Кейси Майклс - Испепеляющая страсть

Обвинения были обоснованными. Она, конечно, могла бы объяснить, откуда у Кевина появились деньги — от продажи часов из коллекции Сильвестра, — но как отвести от себя остальные подозрения, Джилли не знала. На обвинения в предательстве она не хотела даже отвечать.

— Кто сказал тебе, что мой супруг, граф, стеснен в средствах? — спросила Джилли у Гарри, который выглядел смущенным — в его речи ни разу не встретилось обращение «миледи», напоминающее о ее новом положении, она как раз решила дать ему это понять.

— Я лучше промолчу об этом… — запинаясь, ответил он и добавил: — М-миледи.

— Миледи! Надо же, — фыркнула графиня Локпорт. — Минуту назад я была просто Джилли! Что случилось, Гарри, — ты вдруг вспомнил, что перед тобой враг? А теперь, после того как ты обвинил графа, моего мужа, и меня в очень неблаговидном поступке, и уверяю тебя, я выпущу тебе кишки, если ты будешь вести двойную игру, — а ты меня знаешь, я не угрожаю попусту — теперь говори мне: кто сказал тебе об этом?

Тут-то все и вышло наружу. Несколько месяцев назад Гарри познакомился с человеком, который пообещал ему помочь подороже сбывать товар — так что и шайке Гарри, и тем, кто помогал им на берегу, будет немалая выгода. И уже дважды Гарри получил обещанную прибыль.

— Пустая твоя голова, Гарри, — обругала его Джилли, мигом позабыв о хороших манерах. — Тебе не пришло в голову спросить себя, зачем ему помогать вам?

Джилли быстро сложила два и два — теперь она была уверена, что имеет дело с опасным противником. Джаред говорил о шпионе, и, хотя Кевин пытался замять его слова, Джилли догадалась: он просто не хотел, чтобы кто-нибудь в доме узнал о том, что на побережье орудует иностранный агент.

— А не просил ли этот человек тебя о каких-нибудь ответных услугах, кроме своей доли в прибыли? — спросила она, ее глаза сузились и загорелись голубым яростным огнем.

— Ну может, да, а может, нет, — мялся Гарри. — Что с того?

— Он просил! Недаром ты прячешь от меня глаза. Ну же, Гарри, выкладывай все!

— Пару раз мы перевезли через Пролив одного человека. Но это был всего лишь французишка, он вез деньги и еду своим родным, ведь эти «лягушатники» устроили там революцию. Безобидный малый, — выдавил из себя Гарри.

Джилли в гневе всплеснула руками и выкрикнула:

— Шпион, Гарри! Ты помог отвратительному, злобному шпиону, вот что ты сделал! — Ее крик поверг в ужас полдюжины загорелых мужчин.

— Но мы же не знали, — крикнул один из них.

— Не говорите никому, миледи, — попросил второй.

Они сразу же ей поверили и очень испугались. Но Гарри не зря был их лидером. Несколькими хорошо подобранными словами он успокоил свою команду и обратился к Джилли:

— Мы больше не возьмем на борт ни одного лягушатника, миледи, я вам обещаю! — твердо объявил он. — Мы добрые англичане и не хотим, чтобы на нашей совести была кровь англичан.

— Это все прекрасно, — ответила Джилли, — но есть пара проблем, которые нам необходимо решить. Недостаточно перестать помогать шпиону, его нужно поймать и передать властям. Если ваш помощник привел к вам шпиона, значит, он сам изменник. Прошу тебя, Гарри, назови мне имя этого человека!

Гарри пробормотал что-то себе под нос.

— Что?

— Я говорю, что не знаю его имени, — повторил Гарри со стыдом. — Мы встречались лишь однажды, он подстерег меня ночью и изложил свой план. После этого я общался только с французишкой.

— Ну что ж, однажды ты с ним все-таки виделся, — напомнила Джилли.

Гарри покачал головой:

— Он держался в тени, и я не видел его лица. Я только слышал его голос.

И Гарри более уверенно прибавил:

— Судя по речи, он из дворян.

— И ты поверил ему и обвинил моего мужа? — с презрением и насмешкой спросила Джилли.

Гарри неохотно объяснил ей, что в деревне ходят слухи — неизвестно, кто их распространяет, — что этого человека подослал граф. Они решили, что он захотел получить больше, чем долю я прибыли, — захотел сам продать товар я получить всю выручку. Поэтому они послали ему письмо с предложением прийти в лабиринт для «беседы» с намерением выяснить у него, куда он спрятал пропавший товар.

— И еще одно, миледи, — вмешался один из контрабандистов. — Две ночи назад мы поймали парня из поместья — он нес один из наших бочонков. Он говорил как городской человек, не как один из нас, но он удрал, и мы не успели выяснить, на кого он работает.

— Это прискорбный факт. — Джилли тяжело вздохнула, — но не забывайте: Кев… граф прибыл в Холл только в конце июня. А ты, Гарри, сказал, что встречался с тем человеком несколько месяцев назад.

— Он мог и раньше приехать, инко…

— Инкогнито, — закончила Джилли, понимая, что это может быть правдой. Кевин стал графом полгода назад и не любил распространяться о том, как провел эти шесть месяцев. — Ну ладно, парни, что вы от меня хотите?

Джилли пропала чуть больше трех часов назад; все это время Кевин (и его друзья) провели в мысленных странствиях по кругам ада. Первый импульс Ролингса — оседлать коня и отправиться в погоню за похитителями — оказался неосуществленным, так как он не имел ни малейшего понятия, в каком направлении двигаться.

Джаред, как мог, успокоил обезумевшего от горя друга и предложил начать поиски с места похищения — от центра лабиринта. Увидев перевернутую скамью и поломанные ветви кустарника, друзья убедились в том, что Кевин был прав — Джилли не сдалась похитителям просто так, она отчаянно сопротивлялась.

Вдоль дороги, ведущей к левому выходу из лабиринта, они увидели еще больше следов, говорящих о том, что похитители воспользовались именно этим выходом.

Бо предложил вызвать констебля, но Аманда напомнила ему, что этот служитель закона уже успел продемонстрировать свою полнейшую несостоятельность.

Вилли был командирован в Холл: ему было велено расспросить слуг, работавших в поместье (а именно Лайла и Фитча, которых он обнаружил спящими под лавкой в оранжерее), а Райс тем временем вытягивал жилы из домашней прислуги, пытаясь выяснить у них все, что они знают.

Эти двое как раз закончили свой отчет перед теми, кто собрался в гостиной: со стыдом они признались, что все их расспросы не дали ни одной зацепки для поисков. Тут раздался стук каблучков по камням, и в комнату ворвалась Джилли.

— Ну и ну! Да это же Джилли! — неизвестно зачем воскликнул Бо.

Она отжала мокрый рукав, затем вытерла лоб грязной рукой (размазав по нему грязь) и ядовито ответила:

— Ну да, это она. Вы ждали кого-то еще?

Кевин уронил на пол стакан с вином и бросился через всю комнату, чтобы схватить жену за плечи и критически обследовать ее — так подумала Джилли, словно она была кобылой, которую он вознамерился купить. Вдруг он крепко обнял ее, и ей пришлось ответить ему тем же, так как он прошептал ей на ухо: