрачно и даже агрессивно.

— А таким, что вы говорите не правду, — резко ответила Джеки. — Вы ничего не пишете для «Сэсайети». Могу вас заверить, что наш редактор в ярости от ваших действий и требует, чтобы вы прекратили это. Вы вводите людей в заблуждение.