Джейн Арчер - Атлас и серебро

– И мне тоже это не нравится, – согласился Роже. – И что, все эти пакости начались разом?

– Да, – подтвердил Шустрый Эд. – Как только Том стал управляющим. Видимо, кто-то смекнул, что с его помощью рудник быстро начнет приносить доход, и немалый.

– Ну что ж, тем более нельзя позволить, чтобы нас выжили оттуда! – решительно заявил Роже.

Шустрый Эд взглянул на Шенандоа, не пропустившую из разговора ни одного слова. Потом сказал:

– Нужно выяснить, кто стоит за этим, и схватить его с поличным, Роже. И здесь можем помочь мы с Шенандоа. Карты любят все, и наверняка кое-кто располагает нужной для нас информацией.

– Я бы не хотел впутывать вас в эту историю и подвергать ненужному риску. Ведь проблема скорее моя, чем ваша, – возразил Роже, не сводя глаз с Шенандоа.

– Но ведь мы – партнеры, – напомнил Шустрый Эд. – А значит, твои проблемы касаются и меня.

– И я с радостью помогу, как сумею, – поспешно вставила Шенандоа. – Роже, вспомни «Эль-Торо-Роджио». Ты знаешь, что я могу за себя постоять.

– Здесь совсем другое дело.

– Неправда. Я...

– Я не желаю подвергать тебя опасности! – воскликнул Роган и тут же замялся, опасаясь, что присутствующие догадаются об их с Шенандоа истинных отношениях.

– Осторожность никому не повредит, – сказал Том, – однако мы должны положить этому конец, прежде чем случится что-то серьезное.

– А как у нас со временем? Сколько еще осталось до залежей самой богатой руды? – поинтересовался Роже.

– Даже если учитывать всякие непредвиденные мелочи, мы все равно вот-вот докопаемся до нее. Роже, в этом руднике прорва серебра, но чтобы добыть его, потребуется еще немало пота. И времени тоже.

– Знаю, – откликнулся Роже. Не в силах усидеть на месте, он встал и подошел к окну. – К сожалению, именно времени у меня и нет.

– Если тебя еще что-то беспокоит, можешь посоветоваться с нами, – предложил Шустрый Эд. – Четыре головы лучше, чем одна.

– Да нет, спасибо, – отмахнулся Роже и снова повернулся к окну. – Ведь это мое личное дело, в котором вы мне не помощники. В общем, ясно одно: лучшее, что мы можем сделать, – это поскорее навести порядок на «Серебряной звезде». Шустрый Эд, вы с Шенандоа будете собирать новости в казино. В городе у меня есть кое-кто из старых приятелей, – может, они что-то знают. Ну а ты, Том, больше всего пользы принесешь в шахте.

– Ты нынче заночуешь в городе? – спросил управляющий.

– Да, – покосившись на Шенандоа, ответил Роже. – Но на рудник приеду с самого утра. Шенандоа, ты не хочешь прокатиться со мной и посмотреть «Серебряную звезду»?

Она замялась, но тотчас же заметила, как помрачнел его взгляд. Поэтому сказала:

– Да, с удовольствием. Дядя Эд, как ты думаешь, можно будет оставить Арабеллу одну?

– Ей предстоит провести одной в своей комнате всю ночь, не думаю, что еще несколько часов одиночества изменят дело. К тому же я собираюсь остаться в городе, да и Кейт за ней присмотрит.

– Отлично, значит, я могу прокатиться с тобой на рудник, Роже.

Он удовлетворенно кивнул и направился к двери. Внезапно обернулся:

– Пойдем со мной, Том, у нас еще остались дела. – И добавил, многозначительно глядя на Шенандоа: – До завтра.

Когда они ушли, Шустрый Эд промочил горло пивом и сказал:

– Роже – хороший парень, Шенандоа. Мне он очень нравится. И хотя не все у него в жизни гладко, он выкарабкается.

– Надеюсь. Знаешь, если бы не он, я ни за что не спасла бы Арабеллу.

– Я рад, что он оказался рядом с тобой. В жизни трудно пробиваться одному, но подчас еще труднее делить свою жизнь с другим. Теперь я знаю, как много потерял, позволяя оставлять себя тем женщинам, которых любил. Не советую повторять мои ошибки.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Человек может оказаться одиноким, даже находясь в толпе. Просто помни: если встретишь настоящего человека, в которого можно верить, – ни за что не позволяй ему уйти.

– Ну, ЯЛ.

– Я вовсе не жду от тебя ответа. Достаточно и того, чтобы ты не забывала мои слова. В противном случае жизнь может пролететь впустую – и сама не заметишь как. И не вздумай считать, что привязана ко мне навсегда.

– Но, дядя Эд...

– Лучше послушай. Ты уже взрослая женщина. И может настать момент, когда захочется изменить свою жизнь, обзавестись семьей и домом.

– Дядя Эд, но ведь я – игрок, и не из последних!

– Верно, игрок. И мне хотелось бы верить, что ты сумеешь о себе позаботиться. После войны нам предоставили не слишком-то богатый-выбор. Кругом царили нищета и разруха. Работы не было. И, судя по всему, не предвиделась. Все деньги, что печатала Конфедерация, превратились в пустые бумажки. Словом, я веду речь к тому, Шенандоа, что ты вольна выбрать свой путь и вовсе не обязана всю жизнь просидеть за зеленым сукном.

– Я все поняла, дядя Эд, просто слишком непривычно слышать от тебя такое.

– Может, это – предчувствие смерти. Может, только сейчас я понял, что ты стала взрослой. И я хочу повторить еще раз: ты вольна сама выбирать дорогу в жизни. Слушайся своего сердца, Шенандоа, и никогда не пожалеешь.

– Постараюсь.

– Ну, довольно стариковского скрипа! Расскажи лучше про Арабеллу. Мне не нравится ее настроение. – Отставив в сторону бутылку, Девис надолго закашлялся, прикрыв рот черным шелковым платком.

– Дядя Эд, ты не болен?

Он снова прокашлялся. Наконец ответил:

– Разреженный горный воздух не пошел мне на пользу.

– Я тоже обратила внимание на то, как тяжело здесь дышится – особенно сразу после приезда.

– Ну, ты позабудешь об этом уже через неделю-другую. А мои легкие барахлят еще со времен войны, и до сих пор нет улучшения. Когда «Серебряная звезда» начнет приносить постоянный доход, я перееду отсюда на юг, куда-нибудь в Нью-Мексико, где потеплее и посуше. Скажем, в Силвер-Сити.

– Не лучше ли сделать это сейчас?

– Роже – мой партнер, и ему нужна помощь. Я уже проторчал здесь достаточно долго и не собираюсь сдаваться перед самым концом. Да и не так уж мне плохо – просто временами не хватает воздуха. Скорее всего я становлюсь стариком – только и всего.

– А вот такие речи мне совсем не нравятся. Никакой ты не старик. Просто забрался слишком высоко в горы.

– Я еще поправлюсь, – кивнул Шустрый Эд. – Лучше давай вернемся к Арабелле. Она меня очень беспокоит.

– Она действительно не совсем здорова, и я ума не приложу, как ей помочь. Мы освободили ее, а она проклинает нас за то, что привезли ее сюда и убили негодяев, которые ее похитили.

– Брайтонов?

– Ну да. У нас не было выбора. Или мы, или они – иначе нас не оставили бы в живых.

– Ты правильно поступила. Ты освободила свою сестру.