Джо Гудмэн - Безбрежное чувство

— Что вас так смешит, мистер Смит? — осведомилась она, заметив веселый блеск его глаз.

— Я ранен в правую ногу, а не в правую руку. Вижу, это ускользнуло от вашего внимания.

Рука Рэй с полной ложкой бульона замерла на весу. Он просто невыносим! Тем временем Джерри забрал миску и, держа ее за ручку, принялся отхлебывать варево — бесшумно, мелкими глотками, время от времени ловко подхватывая губами гренки. Глаза его смеялись.

— Вот видите, — заметил он, когда миска наполовину опустела. — Все очень просто. А это можете взять, все равно на большее я пока не способен.

— Тогда закрывайте глаза и спите, — деловито сказала Рэй, отставляя поднос. — Вам еще далеко до полного выздоровления. Будьте благоразумны и примите опий, он поможет вам крепко уснуть.

Девушка собралась встать, но Джерри удержал ее — по несчастливой случайности, за то же запястье, которое накануне покрыл синяками. Рэй содрогнулась. Он отдернул руку. И зачем ему вздумалось к ней прикасаться? Ни одна благонравная юная леди не придет в восторг, если первый встречный схватит ее за руку.

— Прошу извинить, мисс Маклеллан. С моей стороны это была недопустимая вольность.

Теперь изумилась Рэй. Что за лицемер! Играет в джентльмена! И это после того, как прикасался к ней где только пожелает! Перед мысленным взором возникла картина, от которой груди тотчас налились и потяжелели.

— У меня болит запястье, мистер Смит.

В памяти Джерри мелькнуло смутное воспоминание.

— Позвольте взглянуть.

— Не вижу, почему бы…

— Позвольте взглянуть!

Ну вот, в этом он весь! Если уж что-то задумал, то непременно добьется!

— Будь по-вашему, — мрачно произнесла девушка. — Не понимаю, какое отношение это может иметь к вам.

Она закатала рукав блузки и почти сразу снова опустила. Но Джерри хватило и мимолетного взгляда.

— Это моих рук дело, верно? — спросил он сквозь зубы.

— Уверяю вас, все не так ужасно. К тому же, мистер Смит, если бы вы не впились мне в запястье, я насильно напоила бы вас опием.

— И все же, Рыжая, я предпочел бы, чтобы обошлось без синяков.

Рэй окаменела, глаза у нее расширились.

— Как… как вы меня назвали? — пролепетала она.

Джерри, однако, остался слеп и глух к ее очевидному замешательству, так как бичевал себя за обмолвку.

— Рыжая, — повторил он со вздохом и умолк в ожидании очередной нотации на тему хороших манер.

И она не заставила себя ждать.

— Откуда вы это взяли, скажите на милость? — спросила Рэй ледяным тоном. — Все зовут меня Рэй, а полное мое имя — Рахаб. Я бы не позволила так с собой фамильярничать никому, кроме родных, но им это просто не придет в голову.

Джерри подумал, что невзлюбил бы Рахаб Маклеллан с первого взгляда, если бы был ей представлен по всей форме, как того хотелось Эшли и Салему. Когда она была просто Рыжей, им не раз случалось вступать в перебранку, но ее тогдашний язык был живым, ярким и куда более предпочтительным, чем эти холодные отповеди. Сейчас она обращалась с ним как с существом низшего плана — каким-нибудь червяком, пригодным разве что на наживку.

— Ах, простите-извините! — буркнул он. — Я снова забылся. В самом деле, «Рыжая» вам нисколько не идет.

Идет, идет, еще как идет! Но вслух Рэй заметила тем же холодным, безличным тоном:

— Вот и хорошо, что вы это понимаете.

— Пожалуй, я все-таки приму опий.

Джерри поправил подушки и осторожно соскользнул по ним, стараясь не сдвинуть с ноги повязку. Укрылся он тоже сам, не дожидаясь помощи. Проглотив лекарство, отвернул лицо и закрыл глаза.

Пару минут Рэй смотрела на больного, потом передернула плечами, словно стряхивая наваждение, и бросилась вон, чтобы укрыться у себя в комнате.

Глава 13

Пока Рэй, ведя за руку Кортни, шла от конюшен к дому, холодный ветер ноября так и норовил растрепать волосы. Девочка без устали щебетала, умолкая только для того, чтобы извлечь несколько бессвязных нот из самодельной свирели, подаренной ей Джерри. С тех пор как ее ненаглядный папа и обожаемый дядя Ной вернулись с войны, девочка так и лучилась счастьем. Эшли с шутливой досадой говорила, что на стороне ее дочери больше настоящих мужчин, чем в войсках генерала Вашингтона. И в самом деле, маленькая шалунья умела найти доступ к любому мужскому сердцу.

— Нет, ты только посмотри, тетя Рэй, разве это не чудо! — Кортни подняла свирель, чтобы и Рэй могла полюбоваться на это выдающееся творение рук человеческих. — Я думаю, дядя Джерри играет даже лучше, чем старый Джейкоб.

— Не знаю, не знаю… — рассеянно ответила девушка. — Но свирель и правда превосходная.

«Дядя Джерри, это же надо! Только что не член семьи. Хочет втереться в доверие. Ох, Рэй, и как тебе не стыдно так думать!»

— А дядя Джерри сказал тебе, что эта дудочка называется свирель?

— Как птичка? — обрадовалась девочка.

— Нет, птичка — это свиристель. В отличие от нее твоя дудочка не заиграет сама.

— Ну так сыграй ты! — Кортни сунула свирель в руки Рэй.

— Я уже давным-давно не… а впрочем, почему бы и нет? Я же не собираюсь днями ходить с вытянутым лицом!

Девушка пару раз дунула в свирель, чтобы примериться, потом довольно ладно заиграла «Янки Дудл». Кортни аккомпанировала, с азартом хлопая в ладоши. Песенку пришлось повторить «на бис», и вот тут уже более громкие хлопки ладоней присоединились к аккомпанементу малышки. Рэй перестала играть и огляделась.

Джерри стоял у перил веранды. В охотничьих брюках и белой рубашке Салема и пиджаке Ноя он выглядел очень импозантно. Как бы ни хотелось продемонстрировать высокомерие, но Рэй упустила шанс, когда спрятала свирель за спину, словно ребенок, пойманный с печеньем, стянутым с противня у кухарки. К тому же Кортни, не замечая ее смущения, требовала продолжения концерта.

— В самом деле, мисс Маклеллан, сыграйте нам что-нибудь еще.

— Я играю только для детей, мистер Смит! — отрезала Рэй, возвращая девочке свирель. — Вы уже вышли из детского возраста. Кстати, почему вы не в доме? Вам еще рано стоять на холодном ветру.

Джерри оставил ее слова без внимания и обратился к Кортни:

— Тильда просила передать, что испекла пирог с твоим вензелем. Он еще совсем теплый, но если не поторопишься, до него доберутся другие.

Девочка бросилась в дом. Рэй хотела последовать за ней, но Джерри загородил дорогу.

— Нам нужно кое-что обсудить, Рыжая.

— Мы ведь с вами уже договорились, мистер Смит! В крайнем случае я для вас Рэй, — отчеканила она, вскидывая подбородок. — Я готова списать вашу забывчивость на подорванное здоровье, но должны же вы когда-нибудь…

— Не трать порох, Рыжая, — перебил Джерри, намеренно подчеркнув прозвище. — Тот, кто забывает и вспоминает по собственному усмотрению, не имеет права придираться к другим.