Эллен Марш - Очарованный принц

— Джемма, я… — начал было Коннор, поддавшись внезапному порыву.

— Тшшш, — перебила его она. — Ты весь промок и продрог. Иди сюда, погрейся у огня.

Он позволил подвести себя к камину за руку, как ребенка.

Джемма пододвинула стул, усадила на него Коннора и сняла с него сапоги, доверху забрызганные грязью. Затем она полностью раздела его и растерла горячими полотенцами, нагретыми у камина. Коннор сидел не шевелясь, с закрытыми глазами, безропотно позволяя девушке хлопотать вокруг него. Он лишь слегка вздрогнул, когда одев его в сухую чистую одежду и расчесав волосы, она нежно поцеловала его в губы. Затем Джемма подошла к очагу, где подогревались каша и чай для Коннора. Пока он ел, она не отрываясь смотрела на него.

Когда же на его щеках снова появился румянец, девушка с облегчением вздохнула и улыбнулась.

Коннор же, напротив, смотрел на нее нахмурившись.

— А где ваш собственный ужин? — требовательно спросил он.

— О, я не…

— Джемма, вы должны поесть, — перебил ее Коннор. — От вас остались кожа да кости. — С этими словами он привстал, чтобы достать для нее тарелку. Теперь Джемма ужинала под пристальным взглядом мужа. Она была так несказанно счастлива, что не переставала улыбаться ни на минуту. Забота о Конноре доставляла ей огромную радость и удовольствие. Но еще большую радость она испытывала от того, что он признал за ней право заботиться о нем.

Она взглянула на мужа и увидела, что он почти спит. Лицо его, расслабленное дремотой, выглядело совсем юным и беспомощным.

— Коннор, — Джемма встала и взяла Макджоувэна за руку. — Идемте, вам надо поспать.

Поднявшись, Коннор притянул девушку к себе и поцеловал ее. Но та отступила назад. Сейчас он нуждался в отдыхе больше, чем в ней.

— А где этот чертов пес? — спросил Макджоувэн, уже засыпая.

— Я заперла его в хлеву. — Джемма усмехнулась. — Думаю, вас не слишком обрадовало бы его присутствие.

Коннор улыбнулся в ответ.

— Вы так добры, — пробормотал он и через минуту погрузился в сон…

К утру дождь кончился, но дул холодный ветер, небо было затянуто тучами. Джемма поднялась рано и теперь готовила завтрак, ступая о комнате чуть слышно, чтобы не разбудить Коннора. «Он, должно быть, сильно устал, если спит так глубоко, что даже дневной свет ему не мешает», — подумала девушка. Пора прекратить эти изнурительные поездки в город. Но что она могла сделать? А что, если написать дяде и попросить выслать ее оставшиеся деньги? Может быть, тогда они будут в состоянии…

Джемма удивилась своим невероятным мыслям. Не так давно она скорее умерла бы, чем добровольно поделилась своими деньгами с Коннором. И вот теперь она мечтает о лучшей жизни для них двоих, купленной на ее собственные деньги! «Джемма, девочка, — обратилась она к себе в манере Макджоувэна, — в твоем сердце произошли разительные перемены».

С любовью вглядываясь в лицо спящего Коннора, Джемма осознала, что готова провести на этой заброшенной ферме остаток жизни — при условии, что он будет рядом.

— Оу! — вскрикнула она от неожиданности. Коннор без предупреждения схватил девушку за подол юбки, притянул к себе и уложил ее рядом.

— Я не заметила, когда ты проснулся, — переводя дух, прошептала Джемма.

Коннор лишь улыбнулся в ответ своей дьявольски привлекательной улыбкой и звучно поцеловал ее. От вчерашней усталости не осталось и следа: перед Джеммой был мужчина, который страстно желал ее. И она тотчас откликнулась на призыв. Обвив руками его шею, девушка тесно прижалась к теплому сильному телу Макджоувэна, позабыв и про щенка, запертого в хлеву, и про завтрак на огне.

Коннор не спеша раздел Джемму. Он обласкал и обцеловал ее всю, не пропустив ни одного дюйма. И нашел, что она стала еще желаннее, еще слаще за время их разлуки. У него перехватило дыхание, когда Джемма нежно начала возвращать ему любовные ласки. Они разговаривали на языке, понятном всем влюбленным языке нежнейших прикосновений, полувздохов, полушепотов…

— О Коннор, — выдохнула Джемма, растворяясь в объятиях Макджоувэна.

Он притянул ее к себе и обхватил руками соблазнительные упругие ягодицы. Она тотчас же почувствовала его требовательное, еле сдерживаемое желание. Какое-то мгновение они молча смотрели в глаза друг другу. Затем Коннор медленно вошел в нее и углубился в манящее пленительное тепло женской плоти. Джемма обхватила его ногами. И началось стремительное и упоительное восхождение к вершине наслаждения. Тела их сплелись и закружились в любовном танце, столь же древнем, как движение во вселенной.

Это пришло довольно быстро. Неожиданное и желанное, как всегда. И было подобно взрыву, вспыхнув в их сознании миллионами ослепительных искр и озарив ярким светом все их существо, наполняя каждую клеточку тела сладкой болью.

«Я люблю тебя», — подумал Коннор исступленно, склоняясь над содрогающейся в экстазе Джеммой.

Позже они молча лежали, совершенно изнемогшие от страсти. Лежать вот так, прижимая к груди притихшую Джемму и прислушиваясь к гулкому стуку ее сердца, доставляло Коннору не меньшее наслаждение, чем любовные ласки. «Я люблю тебя», — твердил Коннор про себя. Но произнести эти слова вслух так и не решился: мешал груз долгих сумбурных лет холостяцкой жизни и элементарный страх быть осмеянным. Как же его мучила эта хоть и объяснимая, но все же такая нелепая трусость!..

Его размышления прервал сильный треск. Коннор и Джемма чуть не подскочили от неожиданности. Оказалось, сгорел котелок, забытый на огне. Теперь уж тем более не до признаний.

— Ну вот, — произнесла Джемма в отчаянии. — Теперь нам не в чем кипятить воду и готовить еду.

— Не стоит беспокоиться, — с деланной бодростью ответил Коннор, все еще находясь под властью своих невеселых мыслей. — Я привез много разной кухонной утвари.

Джемма просияла.

— Правда?! И где же она?

Он невольно улыбнулся, видя ее явное восхищение.

— Осталась в повозке. Беги за ней. Ну-ка, кто быстрее?

Они стали одеваться.

— Это несправедливо! — жалобно воскликнула Джемма, не в силах справиться с множеством крючков на юбках. — Мог бы мне и помочь.

Но Коннор знал, что ему лучше держаться подальше от нее, иначе они никогда не выберутся из постели.

— Извини, но ты сама виновата. Вы, женщины, носите на себе столько лишних вещей и с таким неимоверным количеством застежек!..

— Да, но, между прочим, расстегивала их не я, — возразила девушка. Коннор усмехнулся.

— Увидимся на улице, — стоя в дверях, рассмеялся Коннор.

— Нечестно играешь, Макджоувэн, — упрекнула Джемма.

— Разве ты не знаешь, что я всегда так поступаю? — подчеркнуто зловредным тоном протянул Коннор и вышел.