Дороти Гарлок - Путь в Эдем

Следопыт переводил взгляд с карлика на фермера. Эти двое прекрасно понимали, что над верой осейджей смеяться не следует. Отец Лайта, Пьер Батист, горячо любил его мать и, как и Макмиллан, снисходительно относился к верованиям ее народа.

Мать рассказывала Лайту, что он родился очень маленьким. Таким маленьким, что все были уверены – малыш умрет. Но крошка выкарабкался. Его бабка спрятала послед в мешочек и подвесила на ветви дуба. Колдовство помогло. Мальчик вырос сильным и крепким. Мать назвала его Батистом Лайтбоди.[9]

Теперь Лайт считал, что это – хорошее имя для мужчины. Будущий следопыт совсем не походил на отца. Слишком много было в мальчике индейской крови. Пьер Батист был высоким, могучим мужчиной с золотой бородой, а его сын – стройным и смуглым.

Пока Лайт вспоминал прошлое, Макмиллан разбирался с индейцами. Поселенец попросил Пятнистого Койота и его воинов привязать лошадей к деревьям на краю леса, потому что миссис Мак вынесет новорожденного на улицу, а вокруг лошадей всегда вьются мухи.

Фермер не приказывал, но говорил так, что возразить ему было невозможно. Лайту нравилось, как фермер обращался с индейцами. Белый мужчина уважал осейджей, а те уважали его.

Если бы не мечта о своей горе, Лайт, вероятно, осел бы рядом с фермой. Но – нет. По реке скоро приплывут люди. Много людей. И здесь станет так же тесно, как в Сент-Чарльзе.

Мэгги и дочери Макмиллана вышли из дома, каждая несла на стол еще одно блюдо. Поставив поднос с пирогами, Мэгги подошла к мужу. Приподняв юбку, молодая женщина сделала реверанс. На ее прекрасном лице сияла счастливая улыбка.

– Ma petite! Ты великолепна!

В глазах Лайта светилась любовь. Он еще никогда не видел Мэгги с лентой в волосах и в платье с белым воротничком. Его возлюбленная была прекрасна. Однако когда она шла рядом с ним по лесу в замшевых брюках, с луком и кнутом, он восхищался ею сильнее всего.

– Посмотри на мою ленту! – Мэгги закружилась. – Взгляни на Эй, Лайт. Правда, она хорошенькая?

Схватив Эй за руку, Мэгги потащила ее к Лайту. Девушка упиралась, щеки ее порозовели. Швед как завороженный смотрел на Мэгги.

– Мадмуазель. – Лайт отвесил Эй изящный поклон.

Мэгги рассмеялась.

– Би, – позвала она, – иди покажись Лайту!

Би сделала вид, что не слышит, и убежала в дом.

Эли в который раз дивился наивности Мэгги. Редко можно было встретить женщину столь прекрасную, но еще реже встречались столь открытые и честные. Женщины, с которыми он был знаком, включая и дочь Слоуна, Ору, тщательно скрывали свои чувства. Для них немыслимо было бы выказывать радость так непосредственно.

Нильсен взглянул на Эй. Молодой человек знал, что девушка чувствует его взгляд и что он ее тревожит. Она была на голову выше Мэгги, но тело у нее было стройное и сильное. Эй явно жалела, что не убежала, как сестра. Она посмотрела на шведа так равнодушно, словно его тут и не было.

С тех пор как они поругались, Эй вообще не обращала внимания на Эли, если не считать одного оскорбительного замечания, которое она сделала в тот день, когда родился ее братишка. Нильсен тихо засмеялся. Эй была из тех женщин, которые всегда могут постоять за себя, а если понадобится, то станут плечом к плечу со своим мужчиной. Но еще она нахальная, вредная девчонка. Хотя… с распущенными волосами… в праздничном платье… невероятно привлекательная девчонка.

Мэгги отошла от Лайта и направилась к лошадям индейцев. Нильсен бросил беспокойный взгляд на Лайта. Тот не двигался с места, а стоял и спокойно смотрел, как его жена гладит полудиких животных и разговаривает с ними. Воины, присевшие на корточках около дома, наблюдали за ней.

– Какого дьявола!

Эли направился было к Мэгги, но Лайт преградил ему дорогу:

– Оставь ее в покое.

– Бога ради! Они же лягнуть могут!

– Оставь ее в покое! – сквозь зубы произнес Лайт.

– Я… я тебя не понимаю!

Следопыт смотрел на шведа с ненавистью.

– Да, ты не понимаешь – ни меня, ни мою жену. Держись от нее подальше.

Мужчины, набычившись, уставились друг на друга. Казалось, будь у них рога – они бы тут же начали бодаться. Лайта кто-то тронул за плечо. Он повернул голову. Жена стояла рядом с ним и улыбалась.

Поль наблюдал за разговором Эли и Лайта затаив дыхание. Было очень важно отвлечь друга от Мэгги, иначе следопыт убьет его.

Старшая дочь Макмиллана была хороша собой. И она подходила Эли гораздо больше, чем Мэгги. По мнению Поля, стычки между его другом и Эй были многообещающими. Мысль, которая однажды пришла Полю в голову, очень возможно, скоро подтвердится.

Стол был уставлен так, словно наступил День благодарения. Женщины стояли в стороне, пока мужчины накладывали себе в тарелки еду. Эй приготовила тарелку для Зеда, а Макмиллан отнес его вместе со стулом туда, где ели мужчины. Пятнистый Койот и его воины, ничуть не стесняясь, положили себе по большой порции мяса, но больше не брали почти ничего. Эй и Би наполнили тарелки младших девочек и матери, которая сидела у стола, держа Фрэнка на коленях.

Калеб и Лайнус медлили, делая вид, что заняты печью, в которой жарился гусь.

– Калеб, что вы с Лайнусом мешкаете? Если не поторопитесь, вам ничего не достанется. Господи, вам бы пора знать, что от осейджей отставать нельзя. Они в два счета очистят стол до досок.

– Да, мэм, мисси Эй. Мы идем. – Калеб направился к столу, Лайнус – за ним.

– Берите побольше, только оставьте место для тыквенного пирога.

Эй подошла к костру и стала наливать в кружку чай из большого котелка.

Линтон Бодкин поставил тарелку и подскочил к ней.

– Мэм, можно я вам помогу?

– Спасибо, мистер Бодкин. Отнесите чай Зеду. А остальные, – тут девушка выразительно посмотрела на Нильсена, – сами о себе позаботятся.

Тарелки наполнялись снова и снова. Эй нарезала тыквенный пирог.

Макмиллан вынес из дома скрипку и заиграл веселую мелодию. Мэгги была в восторге.

– Ну-ка, девочки! Покажите, как вы танцуете!

– Ох! Па!.. – запротестовала Би, но Си схватила ее за руку и вытащила на середину двора. Малышки тоже взялись за руки и с визгом понеслись по двору. Би и Си начали танцевать: их пышные юбки раздувались, длинные волосы растрепались.

Зед захлопал в такт музыке. К нему присоединились Бодкин, Поль, Эли и Диксон. Мэгги встала и начала хлопать вместе с другими.

Закончив играть, Макмиллан широко улыбнулся:

– Ну, разве таких еще где сыщешь? Еще ходить не научились как следует, а уже танцевали. Идите, потанцуйте с ними.

Бодкин протянул руку Си:

– У меня дома сестренка примерно ваших лет. Диксон робко шагнул к Би. Девушка взяла его за руку и вспыхнула.