Мередит Дьюран - Твое прикосновение

Внезапно Лидия испытала острое желание сделать что-то необычное. Впрочем, ей никогда не приходили в голову необузданные идеи, и на этот раз ее фантазии можно было отнести разве что к легким шалостям. Неожиданно Лидия услышала свой собственный голос:

— Значит, теперь наш путь лежит в пивную?

Такое неожиданное предложение привлекло внимание погруженного в себя виконта. Лидии не было видно выражения лица Санберна, но через мгновение, пожав плечами, он охотно кивнул:

— Почему бы и нет? Видит Бог, мне бы не мешало промочить горло.

Глава 10

Лидия не вполне отдавала себе отчет в том, что делает. Она чувствовала скованность во всем теле и понятия не имела, как ей теперь себя вести. Стремление исправить ситуацию завело девушку на совершенно новую для нее территорию — в «джин-дворец». Никогда прежде Лидии не доводилось даже заглядывать в помещение, в которое они вошли.

Внутри стоял шум, и было очень душно. Весь длинный зал заполнили толпы людей: некоторые из посетителей громко кричали, смеялись, хлопали друг друга по плечам или спинам, чокались стаканами, стучали кулаками по барной стойке, а то и просто требовательно топали ногами. Рабочие в суконных одеждах грубой выделки толкались среди довольно прилично одетых молодых клерков. Заметив среди мужчин даму с размалеванным лицом, в накинутом на плечи боа, Лидия не удивилась. Однако здесь же она обратила внимание на женщину средних лет в скромном платье, которая поочередно прикладывалась к стакану вместе с каким-то мужчиной, вероятно, ее супругом. В нескольких шагах от нее две совсем юные девушки флиртовали с молодым человеком. Бледные лица молодежи наводили на мысль, что потраченные на джин деньги им стоило бы употребить на еду. Но они так весело и беззаботно хохотали, что губы Лидии тоже невольно сложились в улыбку.

Поразившись собственной реакции, она даже прикрыла рот ладонью.

— Вредные привычки одинаковы для любых сословий. Санберн усмехнулся в ответ:

— Получается, все здесь жертвы вредных привычек?

— А иначе почему людям понадобилось в это время дня принимать небезопасный для здоровья алкоголь?

— Может быть, их жизнь скучна? Или они таким, приятным способом вздумали провести часок-другой?

— Что же здесь хорошего? Просто убивают свой мозг этим ядом.

— Так может утверждать лишь женщина, которая никогда не была пьяной.

— Вы говорите так, словно это недостаток.

Санберн недоуменно приподнял бровь:

— А если я скажу, что это так и есть?

Теперь настала очередь Лидии удивляться.

— В таком случае я напомню вам, что мне еще никогда не приходилось звать на помощь посторонних людей, чтобы расправить турнюр на платье.

Санберн в удивлении уставился на нее, но спустя несколько мгновений расхохотался. Лидия восприняла такую перемену настроения в своем спутнике с большой радостью. Ее сердце забилось с новой силой, вселяя оптимистические надежды.

«Остановись, — приказала она себе. — Ты не знаешь правил этой игры. Было бы верхом глупости пытаться искать его благосклонности». Лидия проследовала мимо виконта, направляясь к бару, однако путь ей преградил мужчина, который тащил корзинку с вареными моллюсками. Нет, это были мидии. Две девушки подбежали к торговцу и сунули ему монету в обмен на порцию лакомства, завернутого в промасленный кулек из газетной бумаги. Лидия с интересом смотрела, как они принялись уплетать дары моря.

Санберн взял ее под локоть и повел через толпу. То и дело она поворачивала голову в разные стороны, стараясь лучше рассмотреть все вокруг. До этого момента заведения, где люди собирались выпить джина, Лидия представляла как притоны для пропащих душ. В них бедные люди, влекомые несчастной судьбой, окончательно губили свою жизнь в атмосфере порока и уныния. Однако здесь, в зале «джин-дворца», Лидия сразу обратила внимание на яркое убранство, не уступавшее фойе оперного театра. На стенах, напоминая экзотические цветы из золота и стекла, красовались элегантные газовые светильники. Потолок украшала замысловатая лепнина, покрытая позолотой. Из четырех углов на посетителей взирали херувимы, а на стене за барной стойкой, отделанной красивым металлическим сплавом, были укреплены начищенные до блеска зеркала.

И разумеется, особое место в этом зале занимал джин. Напротив бара, за латунным ограждением, располагались ряды бочонков, расписанных приятными оттенками золотого и зеленого цветов. Тут же висели таблички, на которых чья-то рука аккуратно вывела краской содержимое бочонков: «Превосходные сливки», «Настоящая вспышка», «Роса Бен-Невиса».

— Что означают цифры, написанные там мелом? — полюбопытствовала Лидия, показывая рукой на таблички.

— Это количество оставшихся галлонов. В стенках бочонков вделаны трубки, идущие к бару. Слугам достаточно только нажать нужный рычаг, чтобы наполнить кружку.

Подойдя поближе к бару, Лидия захотела увидеть, как именно все это происходит. Но тут ее внимание привлекла гладкая серая столешница, в которой были проделаны сотни небольших отверстий, образующих декоративный узор из цветов и вьющихся растений.

— Это нужно, чтобы стекали пролившиеся напитки, — пояснил Санберн, постучав пальцем по поверхности. — Потом накопленную смесь под названием «Все сорта» продадут очень дешево. Не желаете ли попробовать?

Лидия поморщилась:

— Нет, благодарю вас.

— Что вам подать? — обратился к ним слуга за стойкой.

— «Старый Том» за шесть пенсов для меня, — заказал Санберн, — а также «Сливки из долины» для леди.

— Я не стану пить это, — шепотом сообщила ему Лидия. Она решила, что не стоит сообщать о своих вкусах окружающим. Когда слуга вернулся с заказанными напитками, он сначала попробовал на зуб монету, полученную от Санберна, и лишь потом протянул посетителям стаканы.

— Мы хотели бы найти здесь мисс Полли Маршалл, — обратилась Лидия к бармену.

Тот недоуменно пожал плечами:

— Я не спрашиваю, как кого зовут, прежде чем обслужить. Удачи вам.

Джеймс и Лидия прошли мимо барной стойки через арочный проход, над которым красовалась вывеска «В отдел оптовой торговли». В следующем зале также толпилось много людей. И это в разгар дня! У Лидии не укладывалось в голове, как такое могло быть. Нигде не было видно никого, похожего на женщину с детского рисунка. Самый последний зал был небольшой, возле бара стояли красные обитые плюшем скамейки, а на стенах висели яркие фрески по мотивам греческой мифологии.

Когда они наконец сели за стол, Санберн поднял кружку и сделал большой глоток. Лидия ждала, что виконт что-нибудь скажет, однако он, казалось, не был расположен к разговору. Санберн задумчиво потягивал напиток, время от времени оглядываясь по сторонам. Это молчание, воцарившееся между ними, становилось каким-то неловким. Лидия поняла, втайне смущаясь, что именно ее беспокоило: до сих пор при их встречах Санберн с нескрываемым интересом общался с ней, будто никого другого для него не существовало. Лидия даже успела привыкнуть к такому вниманию.