Карен Хокинс - Невеста в «шотландке»

Ее настроение начало подниматься, несмотря на то, что ее все еще пугал предстоящий разговор.

Девон убрал плед, затем посмотрел на потемневшее небо.

— Я не знаю, успеем ли мы вернуться в Килкэрн.

Она проследила за его взглядом и согласилась. Небо действительно было темным.

— Неподалеку есть роща, где мы можем найти убежище.

Он посмотрел на нее с кривой усмешкой, отчего ее сердце забилось чаще.

— Полагаю, будет слишком опрометчиво надеяться, что это ваш дом.

— Слишком. Все убежище состоит из сарая, который когда-то использовался сторожем. В нем только три стены, и они, наверно, похожи на решето.

— Очень удачно. — Он отвязал лошадей и подвел их к Кэт. — Хорошо, что я адмирал. Возможно, домой нам придется плыть.

Она позволила ему помочь ей сесть в седло. Он без особых усилий поднял ее, и, после того, как она села, пристально смотрел на нее, не убирая рук с ее талии.

Кэт стало неудобно под его пристальным взглядом.

— Что? У меня спутались волосы?

Он усмехнулся.

— Я только подумал, что ветер заставил вас выглядеть так, как будто вы валялись в сене, хоть я к вам и не прикасался.

Но он прикасался. Много-много раз. Все эти недели, с тех пор как Девон приехал, Кэт чувствовала себя так, будто он пробудил ее. Вернул к жизни после долгого сна.

Вопрос в том, сможет ли она вновь вернуться к привычному для нее одиночеству, если позволит этим отношениям зайти дальше, или, ее постоянно будут мучить воспоминания о том, что у нее было, и что она потеряла?

Ее улыбка померкла. Девон убрал руки и резковато сказал.

— Поехали. Сейчас польет дождь. Где убежище?

Она подождала, пока он возьмет поводья, а затем показала направление по дорожке туда, где сарай был почти полностью скрыт под валежником и листвой деревьев.

Когда они уже подъезжали к сараю, небеса разверзлись, и дождь полил как из ведра. Как только они оказались у навеса, Девон соскочил с Грома, и помог Кэт спешиться. Она уже промокла насквозь и видела только стену дождя.

Он взял узды Верной, затем мягко подтолкнул Кэт к навесу, и прокричал, что скоро будет. Кэт пошла вперед, но из-за дождя почти ничего не видела. Она могла только различить очертания сарая.

Старая постройка была маленькой и влажной, но крыша не была так плоха, как она думала, протекала только в двух или трех местах.

Она обняла себя, дрожа от холода. Ветер, который так радовал перед дождем, теперь был холодным и неприветливым. Она осматривала сарай, пытаясь понять, достаточно ли здесь дров, чтобы развести огонь, но потом решила, что, попытка развести его одной, может привести к пожару.

Появился Девон, промокший до нитки. Он вытер капли с лица и огляделся.

— Сойдет.

— Да, — ответила она, улыбаясь. Небольшая дрожь сотрясала ее.

Девон достал из-под пальто одеяло и отдал ей.

— Возьмите. Снимите свой жакет и завернитесь в него. Оно довольно сухое и согреет вас лучше, чем эта влажная шерсть.

Ее зубы начали стучать, и она сняла жакет и потрепанный белый шарф. Осмотревшись, Кэт повесила их на гвоздь.

— Жаль, что здесь нет никакой мебели. Даже стульев.

Она повернулась, чтобы взять одеяло у Девона, и увидела, что он пристально смотрит на ее грудь. Кэт посмотрела вниз и вздрогнула. Дождь намочил ее белую льняную блузку и сорочку, и они прилипли к коже. Ткань обтягивала ее, показывая намного больше, чем хотелось бы.

Девон подумал, что он никогда не видел ничего прекраснее. Здравый смысл подсказывал ему, что у Кэт красивая грудь, но то, что он увидел под ее влажной блузкой, превзошло его самые смелые ожидания.

Он был полон желанием, — видеть, касаться, держать ее грудь в своих руках.

— Мы должны поговорить, — сказал он, вздрогнув от резкости в своем голосе.

Она покраснела и почти выхватила одеяло из его рук, завернувшись в него.

— Давайте поговорим.

Он вытер шею, снял влажное пальто и ослабил шейный платок.

— Присядем.

Девон нашел в разрушенном сарае стул со сломанным сиденьем, и ведро, — перевернутое вверх дном, оно могло быть использовано вместо табурета.

Он поставил стул у самой сухой стены и положил доску на сломанное сиденье, затем опрокинул ведро и поставил его напротив стула.

— После вас, миледи.

Кэт подошла к стулу и чопорно села на самый край. То ли из-за того, что она волновалась, то ли из-за того, что ее волосы были мокрыми после дождя, но когда она откинула их со лба, глаза ее показались необычайно большими.

— Итак, — сказал он, садясь на ведро и теребя рукой свои волосы, — я не припоминаю, чтобы я оказывался в более неловком положении. Но никогда раньше я и не пытался говорить о чувствах.

Она посмотрела на него с любопытством.

— Никогда?

— Нет. Они просто приходили.

По взаимному согласию, большинство женщин, с которыми у него были отношения, не ждали и не хотели разговоров. Они хотели драгоценностей, восхищения, и его внимания, все время, надеясь, что как только он попадет под влияние их чар, он захочет большего, а именно — брака.

Конечно, это никогда не происходило. Чем больше они этого хотели, тем меньше он хотел жениться.

Кэт была другой. Она не просила и не ожидала того, чего требовали его прежние любовницы. И поэтому он хотел для нее всего самого наилучшего.

Это было новое и непонятное чувство. К нему прибавлялось решение быть честным с ней любой ценой. Впервые в жизни он наслаждался отношениями, основанными на простой искренности — он не чувствовал, что на него оказывают давление. И при этом казалось, что Кэт не хотела слышать клятвы о бессмертной любви. Он знал, что она не примет ничего кроме правды, которую ему пока было трудно говорить.

Он мельком взглянул на нее, отмечая, что она полностью укуталась в одеяло, полностью прикрывая свою влажную одежду.

— Кэт, я не слишком умею говорить о таких вещах. Я — человек действия. Но ради вас я попробую.

Она кивнула, и ее глаза потеплели.

— Я знаю.

Девон подвинул ведро к ее стулу, затем выпрямился и потянулся к ней.

Она напряглась.

— Вам холодно. Меньшее, что я могу сделать — согреть вас.

Она немного расслабилась, посмотрев на него сквозь ресницы, на которых блестели капельки дождя.

— Это все, что вы собираетесь сделать?

— Пока вы не попросите чего-нибудь другого.

Они сидели, слушая дождь, их тела постепенно согревались. Девон прижался щекой к ее волосам, вдыхая слабый аромат лаванды, витающий в воздухе. Теперь этот аромат всегда будет напоминать ему о Кэт. Прекрасный и легкий он, казалось, был похож на нее.