Джо Беверли - Нежный защитник

Он слегка нахмурился и положил свою теплую руку поверх ее — холодной, как лед. Это не подействовало — она показалась себе плененной рабыней и поспешила отдернуть руку. Он налил вина в бокал и подал его Имоджин.

— Выпей хотя бы.

Имоджин повиновалась. Ее смятение вырвалось наружу и привлекло его внимание — нежеланное, опасное внимание. Она постаралась сделать вид, что успокоилась и слушает менестрелей. Оказывается, двое из них были ее старыми знакомыми. Это была та самая пара, что встретилась ей по дороге в Клив.

От фальшивой улыбки у нее скоро заболели щеки. Она мечтала, чтобы этот мучительный фарс поскорее закончился — если забыть о том, что должно произойти ночью.

Похоже, среди сидящих в этом зале она одна не могла похвастаться хорошим настроением.

Остальные были только рады воздать должное доброй еде и отличному вину. Хорошо бы Фицроджер напился в стельку! Она стала следить за их общим бокалом, но он почти не прикасался к нему.

Наконец с едой было покончено, и на столах осталось только вино. Наверное, оно никогда не иссякнет.

И все это изобилие было доставлено сюда из Клива.

Фицроджер тронул ее за руку, чтобы привлечь внимание.

— По-моему, с этим пора кончать, — произнес он таким тоном, как будто мог предложить ей взамен сотню более интересных занятий. — Король милостиво предоставил нам хозяйскую спальню — ту, что когда-то принадлежала твоему отцу. Твоя служанка уже ждет тебя там. Не бойся. Свидетелей будет немного — только король и его приближенные. — Он скупо улыбнулся. — Полагаю, ты не испытываешь желания призвать отца Вулфгана, чтобы он благословил наше брачное ложе?

— Не смей над ним издеваться! — выпалила она, стараясь спрятать под гневной маской охватившую ее панику. — Он во всем прав! Похоть — это происки дьявола! По словам святого отца, новобрачным следует воздержаться от близости по меньшей мере трое суток: они должны убедиться, что полностью овладели своей слабой плотью.

К ее удивлению, он наклонился и поцеловал ей руку.

— Имоджин, все будет не так плохо, как тебе кажется. Я обещаю.

— Мне не будет больно? — прошептала она, по-детски надеясь, что случится чудо и он пообещает ей это.

— Тс-с… — Он прижал палец к ее губам. — Мы поговорим об этом позже. А теперь ступай наверх.

Глава 10

Имоджин осторожно встала. Ноги ее почти не болели. Скорее всего потому, что в эту минуту ее страшило совсем другое. Стоило ей направиться к лестнице, как за спиной послышались свист и глумливые выкрики, прервавшиеся как по команде. Она оглянулась, но Тайрон Фицроджер сидел на своем месте как ни в чем не бывало. Однако она не сомневалась, что ему было достаточно одного взгляда, чтобы заставить замолчать не только своих солдат, но и людей короля.

Просторная комната наверху больше не походила на отцовскую спальню. Имоджин знала, что Фицроджер занял ее в первый же день, но все равно не была готова к таким переменам. На месте привычных отцовских сундуков и гобеленов оказались вещи ее мужа. И хотя можно было не сомневаться, что это Уорбрик, а не Фицроджер разорил хозяйскую спальню, столь резкая смена обстановки подействовала на нее угнетающе.

Однако массивная кровать, принадлежавшая ее отцу, сохранилась в первозданном виде, только теперь она была усыпана лепестками роз. Марта уже ждала ее со счастливой улыбкой, как будто это был самый прекрасный день в ее жизни.

— Милости просим, миледи, и давайте готовиться! — пропела служанка.

Похоже, она не отставала от прочей челяди и успела вдоволь угоститься хозяйским вином. Имоджин и охнуть не успела, как ее раздели догола, а волосы расчесали так, что они легли на спину шелковистой волной. Несмотря на теплый вечер, ее била дрожь.

— Ай-ай-ай! — всполошилась Марта. — Упаси вас Бог простудиться! — Она заботливо укутала невесту в теплый халат из синей шерсти. — Вы пока подождите здесь, а я дам знать, когда все будет готово. Жаль, конечно, что нет никого из вашей родни на этой свадьбе, но вы не печальтесь, миледи. Вам достался хороший человек, и будете вы с ним жить — не тужить!

Имоджин задрожала еще сильнее.

Быстро, слишком быстро в комнате появились Фицроджер, король, Реналд и незнакомый ей рыцарь из королевской свиты.

— Лорд Джарролд, — представил его король, пока Фицроджер раздевался.

Несколько коротких минут — и вот он стоит перед Имоджин обнаженный. Она вовсе не собиралась на него смотреть, но ее глаза перестали ей подчиняться и уставились на его загорелое поджарое тело.

Она невольно удивилась тому, какое оно красивое, хотя вообще-то этого не должно было быть из-за множества глубоких шрамов. Однако они вовсе не уродовали Фицроджера, а придавали его облику дополнительную привлекательность. Широкий в плечах и узкий в бедрах, он весь состоял из тугих огромных мускулов, от которых невозможно было оторвать взгляд. Теперь было понятно, откуда бралась его невероятная сила при столь легкой фигуре.

Она встретилась с ним глазами и поняла, что он нарочно медлит, давая ей время разглядеть его и немного привыкнуть.

Она скромно потупилась, повторяя про себя, что вовсе не собиралась любоваться его достоинствами, а хотела оценить его стать как нанятого ею воина и защитника. В конце концов, разве не это заставило ее выйти замуж?

Послышался грубый хохот, и она испуганно вскинула взгляд. И неожиданно увидела, как безобидная мягкая плоть у него между ног ожила и начала наливаться кровью.

— Черт побери, твое тело своего не упустит! — благодушно заметил Генрих. — Оно и неудивительно, когда для него приготовили столь лакомый кусочек!

Марта одним движением сдернула с Имоджин халат. Невеста инстинктивно попыталась прикрыться руками.

— Совершенство! — восхитился король. — Ступайте в постель вы оба, и за дело! Мне нужно много солдат, чтобы защищать Англию!

Несмотря на то, что на кровати можно было спрятаться под одеялом, Марте пришлось силой уложить туда свою оцепеневшую хозяйку. Фицроджер мигом скользнул в постель с другого краю, накинул на них обоих одеяло и железной рукой пригвоздил Имоджин к матрасу.

Отпустив еще несколько скабрезных шуток, король, лорды и Марта наконец удалились.

Как только за ними закрылась дверь, Фицроджер убрал руку с ее талии.

Она не пыталась бежать. Ей некуда было деться, да и терзавшие ее страхи скорее всего были надуманными. Изо всех сил стараясь совладать с ними и не устраивать безобразную сцену, Имоджин затаилась, лежа на спине с широко разведенными ногами и крепко зажмурив глаза.

Ничего не произошло. Не выдержав ожидания, она чуть-чуть приоткрыла глаза и обнаружила, что он неподвижно лежит на боку, подперев голову ладонью, и смотрит на нее.