Черил Портер - Время любви

– Я не могу тебе этого сказать, мама. Я молю Бога, чтобы это было не так. Но Бог не поможет ему, если он виновен.

На глазах у миссис Торн выступили слезы, и Райли почувствовал острый приступ вины зато, что так сильно ее огорчил. Опустив голову, он некоторое время молчал, а потом резко отвернулся и глухо произнес:

– Будь все проклято, но я ничего не могу сделать, чтобы помочь Глории. А рассказать ей об этом – значит собственными руками разрушить ее жизнь.

Глава 11

Глория погладила спутанную шерсть Скитера и улыбнулась. Опустившись на колени перед могилой Старого Пита, чуть не утопая в огромной овчинной куртке отца, она склонилась к собачьей голове и тихонько прошептала:

– Мне будет гораздо легче, если ты что-нибудь съешь, Скитер. Как гадко с твоей стороны так огорчать меня. Старый Пит хотел бы видеть, как ты весело носишься по холмам в поисках добычи.

Скитер вильнул хвостом, моргнул ресницами, обрамлявшими большие умные глаза, и уставился на Глорию. Сделав вид, что не понимает, что имел в виду пес, она протянула руку к жестяной миске и достала кусочек мяса. Протягивая его Скитеру, Глория попросила:

– Я буду самой счастливой женщиной на свете, если ты это съешь.

Пес обнюхал подношение и равнодушно отвернулся, опустив голову на могилу своего мертвого хозяина. Глория бросила кусок мяса обратно в миску.

– Тебе меня не одурачить. – Глория встала и погрозила собаке пальцем. – Посмотри на себя, ты уже далеко не такой тощий и костлявый, каким был лишь месяц назад. Выходит, иногда ты все-таки что-то ешь, и я готова поспорить, что время от времени ты даже отходишь от этой могилы. Так что, нравится тебе это или нет, ты явно идешь на поправку. Так и знай. И что ты сам об этом думаешь?

Скитер лениво приподнял бровь, бросив на Глорию недовольный взгляд, вытянулся под бледным ноябрьским солнцем, повернувшись к ней спиной.

– Ну и чахни здесь один, мистер Скитер, – засмеялась Глория. – Я от тебя ухожу.

С этими словами она сунула озябшие руки в карманы куртки, нащупала там небольшой револьвер, с которым теперь не расставалась, и обошла могилу старого ковбоя, направляясь к двум соседним надгробиям. Через несколько минут, отдав дань уважения памяти родителей, она покинула уединенное кладбище.

Она уже прошла почти полпути до усадьбы, размышляя о тревожных событиях прошлой ночи и внезапном отъезде Райли, когда кто-то окликнул ее по имени. На заднем крыльце стояла Бидди, подпрыгивая от нетерпения. В руках она держала что-то похожее на письмо и размахивала им.

С недобрым предчувствием Глория направилась к крыльцу. «Ну что еще? – думала она. – Не хватит ли на сегодня? Мало разве, что Райли так внезапно уехал, прихватив с собой двоих наемников?» Впрочем, судьба Брауна и Джастиса не особенно ее волновала. Она скучала по Райли. И откровенно признавшись в этом себе, не испытала облегчения.

– Глория, скорее сюда! Пришло письмо от Ханны!

Услышав эту новость, Глория подхватила юбки и стрелой помчалась к Бидди. Она так обрадовалась, как будто вместо письма ее ожидала старшая сестра, собственной персоной. Взбежав на деревянные ступеньки крыльца, Глория выпалила:

– Кто принес письмо? Когда оно пришло? Дай мне скорее взглянуть!

– Вот оно. – Бидди протянула ей конверт. – Наш славный мистер Джессап специально остановился у почты в Канзасе и захватил его с собой. Ну же, детка, да что это с тобой? Эдак ты смоешь слезами все, что написала нам Ханна, еще до того, как мы успеем его прочитать. И еще – как это у тебя хватило ума разгуливать тут одной после вчерашнего похищения?

Высказав все, что хотела, няня втащила Глорию в теплую кухню и заперла дверь.

– Никто не посмеет напасть на меня днем, у всех на виду, Бидди. Но даже если такое случится, я смогу постоять за себя. Я зарядила один из папиных старых револьверов и ношу с собой в кармане.

Все это Глория сообщила, вскрывая письмо от сестры.

– О святые угодники! Дитя таскает с собой оружие! – заголосила Бидди.

Глория подняла голову и серьезно взглянула на няню. В ее глазах читался вызов.

– Да. Я ношу оружие. И тебе это тоже бы не помешало. – Бидди с негодованием отмахнулась:

– Я с револьвером в кармане? Да ты что, детка! Да я сама больше всех страху натерплюсь. И потом, мне это принесет скорее вред, чем пользу. Ведь я прострелю себе ногу как пить дать. Нет уж, не надо мне никаких револьверов.

Глория засмеялась и нежно посмотрела на нянюшку. Потом она развернула письмо.

– Может, Ханна пишет, что скоро вернется?

– Мы этого никогда не узнаем, пока ты наконец не прочтешь, что там написано, – проворчала Бидди.

Сгорая от нетерпения, она впилась глазами в клочок бумаги в руках Глории, заглядывая ей через плечо. Глория бережно разгладила лист, исписанный аккуратным почерком сестры, потом, вдруг испугавшись того, что могло содержать в себе послание, огляделась в поисках стула.

– Мне нужно сначала сесть, – заявила она. – Вдруг там плохие новости. – Она уселась за стол и хмуро взглянула на Бидди. – Ханна пишет мне, тебе и Джейси. Она, наверное, пришла бы в ужас, если бы узнала, что Джейси здесь давно уже нет.

Бидди поджала губы и покачала головой.

– Ну так мы ей ничего не скажем. Но хватит об этом. Читай же наконец, что там пишет Ханна, или я сама это сделаю.

Няня взяла другой стул и придвинулась поближе к Глории. Сложив руки, как для молитвы, над гладкой поверхностью стола, она, замерев, приготовилась слушать.

Глория восторженно схватила Бидди за руку:

– Ну я же говорила, что она скоро вернется! – Некоторое время она читала молча. Внезапно Глория нахмурилась, потом ее лицо вытянулось, а рот удивленно раскрылся. – Силы небесные! – вскричала она, изумленно глядя на Бидди. – Ханна вышла замуж!

Старушка так и осела на своем стуле, откинувшись на спинку. Ей пришлось ухватиться за край стола, чтобы не упасть.

– Что, черт возьми, ты болтаешь?

– Представь себе, – подтвердила Глория. – Она вышла замуж за Слейда Гаррета.

Широкое, похожее на спелое яблоко лицо Бидди покраснело от негодования. Она сердито отвернулась и растерянно проговорила:

– Ханна вышла за одного из Гарретов? Это худшее, что она могла придумать.

– Это точно, – кивнула Глория. – Как она могла? Ведь именно его имя было на том обгоревшем клочке бумаги, который мы обнаружили здесь вместе с телами родителей. Наверное, он в сговоре с маминым семейством.

Бидди покачала седой головой:

– Все намного хуже, детка. Гораздо хуже, чем ты можешь себе представить.

Глория отложила письмо и со страхом взглянула на няню.

– Что ты хочешь этим сказать? Ханне не следовало выходить за него, если он имеет отношение к убийству. Она не должна была этого делать. Но она пишет, что безумно любит этого человека.