Стелла Камерон - Дорогой незнакомец

– Она уже идет, – сказал ему Сесил. – Обопрись на меня, старый развратник, пока она готовится. – Он нетерпеливо прошептал Витью: – Взгляни на него. Он уже ни на что не годится, черт побери. Нужно что-то придумать.

Витью попыталась прикрыть грудь руками.

– Это так необходимо?

Реджи запутался в своих штанах и бухнулся на четвереньки. Он, шаркая, подполз к Витью, задрал ей юбку и начал сдергивать с нее чулки, разрывая их на части.

– Ну, черт меня побери, – пробормотал Сесил, – этот дурак облегчает нам задачу. Лорду Витмору не сойдет с рук то, что он изнасиловал свою сводную сестру.

Вид обнаженных ягодиц Реджи будоражил Витью. Она предавалась усладам с посторонними, но с родственниками – никогда, даже если это было не кровное родство.

Сесил вложил ей в руку бокал, да так неожиданно, что она чуть не выронила его.

– Пей, – приказал он. – Ты слишком бледна. Сейчас нет времени на то, чтобы распускать слюни.

Реджи плюхнулся на живот и провозгласил:

– Насилуй, я т-тебе говорю. – Он был почти без памяти. – Заставь меня сделать это, Витью. – Ему наконец удалось перевернуться на спину.

Витью ощутила зуд в самых нежных местах. Она и не думала, что у Реджи такие внушительные пропорции. От вина он стал бессильным, но сложен был, как жеребец.

– Садись на м-меня. – Язык у него заплетался. Он расслабленно потянулся к ней и сник.

– Кончай со всем этим, – скомандовал Сесил и подтолкнул оробевшую даму в спину, но она словно оцепенела. Тогда он грубо встряхнул ее, расставил ей ноги и насильно опустил ее на Реджи, придавив к нему. – Ну-ка, быстренько, пока мы не упустили его окончательно.

Несмотря на охвативший ее жар и возбуждение, она сопротивлялась из ужаса перед тем, что от нее требовал этот чудовищный человек. Тем временем Реджи под ней зашевелился.

– Довольно, – сказала она Сесилу упавшим голосом. – Того, что мы ему скажем, будет достаточно.

– Но не для того, чтобы обеспечить мою власть над тобой, дорогуша, – возразил он, осклабившись. Он упал на колени, чтобы убедиться, что возбужденная плоть Реджи целиком внутри нее. Хихикая, Сесил держал Витью, пока Реджи работал бедрами.

– Этого довольно, – настаивала Витью, на этот раз уже нетерпеливо. – Дай мне уйти. Мы добились чего хотели.

– Это ты добилась, чего хотела, – сказал Сесил. – Теперь я должен добиться того, чего хочу я.

Голова Реджи была безвольно откинута, но он вошел в нее раз, другой, и с третьим она ощутила теплую струю его семени, всего лишь за мгновение до того, как последовало ее собственное облегчение, сотрясшее ее лоно, места, о которых не принято говорить вслух, ее грудь.

Витью пылала, трепетала. Но когда она взглянула в холодные глаза Сесила, ее одолел ужас. Да он же намерен использовать это против нее самой! Он намерен установить свою власть над ней и над Реджи. Она с трудом поднялась на ноги.

– Что такое? – Реджи открыл мутные глаза и стремительно изверг из себя на ковер содержимое желудка.

Сесил, отворачиваясь и морщась, оттащил приятеля на диван.

– Проспись, – сказал он, прежде чем снова повернуться лицом к Витью. – Все-таки он добился своего, – лицемерно покачал головой Сесил. – Конечно, при необходимости я припомню, что ты его к этому подстрекала. Но будем надеяться, что это останется тайной между нами троими. Пока я буду получать то, что хочу, так оно и будет. Ладненько?

Витью подавленно кивнула. Не поднимая глаз, она принялась оправлять свою юбку.

– Не утруждай себя, – остановил ее Сесил. – Снимай ее. Совсем снимай.

Она не обратила на него внимания и продолжала отряхивать взбитую юбку.

– Мы партнеры, – сказал ей Сесил. – А партнеры должны быть уверены, что они полностью удовлетворяют друг друга. По-моему, тебе самое время удовлетворить меня.

– Я устала, – едва слышно сказала она, ощущая дурноту.

Сесил принялся снимать с себя одежду.

– Не так уж ты и устала, моя дорогая. Теперь командую я. Ты будешь в точности делать то, что я скажу.

– Ты знаешь обо мне не больше, чем я знаю о тебе.

Он уже стоял голый, тощее, худосочное существо, но с удивительной для его комплекции эрекцией.

– Кое-какие вещи совершенно непростительны, дорогуша. Как ты будешь оправдываться, если я расскажу, что ты наслаждалась близостью со своим собственным братцем? Вы оба должны молиться, чтобы я ничего не сказал, и я ничего не скажу до тех пор, пока вы оба будете ко мне очень-очень добры. Нет, Витью, у тебя против меня ничего нет. Мы будем действовать заодно, как я и планировал. А сейчас снимай юбку, или я сорву ее с тебя. Это, безусловно, тебе зачтется. Выбор за тобой.

Дрожа скорее от ярости, чем от желания, она сбросила с себя все, оставшись в корсете и панталонах. Последние стараниями Реджи были влажны.

– Ну а теперь, пока мы будем себя услаждать, мы оба должны достичь полного понимания, что в результате наших усилий должно произойти. Три недели до венчания этого горького пьяницы на девчонке Эдлер – и мы близки к своей цели. Иди сюда.

– Реджи женится на этой жабе, и она у меня пожалеет, что вообще родилась на свет, – вдруг невпопад перебила Витью. – Я быстро разрушу ее уютный мирок. Она будет ходить по струночке и молиться, чтобы ее оставили в покое.

Сесил протянул к ней руку и торопливо принялся расшнуровывать ее корсет. Не закончив, он в нетерпении сорвал его, сел на диван в ногах у Реджи и заставил ее сесть верхом себе на колени, без предисловий вторгшись в нее. Он с шумом втянул в себя воздух и сдавил ей грудь так, что она вскрикнула.

– Чтобы теперь все было понятно, – сказал он, двигаясь в ней.

Тело Витью откликнулось, она тяжело задышала.

– И так все понятно. Девка Эдлер будет у нас под каблуком. Когда ее папаша умрет, мы с Реджи вернемся в наш законный дом и возвратим себе все, что потеряли. Мы получим еще и кругленькое состояние профессора.

Ей неприятно было ощущать у себя на груди руки Сесила, его дряблые губы, прилипшие к ее соскам, но она закрыла глаза и изобразила восторг. Так было проще, чем испытывать на себе его дурной характер.

С урчанием и стонами Сесил закончил свое дело, но задержал ее у себя на коленях, когда она уже хотела уходить.

Он улыбнулся, обнажив тусклые зубы.

– Отлично, дорогуша. Мне не следовало так долго ждать. Я переберусь в комнату по соседству с твоей.

Она сдержала протестующий возглас.

– Ну, теперь ты почти верно все себе представляешь.

– Абсолютно верно, на мой взгляд. И я уже начинаю сомневаться, что была какая-то необходимость так жестоко использовать Реджи. Он в той же мере настроен востребовать обратно наше кровное, как и я.

– Он рассчитывал забрать все себе и избавиться от нас, – возразил Сесил. – Но он дурак. Ты тоже дура. Но теперь я буду распоряжаться вами, и вы не посмеете противоречить мне.