Лори Макбейн - Дьявольское желание

— Добрый день, — проговорила девушка, приблизившись.

Элисия остановилась, с любопытством наблюдая за нежданной незнакомкой. Это была хрупкая девушка со светло-каштановыми волосами и дымчато-серыми глазами. Щеки ее разрумянились от скачки и свежего ветра.

— Я — Луиза Блэкмор, — произнесла она приятным голоском. — Мой дом — в Блэкмор-Холле, в нескольких милях отсюда. Я знаю, что представляться самой невежливо, но мы редко видим в этих краях незнакомых людей. Поэтому я не могла проехать мимо, не узнав, кто вы и не заблудились ли вы. — Она смотрела на Элисию с искренней озабоченностью.

— Нет, я не заблудилась, просто решила насладиться скачкой, пока нет грозы, которая, боюсь, вот-вот разразится. Я Элисия — Дим… Тривейн, — отвечала Элисия, улыбаясь девушке.

— Тривейн! — На мгновение лицо собеседницы выразило недоумение, которое тут же сменилось оживлением. — Так вы и есть леди Тривейн, молодая жена лорда Тривейна? — воскликнула она.

— Да, это я, а вы — дочь сквайра Блэкмора. Я познакомилась с ним сегодня утром.

— О, леди Тривейн, как я рада встретиться с вами! — Луиза порывисто протянула ей изящную ручку в перчатке. — Теперь я не боюсь, что нарушила правила приличия и проявила излишнюю смелость, за которую меня всегда ругают. Ведь вы уже слышали обо мне, и меня почти вам представили, а значит, все правила соблюдены.

Она улыбнулась с подкупающим дружелюбием. «Не слишком-то расстроенной выглядит эта милая девушка», — подумала Элисия, глядя с ответной улыбкой в жизнерадостное личико Луизы. Ей вспомнилось, как описывал сквайр Блэкмор будущее настроение дочери при известии о женитьбе лорда Тривейна.

— Спасибо, — вежливо отозвалась Элисия. — Мне тоже очень приятно с вами познакомиться. — Ее озадачил явный восторг Луизы Блэкмор, обнаружившей, что имеет дело с новоиспеченной леди Тривейн.

Оглушительный раскат грома прогремел над их головами, заставив лошадей невольно отпрянуть.

— Думаю, пора ехать, не дожидаясь, когда польет дождь и вымочит нас до нитки, — тревожно заметила Элисия, хватая за поводья Ариэля. Она подвела его к камню, с которого могла на него взобраться.

— Мы можем разговаривать на пути к дороге, а там разъедемся: мне — в противоположную сторону, — сказала Луиза, когда они поскакали бок о бок. — Поверить не могу, что вы в самом деле едете на этом жеребце, — продолжала она с восхищением. — Я скорее умру от страха, чем прикоснусь к этой громадине. Он так и не признал ни единого седока. Я хочу сказать, даже лорд Тривейн не сумел его приручить, а вы спокойно управляете им, и без сопровождения грума. Мой грум ждет меня впереди на дороге, постоянная моя тень… Впрочем, это дает мне возможность чувствовать себя в безопасности. А тут вы одна, верхом на этом диком животном… — Луиза деликатно содрогнулась при мысли об этом.

Элисия рассмеялась, впервые за долгое время развеселившись по-настоящему.

— Кажется, я создаю у всех превратное впечатление о себе, сама того не желая. Я вдруг обнаружила, что мне приписывают какую-то странную, сверхъестественную силу, потому что я езжу верхом на коне, который никому не подвластен. А все дело в том, что я вырастила этого коня и обучила его, пока не пришлось продать. Так что я всего лишь простая смертная, не обладающая никакими необычайными способностями подчинять себе животных или людей.

— Что ж, рада это слышать. А я было поверила, что вы — колдунья, — шутливо откликнулась Луиза, — хотя вы так прекрасно ездите верхом, а я едва справляюсь с моей Голубкой, если ей вздумается порезвиться. Мне просто стыдно ехать рядом с вами, — воздала она должное верховому искусству Элисии, любовно похлопывая свою кобылку по атласной шее.

— Вы недурно держитесь на лошади, особенно если учесть, какая вы миниатюрная. Неразумно и опасно садиться вам на такого большого и своенравного коня, как Ариэль, — утешила ее Элисия и добавила, взглянув на маленькие, почти детские ручки Луизы, крепко вцепившиеся в поводья: — Господи, да рядом с вами я чувствую себя мощной амазонкой, готовой с копьем и щитом отразить атаку врага.

Луиза весело хихикнула, но посмотрела на Элисию недоверчиво.

— Не может быть. Вы такая красавица. Хотелось бы мне иметь такие локоны червонного золота. Какой изумительный, великолепный цвет!.. Не то что мои обычные волосы шатенки, — вздохнула девушка. — Папа зовет меня своей мышкой… И боюсь, что он прав, потому что мне страшно не хватает храбрости и уверенности в себе, не говоря уж о силе.

— Как будто от вас требуется стать кузнецом или мельником, — засмеялась Элисия. — Вы хрупкая и изящная, и я вам по-хорошему завидую. Хотите поменяться местами?

— О Боже, нет! Только не это, потому что я ни за что не смогу быть женой маркиза. Он внушает мне непреодолимый страх. — С этими словами она округлила глаза и смущенно прикрыла рот ладошкой. — О, что вы обо мне подумаете! Сказать такое о вашем муже! Но вы были так со мной любезны, что я забыла о том, что вы маркиза.

— Я думаю, вы со мной честны и откровенны, и у вас есть причины так считать, потому что маркиз временами может быть просто чудовищем, — как ни в чем не бывало заметила Элисия.

Луиза восхищенно уставилась на нее.

— Как же я рада, что повстречалась с вами! Вы такая милая! Я вас совсем не такой представляла. Я думала, вы окажетесь надменной и презрительно-снисходительной, вроде тех лондонских дам, которые время от времени посещают Блэкмор. Они заставляют меня чувствовать себя неуклюжей и неловкой, как будто я все еще школьница, — негодующе проговорила Луиза.

— Что ж, от меня вам таких манер не дождаться. Я никогда не была жеманной лондонской леди. Я предпочитаю простоту сельской жизни, — твердо объявила Эли-сия, подумав мельком, что вряд ли можно назвать Уэстерли простым и сельским.

— Означает ли это, что вы будете проводить здесь много времени? — пылко поинтересовалась Луиза. — Я так надеюсь на это! Мне очень одиноко. Здесь и поговорить не с кем. Мама и папа часто уезжают в Лондон. А мне еще рано выезжать в свет, я должна оставаться дома и заканчивать свое образование. Я так мечтала о подруге… Надеюсь, вы станете моей подругой, леди Тривейн?

— Пожалуйста, зови меня Элисией. Я тоже мечтала иметь подругу, чтобы было с кем поговорить и излить душу. — Окинув взглядом хрупкую фигурку, Элисия шутливо добавила: — Я нуждаюсь в крепком дружеском плече, на которое могла бы иногда опереться.

Луиза радостно засмеялась.

— Как это замечательно! Я думаю, мы скоро станем задушевными подругами. Вы такая милая и веселая, а теперь еще и папа не сможет корить меня за то, что я не умею привлечь лорда Тривейна. Если бы вы только знали, какой ужас внушала мне одна мысль о том, что лорд Тривейн может обратить на меня внимание. — Она даже чуть заметно побледнела, вспомнив об этом.