Нора Хесс - Сила любви

Джонти не ответила. Она стояла, потупившись и прикусив губу, чтобы не заплакать, и он спросил грубо:

— Ты понимаешь, о чем я говорю? Отныне ты будешь выполнять мужскую работу. Ты не будешь больше хорошей домохозяйкой, не будешь готовить и ухаживать за домом.

Джонти молча кивнула, глядя в землю. Корда рассердило, что она не подняла головы, он хотел, чтобы она на него посмотрела. Не дождавшись этого, он вскочил в седло, сказав:

— Ты приступишь к новым обязанностям где-то через неделю. Я завтра поеду в Коттонвуд. Там я знаю одну мексиканскую семью. Женщина прекрасно готовит и у нее есть дочь твоего возраста. Пару раз с ней покувыркаешься в постели, и я думаю, это уведет тебя с той дорожки, на которой ты стоишь сейчас.

Джонти уставилась на удаляющуюся широкую спину с такой ненавистью, что, казалось, могла убить одним взглядом. Даст Бог, когда-нибудь она отплатит ему за ту боль, которую он ей причинил.

Ссутулившись, Джонти вошла в кухню. Она хорошо ездила верхом благодаря дяде Джиму, но у нее не хватит ни сил, ни опыта, чтобы набросить лассо на диких мустангов. И еще одна мысль не давала ей покоя. Будет ли она также участвовать в приручении животных?

Джонти прервала свои мучительные раздумья, когда услышала топот приближающихся галопом лошадей. Возвращались мужчины. Она вздохнула. Лучше ей заняться делом. Они вот-вот будут здесь голодные, как волки. Джонти поставила сковородку на плиту и положила на нее куски оленины.

Через полчаса, когда мужчины вошли на кухню, на столе их ожидали жареное мясо, картофельное пюре с молочным соусом, бисквиты и миска с салатом из овощей.

— Я не видел толстяка поблизости, — заметил Ред, когда все расселись за столом.

Накладывая себе мяса, Корд кратко сказал: — Его унесло сегодня днем.

— Да что ты говоришь? — Джонс чуть не подавился бисквитом. — Он никогда не говорил, что собирается уехать.

— Я думаю, он соскучился по Люси, — Корд передал тарелку с мясом направо.

Ред рассмеялся.

— В это я могу поверить. В последнее время он был очень возбужден. Всегда руками трогал свой член. Если бы мы работали со скотом на ранчо, он бы сейчас трахал там телок.

— Или кого-нибудь из вас, — сухо заметил Корд, выразительно посмотрев на Джонти.

Джонти не подняла глаз от тарелки, притворившись, что она не заметила обидного намека. Она почувствовала на себе взгляд Лайтфута, и когда она подняла глаза, в его взгляде она увидела извинение за столь откровенный разговор его товарищей при ней.

Она с пониманием пожала плечами.

Лайтфут перевел взгляд на Корда.

— Из-за Понча я не хотел сегодня забирать Волка от Джонти. Я по его глазам прочел, что он воспользуется случаем и пойдет за мальчишкой.

— Ну, он ушел, и мы можем забыть о нем, — тоном, которым это было сказано, Корд дал понять, что разговор на эту тему закончен. Он переключил внимание на мясо, потом, как бы между прочим, сказал: — Джонти займет его место.

Повисло оглушительное молчание. Лайтфут отложил нож и вилку.

— Ты, конечно, шутишь. Ты просто разыгрываешь мальчишку.

— Я абсолютно серьезен, — Корд хмуро взглянул на индейца. — Я никогда не собирался сделать Джонти поваром на всю оставшуюся жизнь. И вы все это знаете.

— Я не знаю, а почему бы ему и не быть поваром? — Лайтфут серьезно посмотрел на Корда. — При скорости, с которой мы ловим лошадей, и при вероятности того, что скоро будем уезжать все дальше и дальше от ранчо, чтобы поймать больше мустангов, нам понадобится повар, который будет ездить с нами надолго. Ты же не собираешься найти женщину, которая захочет ездить за сотней копыт, поднимающих пыль?

— Это верно, — поддержал Ред долгую речь индейца. — Нельзя ли подождать до того времени и поручить мальчишке полевую кухню? Мы будем в убытке, если отстраним его от кухни.

— Послушайте! — Корд раздраженно отодвинул тарелку. — Я устал спорить об этом. Я принял решение. Он займет место Понча наравне с вами.

Джонс долго смотрел на хрупкое телосложение Джонти и проворчал:

— Корд, ты должен видеть, что ребенок не подходит для нашей работы. Он никогда не сможет поймать дикую лошадь. Они просто выдернут ему руки из суставов.

— Он станет сильным. От тяжелой работы у него появятся мускулы. Он слаб от того, что выполняет женскую работу, — Корд встал. — Я сказал последнее слово по этому поводу, — и хотя половина его ужина осталась на тарелке, он гордо вышел из комнаты.

— Кто же будет тогда нам готовить? — бросил Ред вслед. — Конечно же, не кто-то из нас и не ты, Корд. Ты не можешь готовить хорошо.

Корд остановился у двери.

— Спасибо, Ред, — с подчеркнутой медлительностью произнес он, немного расслабившись. — Я на следующей неделе привезу мексиканскую семью, так что не беспокойся о своем желудке.

Потом он обратился к Джонсу.

— Подготовь тот домик, что побольше. Новые помощники смогут там жить.

Он вышел, и вскоре все остальные последовали за ним, бормоча, что они надеются, что мексиканка будет готовить не хуже, чем Джонти.

Лайтфут немного задержался с Джонти. Пока он скручивал сигарету, он внимательно изучал ее лицо.

— Понч приставал к тебе, да? — он зажег спичку и поднес ее к сигарете.

Джонти вздохнула и утвердительно кивнула.

— Корд поймал его и избил почти до смерти, — через некоторое время она добавила: — Конечно же, он обвинил меня за то, что Понч пристал ко мне.

Лайтфут задумчиво затягивался, выпуская дым колечками, которые поднимались к потолку.

— Ты готова к этому изменению, Джонти?

— Я не знаю, Джонни, — Джонти устало пожала плечами. — Я довольно-таки хорошо езжу верхом. Дядя Джим научил меня. Но ловить диких лошадей при помощи лассо, клеймить их, не думаю, что у меня для этого хватит сил и мужества.

— Что касается клеймения животных, то это почти не причиняет им боли, — Лайтфут улыбнулся, увидев маленькое опечаленное личико. — Это пугает их больше, чем все остальное, — он положил свою руку сверху на ее. — Я, насколько сумею, помогу тебе не участвовать в клеймении, а с завтрашнего дня буду учить тебя бросать лассо. Это несложно, если знать «секрет». А он — в твоем запястье, и в том что надо туго натягивать веревку.

— Я благодарна тебе, Джонни, — Джонти изнуренно улыбнулась, потом встала и начала собирать посуду.

Она нервно посматривала сквозь открытую дверь, где тускло горел свет в летнем домике.

— Мне кажется, лучше тебе пойти к остальным, пока этот дьявол за тобой не пришел.

Лайтфут усмехнулся и согласился, что должен уйти. Но, прежде чем выйти в темноту, он остановился и сказал:

— Не всегда будет так, Джонти. Твой дядя Джим много работает, чтобы построить тебе дом. Тебе просто придется еще немного здесь пожить.