Фрэнк Кеньон - Мой брат Наполеон

— Я давно потеряла всякую надежду, — ответила она. — Какая я счастливая! Мне будут завидовать все девушки Парижа.

— Он может оказаться не совсем искусным любовником, — предупредила я.

— Какое это имеет значение! Ведь он император!

Несколько секунд я молча разглядывала эту женщину. Ей еще не было и девятнадцати лет. Немного выше Наполеона, очень стройная, с правильными чертами лица и пышными каштановыми волосами, блестящими от регулярного расчесывания, с темными живыми глазами. Я назвала ее привлекательной, но в действительности она была настоящей красавицей, отличным собеседником и достаточно интеллигентной — во всяком случае, я так думала, — чтобы, строя отношения с Наполеоном, пойти на сознательный риск. Отец Элеоноры был ловким дельцом. После падения Робеспьера он накопил достаточно денег, чтобы дать дочери хорошее образование. Ее мать была честолюбивой авантюристкой сомнительного происхождения. Элеонора поступила в пансион мадам Кампан, когда я, на шесть или семь лет старше ее, готовилась выйти замуж за Мюрата. Супруги Денюэль чуть было не разорились, пытаясь подобрать своей дочери богатого мужа. И сперва им показалось, что они нашли такого в лице капитана драгунов Ревеля. Он был красив, сорил деньгами и имел доступ в самые высшие круги светского общества. Молодые поженились, когда Элеоноре едва исполнилось семнадцать лет. Через два месяца капитана Ревеля арестовали за подлог и отправили в тюрьму. Вскоре после этого Элеонора Денюэль, не пожелавшая использовать фамилию мужа, обратилась ко мне с просьбой о помощи. Из жалости, а также потому, что она когда-то посещала пансион мадам Кампан, я взяла ее к себе чтицей.

— Вы чем-то озабочены, ваше высочество? — спросила Элеонора, смущенная моим длительным молчанием.

— Элеонора, — начала я решительно. — Когда слуга императора явится сегодня вечером за тобой, ты скажешь ему, по возможности высокомернее, что не позволишь тащить себя в Тюильри, как последнюю проститутку.

Элеонора пришла в ужас.

— Ваше высочество, этого будет достаточно, чтобы император потерял всякий интерес ко мне.

— Так важно для тебя провести с императором всего один или два часа? — язвительно заметила я.

— Что вы задумали, ваше высочество? — нерешительно произнесла Элеонора.

— У меня на уме только одно: я хочу чтобы ты стала постоянной любовницей моего брата.

— Боже мой! — воскликнула Элеонора.

— Эта идея тебе нравится?

— Но… но разве это возможно? — задыхаясь, проговорила она.

— Здесь, признаюсь, есть известный риск, на который придется пойти. Император пока еще не знал отказа. Забудет ли он тебя после отказа и пошлет Константа за кем-нибудь еще или же любопытство его только усилится?

— Постоянная любовница… — прошептала Элеонора.

— Готова ли ты рискнуть?

— Я… ваше высочество…

— Ты вынуждаешь меня, — заявила я жестко, — немедленно услать тебя подальше от императора.

— Я готова рискнуть, — сразу же согласилась она.

— И еще, Элеонора… Ты спала с мужчиной в последнее время?

— Нет, ваше высочество.

— А намереваешься с кем-нибудь… помимо императора?

— Нет, ваше высочество… только если полюблю.

— Довольствуйся тогда любовью к императору.

— Принцесса Каролина приводит меня в замешательство, — с притворной застенчивостью посмотрела на меня Элеонора. — У принцессы, несомненно, есть свои причины для столь необычного предложения.

— Об этом позже, — заявила я бодро. — Все зависит от реакции императора.

В положенное время вечером Констант прибыл в Елисейский дворец и, получив от ворот поворот, удалился абсолютно потрясенный. На следующее утро я получила сердитую записку от Наполеона. Он, в частности, писал:

«Император выражает желание сегодня вечером поужинать с их высочествами принцем Иоахимом и принцессой Каролиной. Присутствовать также должна чтица принцессы Элеонора Денюэль».

Итак, риск оправдался. Я предупредила Элеонору, чтобы она первой не заговаривала с Наполеоном, а ждала, когда он сам обратится к ней, и если речь зайдет о театре, то обсуждать только трагедии. Стараясь сделать Элеонору как можно привлекательнее, я подарила ей одно из моих лучших платьев, которое надела лишь однажды.

Наполеон прибыл в восемь часов в довольно приподнятом настроении. На протяжении всей трапезы он вел себя по отношению к Элеоноре просто невежливо, не обращая на нее внимания. Однако я чувствовала, что он ни на минуту не забывал о ее присутствии и находил ее очень привлекательной. Как и следовало ожидать, он завел разговор о последней трагедии, поставленной в Париже.

— Элеонора, — заметила я, — разбирается в трагедиях лучше меня.

— Последнюю ночь я провел без сна, — заявил Наполеон, — подняв глаза к потолку. — А бессонная ночь — для меня настоящая трагедия.

После этих слов он задумался, потом внезапно сказал:

— Каролина, у вас ужасно болит голова. Вы должны немедленно лечь в постель.

— Какой вы участливый, — пробормотала я.

— Мюрат, — продолжал Наполеон, — помогите вашей страдающей жене, проводите ее в спальню и ухаживайте за ней. Ухаживайте до утра.

Мюрат и я послушно поднялись и удалились. И что произошло потом? Элеонора отвергла нетерпеливые попытки Наполеона к интимной близости; так продолжалось на протяжении недели каждый вечер, когда он приходил к нам ужинать. Наконец, по моему указанию, она уступила и уединилась в Наполеоном в одной из спален Елисейского дворца. Мюрат, устав ждать, лег спать, но я продолжала бодрствовать до тех пор, пока Наполеон не вышел, один.

— Элеонора читает великолепно, не так ли? — осмелилась я заметить.

— Выше всяких похвал!

Спальня Наполеона, как я и Мюрат ее окрестили, не пустовала в течение последующих десяти ночей. После десятой ночи утром Наполеон пригласил меня в Тюильри. Как-то дурашливо посмотрев на меня, он откашлялся, потом опять взглянул с тем же выражением на лице.

— Элеонора Денюэль, — проговорил он торжественно, словно объявляя императорскую волю.

— Что с ней, Ваше Величество? — спросила я с сочувствием.

— Она жестоко дразнила меня целую неделю, заставляя ждать и надеяться. Тем не менее я должен признать, что беседы с ней не только стимулировали меня, они были также весьма интеллигентными. Элеонора помогла мне также избавиться от излишнего напряжения и расслабиться…

— Совершенно точно, Ваше Величество. И… что дальше?

— Найдите небольшой уединенный домик для нее, обеспечьте домашней прислугой, потом сообщите адрес и предоставьте мне позаботиться об остальном.