Дебра Маллинз - Твое прикосновение

– Я должна была что-нибудь сделать, чтобы остановить вас. Вы вели себя как необузданные школьники.

– Школьники? – Нахмурив брови, Роган упер руки в бедра и сердитым взглядом уставился на нее.

Она не отвернулась, хотя ее сердце стучало, как у загнанного зверька. Перед ней был ее муж, их окружало еще трое человек. Он ничего ей не сделает.

Во всяком случае, не в присутствии свидетелей.

Она поборола свою нервозность и повторила его жест, уперев руки в бока и смерив его не менее яростным взглядом.

– А как бы ты назвал двух мужчин, которые валяются в грязи?

– Братьями, – ответил Колин, и в его голосе послышалось веселье, несмотря на то что у него даже лицо было перепачкано.

– Замолчите! – выпалила она, а затем снова повернулась к Рогану.

Она заметила, что в его взгляде поубавилось спеси.

– Ты только что приказала моему брату молчать?

– Да, и тебе советую сделать то же самое.

Колин усмехнулся и бросил взгляд в сторону Рогана.

– Она похожа на нашу маму.

Раздраженная до предела, она сложила на груди руки и повернулась к Колину. На ее лице читалось неодобрение.

– Кажется, я попросила вас сохранять молчание, сэр. Вы получите возможность говорить.

– Ты сегодня очень смелая, – низким голосом, от которого у нее пошел мороз по спине, прошептал Роган.

– А ты очень глупый, – выпалила она. – Ты заметил, что ты наделал? Ты видел, что случилось с Одиссеем?

Роган дернулся и, увидев жеребца, пробормотал проклятие. К забору вела длинная дорожка отпечатков копыт. В мгновение ока он подскочил к ограде и перепрыгнул через нее. Когда он приблизился к испуганному животному, до слуха Кэролайн донесся знакомый звук убаюкивающей колыбельной.

– А вы храбрая женщина, – сказал Колин, переводя взгляд с Рогана на Кэролайн. – Даже наш отец не решался подойти к нему, когда его охватывала ярость.

– А вы? – требовательно спросила она. – Как это все началось? Что вы ему сказали?

– Я сказал «привет», – обиженно ответил Колин. – Я только приехал, и он на меня тут же набросился.

Она вздернула брови.

– С трудом верю в это.

Под ее скептическим взглядом его бравада исчезла.

– Я спросил его, что он думает о моей просьбе. Но это было после того, как он предложил мне убраться из его поместья.

– С вашей стороны было глупо и опрометчиво поступать таким образом, – в волнении воскликнула Кэролайн. – Роган не терпит присутствия зрителей, когда он работает с трудным животным. Я очень удивлена, что вы этого не знали.

– Но мое дело очень важно для меня, для нашей семьи.

Кэролайн бросила взгляд в сторону своего мужа, который был, похоже, полностью поглощен жеребцом. Она знала, что это не продлится долго.

– Я думаю, что вам стоит пройти внутрь, привести себя в порядок и подождать, пока он закончит с Одиссеем. Потом можете попробовать обсудить с ним свои дела.

Она повернулась к выходу.

– Подождите, вы что, уходите?

– Далеко отсюда, – ответила она, скривив губы. – Графтон, позаботьтесь, прошу вас, о мистере Ханте. И пришлите ко мне Мари. Меня ждут в деревне.

– Да, леди Кэролайн.

– Вы хотите оставить меня наедине с ним? – в изумлении спросил Колин. – Что, если он снова начнет драку?

– Потрудитесь не сломать ничего в доме.

С этими словами она направилась к ожидавшему ее экипажу. Когда она проходила через двор, то не могла удержаться от того, чтобы не посмотреть в последний раз на своего мужа.

И она встретила его взгляд, взволнованный и полный темных обещаний.

Чтобы успокоить Одиссея, Рогану пришлось потратить немало времени.

Он сидел в гостиной и потягивал виски. Чтобы его миниатюрная жена обрушила на его голову поток воды… Он и представить себе не мог подобное! А то, что ей удалось ускользнуть от него, избежав его гнева, было чудом. Даже теперь он с содроганием думал о том, что он мог бы сделать, не переключи она его внимание на Одиссея.

Но черт побери, он все же восхищался этим нежным созданием за то, что она нашла в себе силы противостоять ему. У леди Кэролайн Хант под хрупкой внешностью был железный характер, и она, похоже, начинала это понимать.

– Все еще в раздумьях? – спросил его сидящий напротив Колин, тоже пьющий виски.

Роган бросил на него раздраженный взгляд.

– Я мог обидеть ее. Только подумай, что бы я сделал после этого с тобой.

Колин пожал плечами.

– Я привык к твоему характеру.

– А я нет. – Роган встал и поставил стакан на стол. – И никогда не привыкну.

– Черт побери, Роган, уже ведь можно принять это как факт! У тебя есть дар, который дается только в придачу к отвратительному нраву. Так было много лет.

– Это лишь удобный предлог, ничего более. Я раньше не задумывался об этом. Мне надо сдерживать себя, когда меня охватывает ярость, вот и все.

– Похоже, я провоцирую тебя на худшее. – Колин с усмешкой допил остатки виски. – Я приехал, чтобы просить тебя о помощи. Я хотел, чтобы ты проявил верность дому Хантов. Займи мне денег, чтобы Ханты снова стали известны своими конюшнями.

Роган удивленно повел бровью.

– Займи?

– Хорошо, дай.

– Ты и отец должны были раньше думать о славе семьи, когда вы все распродавали.

– Тысяча чертей, Роган, ты намерен мне напоминать о моей глупости всю оставшуюся жизнь? Отец принимал решения. Я ему помогал. Но теперь я хочу вернуть нашему имени былую славу. Хант-Чейз должен возродиться. Разве тебе все равно, как сложится судьба нашего дома?

– Может, я подумаю об этом. Со временем.

– Бог ты мой, что мне тебе еще пообещать?

– Дверь там.

Роган взмахнул пустым стаканом, перед тем как наполнить его снова.

– Никуда я не пойду. – Колин поставил стакан на стол. – Я знаю, что тебе небезразлична судьба Хант-Чейз, Роган, я знаю это. То, что сделали отец и я, неверно, но сейчас я пытаюсь все исправить. Дай мне денег, и я докажу, что говорю правду.

Роган ничего не ответил. Издав стон, Колин поднялся на ноги и направился к двери.

Он был намерен позволить своему брату уйти. Он должен вернуться в пустой дом, обнищавший и запущенный, чтобы пожать то, что было посеяно. Но когда он подумал о том, что Хант-Чейз снова мог бы стать славным поместьем, как и его собственное, он понял, что хочет этого больше всего на свете.

– Подожди, – сказал он Колину, и тот повернулся от двери. – У меня есть для тебя предложение.

Колин поднял брови, и на его лице застыло скептическое выражение, которое, как было известно Рогану, часто можно было увидеть и на его собственном лице.

– Значит, надо было вбить в тебя немного ума-разума, чтобы ты сказал «подожди»?

Роган с вызовом улыбнулся брату.