Мэри Пирс - Начало

Бетони нравился садик и огород в Пайк-Хаузе. Там так чудесно пахли разные душистые травки. Лаванда, розмарин, шалфей, тимьян. Все они росли между рядами гороха и бобов, моркови и кабачков. Там цвели ноготки с острым запахом и сладко пахнущий цветной горошек, росли бархатцы и розовые гвоздики, и мелисса, чьи мохнатые листья можно было растереть в руках, и начинало остро и свежо пахнуть лимоном.

Раньше, когда Джесс и Бетони навещали Гуди, Тома никогда не было дома. Когда он видел их тележку, то сразу скрывался в лесу. Гуди говорила, что так бывает всегда, кто бы ни пришел к ним. Том не желал ни с кем встречаться. У него был единственный друг – Чарли Бейли, живший в своей лачуге на пустыре Нортона. Том разговаривал с Чарли, но всегда молчал в присутствии остальных людей.

Бетони одолевало любопытство. Она не переставала спрашивать Гуди о Томе.

– Он же не твой внук, его фамилия Меддокс, а не Изард, тогда почему ты разрешаешь ему называть тебя бабушкой?

– Я усыновила Тома, – отвечала ей Гуди. – Как же ему еще меня называть?

– Он ходит в школу?

– Ну, если это можно так назвать, то он ходит в школу в Нортоне.

– Послушай, – заметил Джесс. – Гуди, ты должна заставлять его ходить в школу.

– Вы только его послушайте! И ты еще смеешь говорить мне о школе!

– Да, и посмотри на меня! Я теперь жалею, что плохо учился в школе! Очень жалею!

– С Томом все в порядке, – сказала Гуди. – Ему нравится работать на ферме вместе со мной. Он много чего знает, даже если он не все выучил по книгам.

Как-то зимой, в воскресенье, когда Джесс и Бетони ехали в Пайк-Хауз, они попали в жуткий ливень. Джесс достал плащ, и они даже не очень вымокли. При их приближении Том сорвался с места и, как обычно, отправился в лес. На нем были лишь рубашка и штаны.

– Он простудится и заболеет, – сказал Джесс Гуди. – Пусть Бетони побудет у тебя, а я поищу Тома.

Даже под прикрытием огромных сосен было холодно и мокро, дождь проникал и сквозь плотные ветви. Он барабанил по подстилке из игл, покрывавших землю. Джесс тихо шел по лесу. Он нашел мальчика, который сидел под деревом, прислонившись спиной к стволу. Дождь темными струями стекал по дереву. Том прижал колени к подбородку и обхватил себя руками. Казалось, его не волновало, что он промок с головы до ног. Влага с волос стекала прямо ему в глаза, и рубашка, как мокрая тряпка, прилипла к плечам.

Казалось, он вообще не чувствует холода, сжавшись в комок, чтобы защититься от пронизывающей влаги и промозглой погоды.

Он сидел очень тихо и даже не дрожал, глядя куда-то вдаль леса.

Когда Джесс заговорил с ним, он вскочил, как испуганный олененок, и, наверное, удрал бы, если бы Джесс не успел схватить его за руку.

– Почему ты убегаешь от меня? Я знаю тебя с тех пор, когда ты еще лежал в пеленках. Тогда ты меня не боялся. Тебе нечего вообще опасаться, ясно?

– Да, – пробормотал Том, но его рука была напряжена в руке Джесса.

– Тебе нужно пойти домой и переодеться, пока ты не простудился и не заболел.

– Нет, не хочу, мне и так удобно.

– Ну-ну! Я хотел бы от тебя услышать кое-какие новости о Чарли Бейли. Я слышал, что ты с ним дружишь. Когда я жил в Пайк-Хаузе, мы с ним тоже дружили.

– Я знаю, – ответил ему Том. – Он иногда вспоминает о вас.

Мальчик шел рядом с Джессом, и они вдвоем вернулись в Пайк-Хауз. Когда Том увидел Бетони, сидевшую на диванчике, он чуть не удрал обратно, но Гуди приказала ему идти наверх и переодеться. Потом она позвала его, и он неохотно спустился вниз. Она накинула ему на голову полотенце и заставила сесть на стул у огня, не отпуская до тех пор, пока его волосы не высохли.

Бет прислала подарки Гуди: фруктовый торт и бутылку бренди, пачку табаку и большую банку какао. Гуди сразу же приготовила детям по кружке какао. Том сгорбился на стуле, все еще замотанный полотенцем. Он держал дымящуюся кружку двумя руками и грелся о нее. При свете огня его вымытое лицо казалось очень темным, резко выделялись скулы и нос. Тени лежали на висках и подбородке, где не было даже намека на жирок. Глаза казались почти черными, и в них отражались отблески огня.

Бетони пила какао и внимательно изучала лицо Тома.

– Ты – цыган? – внезапно спросила она его.

Том не отводил взгляда от огня.

– Он что, не умеет говорить? – спросила она Джесса.

– Почему, умеет. Но он очень стеснительный. Ты должна дать ему время, чтобы привыкнуть.

– Он – цыган? Он похож на цыгана.

– Нет. Он просто очень темный.

– Сколько ему лет?

– Попробуй спросить у него об этом. Может, на этот раз он тебе ответит.

Бетони слегка наклонилась вперед, как будто она решила, что Том глухой.

– Сколько тебе лет? – громко спросила она его и, когда ответа снова не последовало, спросила еще раз:

– Ты что, не знаешь, сколько тебе лет?

– Том, – сказала Гуди спокойным голосом, – Бетони спрашивает, сколько тебе лет.

Том быстро посмотрел на Бетони.

– Девять, – пробормотал он и снова уставился на огонь.

– Ты умеешь читать и писать? – продолжала допрос Бетони.

– Это умеют все, – опять пробормотал Том. Что ты читал?

– Соломона Гранди и про Рейнарда-Лиса.

– И все? – спросила Бетони. Он ей не ответил, и она продолжала:

– Ты знаешь таблицу умножения? Умеешь складывать? Делить?

Джесс коснулся ее рукой.

– Ты просто выпаливаешь свои вопросы. Постарайся разговаривать с Томом спокойно и не допрашивай его. Попроси его, чтобы он взял тебя с собой и показал тебе, где живут барсуки, когда мы приедем сюда в следующий раз.

– Ты мне все покажешь? – спросила Бетони, еще раз наклоняясь к мальчику.

– Если хочешь, – сказал Том.

– А барсуки там будут?

– Днем ты не сможешь их увидеть.

– Тогда зачем идти? – удивилась Бетони. – Зачем куда-то тащиться, если мы не сможем там ничего увидеть. Какая глупость! Нет, правда, мне это кажется жутко глупым!

Мальчик посмотрел на нее и сразу отвел взгляд. Больше он не ответил ни на один ее вопрос.

Когда они возвращались домой, Джесс постарался все осторожно объяснить Бетони.

– Том моложе тебя, и ты можешь ему помочь преодолеть застенчивость. Разговаривай с ним почаще, но спокойнее, не дергай его.

– Мне кажется, что у него не все в порядке с головой.

– Да нет, с ним все в порядке. Он стеснителен, и немного диковат, и не привык общаться с незнакомыми людьми. Ты должна помнить, что у него нет такой семьи, как у тебя. У него есть только бабушка Изард. Но если ты захочешь, то сможешь ему помочь. Ты можешь многому его научить и стать его другом.

– Да, – сказала Бетони. Ей понравилась эта идея. – Я стану его учить и буду его другом.

После этого, когда они снова приезжали в Пайк-Хауз, Бетони старалась подружиться с Томом. Она убедила его взять ее с собой в лес, делала ему небольшие подарки – карту Великобритании, пестрый синий камешек из Деррента и конфету. Том в свою очередь подарил ей рог барана, который он подобрал на пустыре Нортона, картофель в виде фигурки человека, вырытый в огороде, и прелестное яйцо жаворонка с коричневыми крапинками. Бетони спокойно поблагодарила его за эти подарки, но когда они возвращались домой, она все выбросила. Джесс видел, так Тому было трудно расставаться с яйцом жаворонка, и постарался все объяснить своей нетерпеливой дочке.