Дебора Майлc - Опальная герцогиня

Миранда вздохнула. Оказывается, даже у настоящей любви бывают сложности.

Софи, выглядевшая прелестно в белом муслиновом платье и с розовыми бутонами в волосах, встретила девушку у дверей и горячо пожала ей руку.

— Джек, — твердо проговорила она, глянув через плечо, — Миранда приехала.

Джек смущенно посмотрел в их сторону.

— О, да, миссис Фитцгиббон, я так рад, что вы смогли приехать. Боюсь, я мог…

— Ошибочно принять меня за другую?

Джек облегченно вздохнул.

— Да, именно так, я принял вас за другую. Как хорошо, что я ошибся.

Миранда улыбнулась.

Софи тоже улыбнулась с явным облегчением.

— Ну, вот, — весело заметила она, — теперь всем хорошо.

— Миссис Фитцгиббон, — сэр Маркус появился из-за спин сына и дочери и сжал руку девушку в своей сильной ладони. — Я рад вас видеть. Наш маленький праздник не удался бы без вас.

Миранда была чрезвычайно польщена оказанным ей вниманием.

— Вы очень добры, сэр.

— Сегодня у нас собрались только близкие знакомые, так что беспокоиться не о чем. Правда, Джек?

Джек переминался с ноги на ногу.

— Да, отец.

— Мы здесь все друзья. Джек кивнул.

Правильно, отец, отлично сказано, — Джек перевел смущенный взгляд на одного из этих друзей, и Миранда последовала его примеру.

Сердце девушки наполнилось радостью, и ей показалось, что она парит над землей. Лео стоял у окна и разговаривал с сестрами Маккей. Он не поднял головы, но его губы изогнулись в улыбке. Миранда была уверена, что он почувствовал ее присутствие, так же как она почувствовала его.

Они договорились пока держать все в секрете. Не потому, что Лео боялся негативной реакции Тины, а потому, что их счастье было еще слишком молодым и хрупким. Они хотели как можно дольше наслаждаться им только вдвоем.

Тина, на которой было платье светлого лимонного оттенка, сшитое лондонской портнихой, присоединилась к ним. Тина явно волновалась перед встречей, но Миранда успокоила ее.

— Я не виню тебя за то, что ты сказала ему правду. Если честно, я тебе благодарна. Если бы не ты, мы бы до сих пор дулись друг на друга.

— А вы помирились? — спросила Тина, вопросительно изогнув бровь. — В последнее время мой брат пребывал в столь скверном расположении духа, что я глазам своим не поверила, когда днем он вернулся домой с таким видом, словно его лошади выиграли скачки в Дерби.

Миранда рассмеялась.

У Тины взметнулась вверх вторая бровь.

— Если я правильно поняла, то вас обоих можно поздравить. Только мне, видимо, пока не положено ничего знать.

— Он не… то есть… ну, в общем, да. Еще слишком рано.

Тина поддержала подругу.

— Не беспокойся, я никому не скажу. И, знаешь, Миранда, он обязательно сделает тебе предложение. Я так рада, что вы решили свои проблемы.

— Ты, наверное, скучаешь по своей семье?

— Да, но я не была бы счастлива, если бы мой брат страдал. Люди считают, что он должен быть счастлив только от того, что он герцог, но это не так. Когда умер отец и Лео возложил на себя обязанности главы семьи, ему пришлось отказаться от личных привязанностей. Из страстного мальчика, каким он был, Лео превратился в холодного мужчину. Теперь я понимаю, что только так он смог выполнить свой долг. Но сейчас настало время ему подумать о себе. О, Миранда, Лео заслужил счастье. Вы оба заслужили.

Миранда не успела как следует осознать слова Тины, которые прозвучали как благословение, потому что Софи, на минуту улизнув от обязанностей хозяйки дома, подбежала к ней. Наклонившись к подруге, девушка зашептала ей на ухо:

— Знаете, мистер Хармон уехал. Джек говорит, что он не осмелится вернуться. Мне было бы неприятно его видеть, но, если честно, когда я вспомнила, через какие неприятности я прошла по его милости, пережила все во второй раз, я поняла, что все это в прошлом. Я поговорила с отцом, и он согласился отвезти меня на следующий сезон в Лондон.

Миранда обернулась и посмотрела на подругу.

— О, замечательные новости, Софи. Вы такая хорошенькая, такая умная, что было бы преступлением прятать вас в глуши.

Зеленые глаза Софи засверкали, и на несколько минут девушки занялись обсуждением Лондона и столичных развлечений.

— Вы, конечно, тоже должны поехать со мной, — с решительным видом проговорила Софи. — Вы еще слишком молоды для вдовства.

— О, нет, Софи, вы очень добры, но…

Софи бросила нетерпеливый взгляд в сторону окна, возле которого стояли Лео и сестры Маккей. Первый явно был пленником последних, судя по тому, как они вцепились в него затянутыми в перчатки руками.

— Я так надеялась, что вы с Лео полюбите друг друга, — мечтательно проговорила она. — Вы прекрасно смотритесь вместе. Джек говорил, что между вами что-то есть.

Миранда недоуменно воззрилась на подругу.

— Джек так сказал?

— Джек! — крикнула Софи. Ее брат подошел к дамам, причем голову он держал под неестественным углом из-за того, что его высокий воротник было слишком сильно накрахмален. — Ты говорил мне, что между Лео и Мирандой что-то есть, не так ли?

Джек потянул манжеты, смутившись от прямого вопроса сестры.

— Говори тише, старушка. Лео может услышать.

Я сказал, что мне так только кажется. С тех пор, как миссис Фитцгиббон приехала в Лондон, он стал сам не свой, он как безумец носился по дому. Я никогда не видел его таким. Он влюбился по уши. Но я здесь ни при чем, Софи. Если честно, было бы здорово, если бы ты и он… ну, очень было бы удобно. Софи хмыкнула.

— Ты глупец, Джек. Мы с Лео не подходим друг другу. Он для меня слишком высокомерный, А я для него слишком суетливая. Найди себе жену, может, тогда ты перестанешь играть роль сводни.

На Джека, похоже, этот совет произвел сильное впечатление.

— А это мысль! И мне кажется, что я знаю одну такую девушку! Милая штучка. Голубые глаза, каштановые волосы, сладкая улыбка. Забыл только ее имя, но потом обязательно вспомню.

— «Одну такую девушку» для чего, Джек?

При звуках этого ровного глубокого голоса повисла неловкая пауза. Джек взглянул на друга, и на его лице появилась жалкая улыбочка, а Софи ретировалась под предлогом того, что у нее много дел. Миранда тепло встретила вопрошающий взгляд Лео, с удовольствием отметив про себя, что такой мужчина сходит с ума от любви к ней.

Лео, как обычно, являл собой воплощение элегантности, чувствуя себя в Оук-Хаусе как дома. На фоне Джека его отменный вкус еще сильнее бросался в глаза, и герцог держался со спокойным достоинством. И все же — при этой мысли сердце Миранды наполнилось нежностью — с ней он вел себя, как пылкий юноша в пору первой любви.

— Софи советует мне жениться, — без тени смущения заявил Джек. — Что ты об этом думаешь, Лео?