Селеста Брэдли - Одна ночь со шпионом

Когда Джулия прервала наконец долгий поцелуй, Маркус откинулся на спинку кресла и опустил голову.

– Если я засну, не будите меня, – прошептал он.

Маркус тяжело дышал, и Джулия решила, что ему надо снять галстук.

– Сидите смирно, – приказала она и начала развязывать сложный узел шейного платка.

– Слушаюсь, миледи, – с усмешкой произнес Маркус. – Как вам будет угодно, миледи. Рад служить, миледи.

– В таком случае замолчите и дайте мне спокойно закончить начатое, – потребовала Джулия, возясь с узлом. В этот момент ей показалось, что самые сокровенные мечты воплощаются в жизнь.

Открыв глаза, Маркус увидел, что Джулия сосредоточенно смотрит на его галстук, один конец которого она держала в зубах, а другой неистово теребила пальцами, пытаясь развязать узел.

– Если хотите, я могу…

– Сидите смирно, я сказала! – прикрикнула на него Джулия, не выпуская изо рта конец галстука. – Я сама справлюсь.

Наконец давление петли галстука ослабело, и через несколько секунд Джулия с торжествующим видом помахала в воздухе своим трофеем.

– Я справилась!

– Мы только начали, миледи, – заявил Маркус, забирая у Джулии галстук.

Перехватив ее запястья, он связал их галстуком. Джулия, затаив дыхание, с удивлением посмотрела на Маркуса:

– Маркус, я…

– Замолчите, – потребовал он, усмехаясь. – В течение следующих двенадцати минут, до тех пор, пока не раздастся бой часов, вы будете находиться в моей полной власти.

Джулия провела кончиком языка по пересохшим от волнения губам. Маркус не мог сказать с уверенностью, возбуждена она или напугана.

– Слушаюсь, милорд, – прошептала Джулия.

Значит, все-таки возбуждена. Отлично! Маркус решил воспользоваться своим превосходством и получить от этого как можно больше удовольствия.

– А потом настанет моя очередь, – предупредила его Джулия.

Он засмеялся, качая головой.

– В таком случае я постараюсь как можно лучше использовать отпущенное мне время, – сказал Маркус и закинул связанные руки Джулии ей за голову. – Не двигайтесь!

Она глубоко вздохнула, и высокая грудь поднялась, напомнив Маркусу, что Джулия все еще одета. Он рывком развязал пояс ее халата.

– Хм… Надо же, какое упущение! Мне следовало снять с вас халат прежде, чем связать вам руки, – пробормотал он. – Впрочем, ничего страшного…

И он резким движением разорвал шелк. Джулия ахнула. Обрывки ткани, которые когда-то были ее халатом, упали на пол, и Джулия осталась в полупрозрачной ночной рубашке.

– Вот так-то лучше, – сказал Маркус.

– Я так любила этот халат! – воскликнула Джулия. – Подождите, Маркус Блайт…

Он прижал палец к ее губам, заставляя ее замолчать. Ему не хотелось слышать сейчас эту чужую фамилию…

– Если вы сейчас замолчите, я своими руками сошью вам новый халат, – сказал он. – Не заставляйте меня затыкать вам рот.

Глаза Джулии стали круглыми от изумления.

– Чем заткнете? – с придыханием спросила она.

От ее вкрадчивого шепота голова Маркуса пошла кругом. В его воображении ожили соблазнительные картины и фантазии.

– Давайте пока не будем об этом, – хрипло сказал он. – Сейчас я хочу еще раз полюбоваться вашей наготой.

Его слегка подрагивавшие пальцы начали ловко расстегивать крошечные пуговицы на ночной рубашке Джулии. Маркусу хотелось, чтобы Джулия всегда носила прозрачные одеяния.

– Еще раз? – удивленно переспросила Джулия и вдруг ахнула. – Вы видели меня нагой во время купания в озере, да? Вы подсматривали!

– Конечно.

Она нахмурилась:

– В таком случае я тоже могла бы подглядывать за вами.

– Вы зря упустили такую возможность, – рассеянно промолвил он, расстегнув последнюю пуговицу. – Ну вот, наконец-то…

Широко распахнув ее ночную рубашку, Маркус откинулся на спинку кресла. Джулия сидела на его коленях, подол ее рубашки был задран до бедер. Пышная обнаженная грудь Джулии притягивала к себе взор Маркуса. Под его пристальным жадным взглядом ее розовые соски затвердевали, наливаясь горячей кровью.

– Я счастливейший из смертных, – задумчиво прошептал Маркус.

Джулию тоже охватило сильное возбуждение. Она прерывисто дышала, и ее соблазнительная грудь высоко вздымалась и опускалась. От волнения Джулия покусывала нижнюю губу, которая напухла и стала ярко-алой.

Не в силах больше сдерживаться, Маркус припал к Джулии в страстном поцелуе. Однако когда она начала отвечать ему, он легонько отстранил ее.

– Нет, – прошептал Маркус. – Позвольте, я сам буду целовать вас.

Джулия замерла в его объятиях, и Маркус смог дальше наслаждаться свободой действий. Губы Джулии были горячими и пахли камамбером и сладострастием. Язык Маркуса медленно проник к ней в рот и стал обследовать его. У них впереди была вся ночь, чтобы насладиться друг другом.

Джулия застонала от страсти, и Маркус дрогнул. Он почти утратил контроль над собой, однако в этот момент пробили часы.

– Возьмите меня, овладейте мной прямо сейчас, – приказала Джулия.

Он не мог противиться ее хриплой команде. Все, что ни произносила Джулия, приобретало для Маркуса манящую сексуальную окраску и будило в нем желание.

Его рука скользнула в ее лоно. Оно было горячим и влажным.

Джулия стонала от наслаждения.

Маркус крепко обхватил ее за талию, опасаясь, что она соскользнет с его колен на пол. По телу Джулии пробегали мощные судороги, и это еще больше возбуждало Маркуса.

Несмотря на то что разум Маркуса был затуманен страстью, он не мог не заметить слишком бурную реакцию Джулии. Маркус был ошеломлен, впервые в жизни увидев подобное исступление. Пережив экстаз, Джулия в изнеможении прильнула к Маркусу, и он погладил ее по спине, пытаясь успокоить.

– Джулия… У вас, по-видимому, давно не было близости с мужчиной? – осторожно спросил он.

– Да, несколько лет… мой муж в последние годы болел и не мог выполнять супружеские обязанности… – тяжело дыша, ответила она. – Но то, что я пережила сейчас, было со мной впервые!

Маркус почувствовал одновременно гордость и тревогу. Он, конечно, рад, что сумел удовлетворить женщину, но…

Если она действительно впервые в жизни получила истинное наслаждение от близости с мужчиной, значит, все, что читал Маркус в ее дневнике, было всего лишь игрой воображения? Эротическими фантазиями одинокой женщины, чувственной натуры, страдавшей от неудовлетворенности?

Если все это так, то, манипулируя Джулией, он поступал с ней несправедливо. Узнав всю правду о нем, Джулия никогда не сможет его простить. В этом у Маркуса не было никакого сомнения. Да, ему придется заплатить за свое преступление дорогую цену.