Нора Хесс - Прекрасная пленница

– Великий Боже, чей же тогда?

Она помолчала, потом почти прошептала:

– Ведь не этого чертова Эза?

– Нет, нет. Не его.

Летти встряхнула ее:

– Ради Бога, чей же тогда?

Роксана закрыла лицо руками и прорыдала сквозь сведенные пальцы:

– Летти, это Келеб Коулмен. Этот ужасный охотник.

Летти облегченно вздохнула, но потом спросила в изумлении:

– Когда же?

– В ту ночь, когда Эз напал на меня.

Лицо Летти потемнело. Черт побери этих мужчин. Все они одинаковы. И Келеб был не лучше Эза. Что Эз начал, он закончил. Летти вскочила на ноги и закричала в голос:

– Эти сукины дети – мужчины! Их надо всех повесить!

Она остановилась, повернулась к Роксане и процедила злобно:

– Мистер Шервуд отомстит этому мерзавцу. Он застрелит его – я сама скажу ему.

Роксана тоже вскочила и схватила ее за руку:

– Пожалуйста, Летти. Не надо ему говорить.

– А что будет с тобой, детка? Что будет с ребенком? Чье он будет носить имя?

Роксана, всхлипнув, вздохнула:

– Ты забыла, что через месяц я выйду замуж.

Летти опустила плечи и присела на колоду, на которой рубили мясо.

– Я так надеялась, что ты не пойдешь замуж за эту бесчувственную ледышку. – Она отмахнулась от пчелы, потом расстроенно сказала: – Наверное, теперь придется.

Гидеон появился на опушке, не замеченный женщинами. В каждой руке он нес по ведерку со сладким кленовым соком. Удивленный их волнением, он присел на ведра и стал наблюдать. На лице Летти было написано, что пришел конец света, Роксана плакала. И тут он обратил внимание на выражение лица своей кузины. В его глазах вспыхнула злость.

Рокси была похожа сейчас на Белую Звезду – а эта скво была на пятом месяце беременности.

Он выплюнул изо рта кленовую щепку и пробормотал:

– Чертов Коулмен. Сделал Рокси незаконного ребенка.

Однако вдруг он хитро усмехнулся. Он расскажет об этом Коулмену. Насколько он знает Келеба, тот не потерпит, чтобы его ребенка воспитывал кто-либо другой, тем более, если это будет сын. Тут он представил себе, что Сет воспитывает чужого ребенка, и громко рассмеялся.

Женщины обернулись.

– Гидеон, – вскричала Летти, – что такое, крадешься, пугаешь нас до смерти? Я чуть не умерла.

– Я и не крался. Вы так были заняты разговором, что не заметили бы и конца света. Почему ты плачешь, Рокси?

Роксана попыталась придумать ответ, но Летти вмешалась:

– Она горюет по родителям.

Гидеон сощурился и почувствовал разочарование и раздражение. Неужели они думают, что ему нельзя доверять? Ну, хорошо, пусть будет так, как они хотят, подумал он, вставая и потягиваясь.

Он положил руку на плечо сестры и подбодрил ее:

– Не волнуйся ни о чем, Рокси. Все будет хорошо, дай только время.

Роксана удивленно взглянула на Гидеона. О чем он говорил – о ее родителях? Или он все же подслушал их разговор с Летти?

Гидеон поставил пустые ведра под дерево.

– Скажите дяде Малкольму, что я скоро вернусь, – прокричал он им, удаляясь в лес.

Они смотрели ему вслед, и, когда он исчез за деревьями, Роксана повернулась к Летти:

– Как ты думаешь, он слышал?

Летти нерешительно отозвалась:

– Не знаю, Рокси, но даже если и слышал, вряд ли он расскажет дяде.

– Нет, я беспокоюсь не об этом. Я не хочу, чтобы он говорил Келебу.

Гидеон прошел полпути к дому Келеба и приближался уже к холму, возвышавшемуся над домом Хейлов. Внезапно он уловил какое-то движение в сарае – там кто-то торопливо ходил. Он спрятался за дерево и стал наблюдать. Должно быть, это Нелл. Он уже пару дней не видел ее. И Сет всегда крутился рядом. Может быть, она собирается верхом, и Гидеон уговорит ее задержаться где-нибудь под деревом. Он ухмыльнулся.

Приглядевшись, он разочарованно плюнул. На дворе был Сет. Он торопливо седлал коня.

«Он куда-то торопится», – рассеянно подумал Гидеон, соображая, что еще лучше было бы взять Нелл прямо в постели, чем на твердой земле.

Выбивая копытами комья грязи и мелкие камни, конь поскакал со двора. Сет повернул его к дороге, проходившей у реки.

Гидеон подтянул штаны и пошел к дому. Вдруг слева от себя он услышал топот копыт. Он остановился и сердито повернулся. Кто-то еще дожидался отъезда брата Нелл.

Гидеон узнал Зиба Стивенса. Великан несся через просеку на огромной лошади. Пнув камень, Гидеон проворчал:

– Этот чертов сукин сын пробудет здесь весь день.

Он вздохнул. В конце концов, его ждал Келеб.

Подходя к хижине, Гидеон разглядел сквозь голые пока ветви, что Келеб греется на солнышке, усевшись на колоду. Вокруг него валялись капканы, и Келеб по очереди брал их в руки. Он смазывал механизм медвежьим жиром, чтобы убрать до следующей зимы. Если не обработать капкан, за лето, которое было влажным в этих краях, его съест ржавчина.

Гидеон вышел на край небольшой просеки и выкрикнул приветствие. Подкрасться к Келебу незаметно было невозможно.

Келеб поднял голову и улыбнулся:

– Как дела, Гидеон? Я как раз собирался выпить чашку кофе. Пойдем, я тебя угощу.

Кофе еще не остыл после завтрака. Утро выдалось теплым, и, налив чашки, они опять вышли на воздух. Они уселись, прислонясь к колоде.

Сделав несколько глотков, Келеб посмотрел внимательно на Гидеона:

– Что принесло тебя сегодня? Я думал, вы варите сироп и сахар.

Гидеон быстро посмотрел на охотника, потом уставился в чашку. Он заморгал, засомневавшись, не напрасно ли приехал. Рядом с ним сидел его друг, которому он не очень-то хотел мстить, пусть и за Роксану. Он был уверен, что, если бы у Келеба был шанс, он, конечно же, женился бы на его кузине.

Но, черт возьми, сказал голос внутри него, он взял Роксану силой. В конце концов, она не какая-нибудь потаскушка, которую можно использовать и бросить.

Он несколько раз откашлялся и с притворной грустью сообщил:

– Я только что узнал кое о чем, что произошло в нашем доме, и мне пришлось уехать.

Он поднес чашку к губам, краем глаза наблюдая за Келебом. Келеб, наконец, не выдержал:

– Ты расскажешь мне или так и будешь весь день пить кофе?

С той же притворной грустью Гидеон поставил чашку и, уткнувшись подбородком в колени, сообщил:

– Я только что узнал, что Роксана ждет ребенка.

Он увидел, как Келеб побелел, и ужасное выражение появилось в его глазах. Келеб со звоном поставил свою чашку и вскочил:

– Я убью этого подонка!

Гидеон спрятал свою радость – Роксана была отомщена. Охотник метался в агонии, его трясло. Гидеон встал и подобрал свое ружье. Поедет-ка он домой, пока дядя Малкольм не хватился.

Но прежде чем уехать, он постарался нанести Келебу еще один удар:

– Келеб, ты зря так злишься. Если подумать, то какая разница, – они все равно через месяц поженятся.