Эллен Марш - Загадочный супруг

Она быстро взглянула на него:

– Да, правда?

Вместо ответа он повернул ее к себе и взял et лицо в руки. Ее кожа была шелковистой, как лепестки розы.

– Людовик был очарован, и принц де Субизе тоже. Каждый мужчина был в восторге от вас сегодня. Вы всех их заворожили своей юностью, красотой и живостью.

– А вас? – робко спросила она. – Другие ее не интересовали. Выражение его красивого лица смягчилось. Таунсенд затаила дыхание. Она никогда не видела его таким нежным прежде.– Останьтесь со мной сегодня, – прошептала она, не обращая внимания на ливрейных лакеев перед дверью рядом.

– Конечно, – сказал он хрипло. – Неужели вы думаете, я вас покину?

Таунсенд вздохнула и закрыла глаза, и тотчас почувствовала рот Яна около своих губ. Он поднял голову нескоро.

– Пойдемте, – прошептал он. Голос его вызвал дрожь восторга во всем ее теле. Взяв под руку, он увел ее.

12

Эмиль откашлялся, стоя в дверях. Ян поднял на него глаза, гусиное перо застыло над письмом, которое он писал, сидя за столом.

– Что такое?

– Я должен поговорить с Вами наедине.

Нахмурившись, Ян отложил перо. Таунсенд спала, ее волосы рассыпались по подушке и горели золотом в свете утреннего солнца. Поднявшись, Ян сделал знак Эмилю пройти в другую комнату, гостиную, обитую темно-синим шелком, где он принимал посетителей, которых неудобно было приглашать в свое святилище – спальню.

– Что такое? И где, черт возьми, ты пропадал весь день вчера? На тебя это не похоже – отлучаться, ничего мне не сказав.

– Я был в Шампани, – ответил Эмиль. – Хотел повидаться там с друзьями. Задать им вопросы об этом человеке.

– Каком человеке?

– Анри Сен-Альбане. – Хотя Эмиль редко проявлял свои эмоции, сегодня он явно выглядел самодовольным. Вот поэтому я решился побеспокоить вас так рано. Дело в том, что я нашел его, и у меня есть доказательства, что это он.

Они помолчали. В соседнем салоне одна из горничных, убираясь, тихонько напевала. Внизу, в Королевском дворце, рота королевских гвардейцев верхом разъезжалась по утренним постам. Ян повернулся и молча подошел к изысканному шкафу из вяза. Вернувшись с двумя рюмками коньяка, он подал одну Эмилю. Ни один из них не счел странным тот факт, что герцог обслуживает своего слугу. Усевшись, Ян положил длинные ноги на оттоманку с золотыми кистями.

– Рассказывай, – приказал он.

– Особенно и рассказывать-то нечего. Его лицо показалось мне знакомым, когда я увидел его во дворе возле конюшни в то утро. Когда вы уехали в Париж, я думал и думал об этом часами, пока, наконец, не вспомнил, где я его видел прежде. И я сказал себе – не может быть! После девяти лет поисков, он так просто, ничего не подозревая, входит в наши жизни?

– Что ты имеешь в виду? – голос Яна прозвучал резко. – Не хочешь ли ты сказать, что Анри Сен-Альбан на самом деле Анри Бенуа?

Эмиль нервно кивнул.

– Говоришь, у тебя есть доказательство?

– О да. Понимаете, он получил это имя, женившись на богатой вдове из города Оверн, где мой близкий друг жил много лет. Мы не могли найти его, казалось, он исчез, растворился в воздухе, и Анри Бенуа больше не существует. Но зато есть Анри Сен-Альбан.

Ян задумался.

– Ты уверен? На твоего друга можно положиться?

Эмиль кивнул.

– После того как вдова дала ему под зад, он прожил несколько лет на юге, пока не встретился с Филиппом Орлеанским и его малопочтенной компанией. Так он очутился здесь, в Версале, а Филипп представил его королю.

– Да, – медленно произнес Ян, – Ну и ну. – Не было необходимости дальше задавать вопросы, достаточно было слова Эмиля.

– Что же нам делать?

– Делать? – Ян взглянул на него и вдруг улыбнулся. Это была волчья улыбка, никогда не появлявшаяся на его лице в присутствии Таунсенд. – Ну, мы должны сейчас же поехать в Париж и предупредить Филиппа относительно его новоприобретенного друга. Без сомнения, он придет в ужас, узнав, что Анри Сен-Альбан – мошенник и убийца. При существующих обстоятельствах он не может позволить себе быть прилюдно связанным с таким человеком.

– Я думаю, да.

– Ты, кажется, разочарован. Ты ожидал, что я скажу тебе – давай сейчас же поедем и убьем его.

– Что-то в этом роде.

– Хладнокровно убить? Нет, нет, Эмиль. Что с твоим чувством долга? В качестве друга Филиппа я считаю своим долгом указать ему на то, как решительно будет возражать его кузен против компании, с которой он общается.

Взгляд Эмиля просветлел.

– А! так как герцог Орлеанский уже находится в оппозиции к королю, он не может позволить себе еще раз разгневать его.

– Правильно, Эмиль.

– Тогда, наверное, мы должны взять на себя ответственность за предотвращение скандала, за то, чтобы сохранить в чистоте имя Бурбонов. Мы предложим герцогу Орлеанскому убить Анри для него.

Ян сделал маленький глоток.

– Прекрасное предложение, Эмиль. – Глаза лакея засверкали от удовольствия.

– Тогда я сейчас иду укладывать ваши вещи. Э... эта женщина в вашей кровати – что делать с ней?

– Моя жена, – ответил раздраженно Ян, – конечно, вольна оставаться здесь до своего пробуждения. Я напишу ей записку.

Эмиль удалился, поклонившись, а Ян медленно вернулся в спальню, где все еще спала Таунсенд. С минуту он смотрел на нее, представляя себе ее обнаженной под простынями и сознавая, как он хочет ее. Он лишь позволил себе удовольствие представить, что произошло бы, если бы он опустился на кровать рядом с ней и разбудил ее поцелуем. Он пришел в возбужденное состояние, когда припомнил, какой пылкой она была прошлой ночью, поднимая его на невероятные высоты страсти каждой лаской своих маленьких ищущих рук, ее сладкие поцелуи и свои собственные сокрушительные оргазмы.

Дверь соседней комнаты тихо хлопнула, и Ян резко выпрямился. Господи Боже мой, он не имеет права стоять здесь, испытывая вожделение к своей жене, пока Эмиль упаковывает их вещи для поездки в Париж на непредвиденную встречу с несколько слабоумным кузеном Людовика. Он, как и Эмиль, готовился к этому моменту годами, и результат этой встречи был, конечно, гораздо важнее для него, чем любые быстротечные удовольствия, получаемые от жены.

Выражение лица Яна было мрачным, когда он подошел к столу и взял лист бумаги. Ян подозревал, хотя и не мог бы доказать, что Филипп претендует на французский престол, а поэтому он не мог позволить себе, чтобы его имя открыто связывали с именем человека, известного здесь в Версале как шевалье Анри Сен-Альбан, хотя на самом деле он был бывшим виноторговцем из Гиенны по имени Анри Бенуа, человеком, который девять лет тому назад был обвинен в пытках, изуродовавших чиновника этого округа Эмиля Гаспара, и в убийстве другого человека – Антуана, графа де Лакано, которого Ян мальчишкой любил, как отца.