Андреа Кейн - Кража

— Но это ведь не значит, что вы перестанете мне позировать? — В глазах Сардо промелькнуло беспокойство.

— Разумеется, нет. Мы просто на время сменим адрес, но наше с вами творческое сотрудничество продолжится. — Ноэль подошла к Андре и легонько дотронулась до его руки. — Вам понравится гостиная в нашем городском доме. Это солнечная и уютная комната, намного уютнее, этой. Уверена, что она еще больше вдохновит вас.

Он схватил ее руку и поднес к губам.

— Если в ней будете вы, уверен, что она мне понравится.

— Андре, я знаю, вы ужасно заняты, и, право, Господу Богу известно, как меня утомляют бесконечные приемы, но, когда я окажусь в Лондоне, мы, возможно, сможем выбраться с вами в галерею Франко, и вы покажете мне ее поподробнее. Я была там только раз, и у меня едва хватило времени бросить беглый взгляд на картины. Мне бы хотелось иметь гида, не говоря уже о возможности увидеть ваши творения.

— Cherie, я буду счастлив сопровождать вас куда угодно и в любое время.

— Значит, мы сможем пойти в галерею? — спросила она.

— Как только вы переедете в город. — Губы Сардо коснулись прелестной шейки Ноэль. — А потом мы сможем отправить Грейс с каким-нибудь поручением и останемся одни. — Он поднял голову и заглянул ей в глаза: — Вас это смущает, шокирует?

Ноэль облизнула губы кончиком языка.

— Шокирует? Нет. Но… Я не думаю… — Она не смогла закончить фразы, потому что Сардо закрыл ее рот поцелуем, столь настойчивым, что стало ясно: это только прелюдия к чему-то более серьезному.

Кровь прилила к голове Эшфорда, находившегося в укромном уголке. Он был вне себя от ярости. Ему потребовалась вся его воля, чтобы сдержаться и не ринуться на Сардо.

— Андре, перестаньте! — Ноэль отшатнулась от него. Сардо самодовольно усмехнулся, На губах его заиграла улыбка опытного человека, знающего цену женщинам и умеющего понимать их с полуслова. Он знал, что в их устах слово «нет» часто означало «да».

— Я вас смутил. Простите меня. — Он поднес ее локон к лицу и вдохнул аромат ее волос. — Меня опьяняет в вас все — ваша красота, ваша невинность.

— Я не испугалась, — возразила она, высвобождая пряди волос. — Я просто удивлена.

— Не удивляйтесь. — Он гладил ее затылок и шею. — Мы не станем спешить. Мы будем неторопливы настолько, насколько вы пожелаете. Только скажите мне, чего вы хотите, и я всегда буду к вашим услугам.

— Я не могу сосредоточиться, когда вы говорите такие вещи. — Ноэль отступила от него на шаг. — Пожалуйста, Андре. На сегодня довольно.

— Конечно… — Взгляд, который он бросил на нее, был нежным и понимающим, он не сделал больше попытки прикоснуться к ней. — У меня есть предложение. Сегодня у вас много дел — вам надо упаковывать вещи, готовиться к отъезду. Пожалуй, мне пора оставить вас. Думайте обо мне больше и чаще…

— . Я думаю о вас, Андре. Я думаю о вас постоянно и гораздо больше, чем вы можете себе представить.

Улыбка, которой он ответил ей, была почти счастливой.

— Это поможет мне просуществовать несколько дней без вас. Тогда я узнаю, насколько это соответствует истине. Мы оба узнаем это, как только вы доберетесь до Лондона.

Сардо еще не успел выехать из Фаррингтон-Мэнор, когда Эшфорд вышел из своего укрытия и приблизился к Ноэль.

— Не знаю, кого мне следует убить в первую очередь — . тебя или эту похотливую гадину, — процедил он сквозь зубы, испепеляя ее взглядом. — О чем ты, черт возьми, думала, когда кокетничала с этим мерзавцем и предложила ему повести тебя в галерею Франко?

— Честно говоря, Эшфорд, для человека, клятвенно заверявшего меня, что никогда не теряет власти над своими чувствами, ты ведешь себя странно — ревешь как раненый зверь каждый раз, когда Андре приближается ко мне.

— Приближается? Приближается к тебе?! И это ты называешь «приближаться»?! Да он впился в твои губы так, будто хотел проглотить тебя заживо.

— Не беспокойся. Ты целуешься гораздо лучше, чем он. — На ее губах заиграла озорная улыбка,

— Не испытывай меня, Ноэль, не дразни меня! — Глаза Эшфорда зло прищурились.

— Я учту это, — вздохнула она. — А прогуляться но галерее я предложила потому, что хочу выяснить, какие еще художники пишут картины для Бариччи. Андре не захотел говорить об этом, когда я спросила его напрямик. Пришлось прибегнуть к хитрости. Представь, — она даже хлопнула в ладоши от радостного предвкушения, — я прогуливаюсь по галерее, восторженно разглядывая творения Андре и восхищаясь ею гениальностью. Потом вскользь выбраню бездарные картины какого-нибудь другого художника, имени которого, разумеется, не знаю! Он не выдержит и назовет имена «бездарен». Я сообщу о них тебе, и ты наведешь о них справки. Кто знает, возможно, кое-кто из них преподносит мистеру Бариччи не только свои картины.

— Я уже навел справки о других художниках, чьи работы прошли через галерею Бариччи. — сообщил ей Эшфорд. — По крайней мере, о тех, подписи которых можно было прочесть на картинах… В прошлом году таких было шесть или восемь человек. Остальные неизвестны — подписи на них либо отсутствовали, либо были нацарапаны где-нибудь в углу и их скрывала рама.

— Опиши мне эти работы и скажи, где они висят. На них я обрушусь…

— Лучше ты сосредоточься на горничной леди Мэннеринг. А галереей займусь я.

— Но ты не смог справиться с делами в галерее. Не можешь найти способа получить сведения, которые нам нужны. Может быть, решишь, что на этот вопрос тебе ответит мистер Уильяме?

Эшфорд стиснул зубы, и на щеках его обозначились желваки:

— Нет, у мистера Уильямса я этого спрашивать не стану. Но если ты воображаешь, что он преисполнится доверия к тебе и не станет следить за каждым твоим шагом, за каждым движением, то весьма ошибаешься.

— Ладно, ладно, — поторопилась успокоить его Ноэль, испугавшись его реакции. — Я буду осторожна с Андре. Что же касается мнимой опасности, испугавшей тебя, то я ведь буду там днем, когда в галерее полно посетителей. К тому же не забывай, что с нами будет Грейс.

— А потом?

— Мы с Грейс отправимся прямо домой. Если, конечно, — Ноэль бросила на него лукавый взгляд, — ты не захочешь встретиться со мной на какой-нибудь частной квартире, на что намекал Андре. Я могла бы тогда убедить Грейс уехать, а сама бы . задержалась. Но ее попытка смягчить Эшфорда не увенчалась успехом. С мрачным видом он потирал затылок. — Нет, этот способ не годится. — Эшфорд становился все мрачнее. — Если ты решишься отправиться в галерею, я последую за тобой. И не беспокойся, что меня заметят, — добавил он, отметая все возможные возражения движением руки. — Я буду держаться на расстоянии.

— Хорошо, но сделай так, чтобы Андре не увидел тебя.