Сабрина Джеффрис - Шалун в ее постели

У Аннабел перехватило дыхание. Такого вопроса она никак не ожидала. «Странно, что он нашел именно такое объяснение произошедшему», — подумала она. Но ее это вполне устраивало, и, решив укрепить Джаррета в этой мысли, Аннабел проговорила:

— Если честно, то в основном из-за этого. Ведь вы сами, наверное, понимаете, что у себя дома…

— Не беспокойся, дорогая, — перебил Джаррет. — Я не из тех, кто способен принуждать женщин.

— Да, разумеется. Я так и не считала.

Он взглянул на нее пристально.

— Не считала так даже тогда, когда я предложил ту ставку?

— Меня ведь никто не принуждал ее принимать. Я могла и отказаться.

— Я очень на это надеялся, — пробормотал Джаррет со вздохом.

Аннабел невольно улыбнулась:

— Я знаю, что надеялся.

О Боже, каждый раз, когда этот мужчина находился рядом, она ужасно сожалела, что все в ее жизни так сложилось… Но уже ничего нельзя было исправить — ведь у нее был Джорди, и она в первую очередь должна была думать именно о нем.

— Аннабел, я….

— Вот мы и пришли! — объявила она, изобразив радостную улыбку, хотя ей в этот момент гораздо больше хотелось заплакать.

Они вошли на пивоварню и знакомый запах хмеля и солода, сразу же ударивший в нос как ни странно, успокоил ее, а впрочем, ничего странного. Ведь она всегда успокаивалась, когда оказывалась на пивоварне. Здесь она чувствовала себя как рыба в воде.

И здесь могла быть самой собой.

Мистер Уолтерс, сидевший в своем небольшом кабинете, увидел ее в окно и вышел ей навстречу с приветливой улыбкой. Аннабел представила ему Джаррета и объяснила цель его приезда. К счастью, мистер Уолтерс с самого начала одобрял ее замысел, так что в этом отношении все было в порядке.

— А теперь, — подытожила Аннабел, — я оставляю вас вдвоем, чтобы вы могли лучше познакомиться друг с другом.

— Минутку, мисс Лейк, — остановил ее Джаррет. — А вы куда?

— Как это куда? — проговорила она с удивлением в голосе. — Ведь кто-то должен находиться с Хью, пока Сисси будет забирать у матери детей. Но не беспокойтесь, мы увидимся сегодня вечером за ужином, — добавила Аннабел с улыбкой.

Не давая ему возможности возразить, она быстро направилась к выходу. На улице пошла еще быстрее. На то, чтобы уговорить Хью одобрить ее план, у них с Сисси оставалось всего лишь несколько часов.

Едва переступив порог дома, Аннабел услышала громкие голоса. Проклятие, Хью уже проснулся! И он был сильно не в духе.

Они с Сисси в кабинете о чем-то спорили. Слава Богу, что детей сейчас не было дома, так как Хью, судя по всему, совсем разбушевался.

Брат метался по кабинету в халате и яростно жестикулировал. Его изрядно поредевшие каштановые волосы торчали в разные стороны, а на щеках была щетина двухдневной давности. Сейчас он больше походил на какого-нибудь неотесанного грубияна-поденщика, чем на деликатного и весьма образованного человека, которого Аннабел знала и любила.

Увидев сестру, Хью Лейк тотчас же закричал:

— Это все твои проделки, да?! Не могу поверить, что вы за моей спиной отправились в Лондон, чтобы вести переговоры с семейством Пламтри! Вы ведь говорили, что вам нужно в Лондон из-за Джорди, чтобы подыскать ему место в хорошей школе…

— У нас нет средств на хорошую школу, — перебила Аннабел. — Разве ты не понимаешь? Во всяком случае, сейчас нет. И наверняка не будет, если ситуация не исправится.

При этих ее словах брат в смущении отвел глаза и, плюхнувшись в кресло, уронил на руки голову.

— Я знаю, знаю, Анни, — пробормотал он, вздыхая. — Знаю, что пивоварня не приносит должного дохода. Увы, я не оправдал надежд семьи…

— Я вовсе не это хотела сказать! — воскликнула Аннабел. Так всегда заканчивался любой серьезный разговор с Хью. Он жаловался на свою неспособность содержать семью и обещал исправиться. Но после его обещаний ничего не менялось. — Я просто хотела сказать, что нам давно пора что-то предпринять, чтобы изменить ситуацию и преодолеть наши временные трудности.

Подняв голову, Хью взглянул на нее и в растерянности пробормотал:

— И ты сама взялась за это?..

— Ты не оставил мне выбора, — ответила Аннабел. — Не беспокойся, я нашла выход из положения. — Приблизившись к брату, она положила руку ему на плечо. — Ты и сам можешь догадаться, что это за выход. Разве не ты твердил о нем на протяжении многих месяцев? «Если бы мы только могли прорваться на индийский рынок, торговля с Индией дала бы нам толчок», — вот как ты говорил. Это же твои собственные слова, это твой план.

— Глупый план, — пробурчал Хью.

— Нет, не глупый. Замечательный план. Я только его чуть-чуть… подтолкнула.

— Заключив договор с дьяволом из лордов…

— Никакой он не дьявол, — Возразила Аннабел. — И сделку мы еще не заключили. — Может, брат узнал о ставке в таверне? Аннабел украдкой взглянула на Сисси, но та, словно прочитав ее мысли, тут же покачала головой. Слава Богу. — Видишь ли, Хью, лорд Джаррет Пламтри готов помочь нам договориться с магнатами из Ост-Индской компании. Он очень толковый пивовар и хорошо разбирается в нашем деле.

— А я слышал как раз обратное, — возразил Хью.

— Ты не то слышал. Его бабушка доверяет ему настолько, что поручила управление своей пивоварней. — Аннабел взяла брата за руки. — А я доверяю тебе, Хью, и верю, что ты с этим справишься. Если бы ты только мог… — Она умолкла, спохватившись, но было слишком поздно.

— Ну, давай продолжай! — Его глаза потемнели от гнева. — Скажи это! Если бы я был больше похож на отца, да?

— Нет-нет, я вовсе не это собиралась сказать. — Аннабел готова была проклинать отца за то, что он сделал Хью таким.

— А что же еще? — Высвободив свои руки, он резко поднялся на ноги и снова принялся метаться по комнате. — Ты полагаешь, Анни, я не знаю, каким разочарованием был для отца? Я знаю, о чем вы думаете, ты и мистер Уолтерс. Думаете, что я ничтожество, что я не могу спасти пивоварню, потому что мне не хватает твердости для ведения дел с такими, как Басс и Оллсопп. И конечно же, с боссами из Ост-Индской компании.

Аннабел в изумлении уставилась на брата. Она не могла поверить, что у Хью сложилось о ней такое мнение. Думать так об отце он имел полное право, — но чтобы о ней?

— Хью, клянусь, я вовсе не…

— Избавь меня, Анни! Помолчи, пожалуйста! — Хью направился к графину с виски, стоявшему на столе. — Я читаю все в твоих глазах! Каждый раз, когда ты смотришь на меня, я вижу: тебя ужасно раздражает, что я не могу быть таким, как великий Алоизий Лейк…

— Ее раздражает то же, что раздражает и всех нас, отец, — раздался негромкий мальчишеский голос.