Флора Спир - Дурман любви

– И я тоже, – признался Люк.

– Но дело не закончено. – Клари храбро расправила плечи. – Давай повернем назад и посмотрим, какой ущерб мы ему нанесли.

Иезекия Бартрем, раскинув руки и ноги, валялся по дороге. Он не пошевелился, когда Клари остановила повозку прямо рядом с ним. Его конь исчез. Клари решила, что лошадь – она сама найдет дорогу искать не нужно домой.

– Мертв? – спросил Люк, глядя на неподвижное тело горящими глазами.

– Пока не могу сказать. Оставайся в повозке.

Клари медленно двинулась к телу.

– Осторожнее, – сказал Люк шепотом, словно боялся разбудить Иезекию Бартрема.

– Ладно.

Зайдя сбоку, Клари тихонько дотронулась носком ботинка до локтя Иезекии Бартрема. Тот не пошевелился. Тогда Клари слегка пнула его в бедро, а потом под ребра. Наконец она присела на корточки и нащупала шейную артерию.

– Он жив, – объявила она с видимым облегчением. – По крайней мере, у меня на совести не будет убийства. Он потерял сознание, но пульс есть.

Спрыгнув с повозки, Люк подошел к Клари и встал посреди дороги, подбоченившись и глядя вниз, на бесчувственное тело.

– Вы не желаете оставлять его здесь, – медленно произнес он. – Вы ни за что так не поступите. Значит, нам придется взять его в повозку.

– Ты сумеешь его поднять? – спросила Клари. – Он маленького росточка, так что не должен быть таким уж тяжелым. Отвезем его в Богемия-вилидж. Помоги-ка мне переставить корзины и коробки… мы положим его сзади.

Быстро расчистив место, они с Люком подняли Иезекию Бартрема и уложили в повозку. Они обращались с ним не слишком бережно, но Клари это не слишком волновало. Она испытывала громадное облегчение оттого, что ее выстрел не попал в цель – этот человек лишился чувств, упав с лошади. Он просто насмерть перепугался.

– Люк, я хочу, чтобы ты сидел сзади, держа его под прицелом, – сказала Клари. – Вдруг он по дороге очнется.

– Но ведь вы уже разрядили револьвер. Больше у нас не осталось ни пуль, ни пороха, – возразил Люк.

– Это знаем только мы с тобой, – ответила она, – а Иезекия Бартрем лежит без сознания. Как ему догадаться, что мы не можем перезарядить револьвер? Ты делай вид, будто он заряжен, Люк!

– Понятно, – ухмыльнулся Люк. – Я скажу, что если он двинет хоть пальцем, я всажу ему пулю прямо в грудь.

– Похоже, доктора из тебя не получится, а вот актером ты вполне можешь стать, – сухо промолвила Клари.

Второй за этот день приезд Клари в Богемия-вилидж произвел фурор. Сознавая, что ее черные от копоти лицо и руки вызовут немалое любопытство, она смотрела прямо перед собой и не отвечала на обращенные к ней вопросы.

Покончив с делами на насосной станции, Сэм Маккензи направился в город. На деревянных мостках он столкнулся с Джеком Мартином, который шел навстречу ему. Оба остановились поговорить, но тут внимание их привлекли громкие крики и грохот повозки, катившейся по Богемия-авеню.

Клари видела, как Джек с Сэмом, встретившись, пожали друг другу руки. Направив повозку прямо к ним, она резко и картинно остановила лошадь. Изумление, отразившееся на лице Джека, доставило ей немалую радость, а его взволнованный голос привел просто в восторг.

– Боже милосердный! Клари, что с тобой случилось?

Она спрыгнула с повозки прямо в его раскрытые объятия и только тут почувствовала, что все ужасы этого дня наконец позади.

– Я испачкаю тебе рубашку, – пробормотала она, прижимаясь почерневшим лицом к его груди.

– Это неважно. Милая, ты не ранена?

– Нет, нет, все в порядке. Немного испугалась, вот и все.

Джек обнял ее еще крепче. Клари посмотрела на Люка, который по-прежнему сидел в повозке, целясь в человека, лежавшего у его ног.

– Люк, дай мне револьвер.

Джек протянул руку, и Люк охотно передал ему револьвер: было видно, что он рад избавиться как от оружия, так и от обязанности нести охрану.

– Кажется, он понемногу приходит в себя, – заметил Люк.

– Позвольте полюбопытствовать, кто это У вас там? – с интересом спросил Джек.

Тем временем Сэм Маккензи подошел к повозке, вытащил оттуда обмякшего Иезекию Бартрема, ухватив за ворот сюртука, и поставил на ноги.

– Иезекия, парень, кажется, ты попал в серьезную переделку, – насмешливо бросил шотландец.

Высвободившись из объятий Джека, Клари направилась к Сэму.

– Мистер Бартрем остановил нас на дороге, – сообщила она собравшейся вокруг них толпе, состоявшей преимущественно из мужчин. – Видимо, он принял меня за одну из девушек мадам Розы и потребовал, чтобы я пошла с ним. Он совершенно ясно дал понять, что ему нужно от меня.

– Он посмел прикоснуться к тебе? – Руки Джека сильнее сжали ее плечи. – Если он хоть пальцем тебя тронул, я сам…

– Он не успел подойти к повозке, – сказала Клари. – Люк с воем выскочил, чтобы испугать его, а я выстрелила из револьвера, и тогда лошадь сбросила мистера Бартрема. Вот почему он потерял сознание. А моя пуля, боюсь, пролетела за милю от него.

– Точно так все и случилось, – Люк, широко улыбаясь, соскочил с повозки. – Мисс Клари была просто великолепна!

– Да и ты, Люк, выглядел неплохо, – ответила Клари, улыбнувшись ему. – Ведь это ты остановил лошадь, когда она понесла. Я одна ни за что бы с ней не справилась.

– Лошадь понесла?

Пальцы Джека больно впились в плечо Клари.

– Я же сказала, что со мной все в порядке. Она ожидала какого-нибудь замечания вроде того, что он рад видеть их живыми и невредимыми после такого испытания. Вместо этого он стал, нахмурившись, выговаривать ей.

– Если бы ты оставалась на ферме, как я тебя просил, ничего бы не случилось!

– Не начинай сначала! – Клари резко вырвалась из рук Джека. – Я не виновата в том, что Иезекия Бартрем сексуальный маньяк. Таких людей надо под замком держать!

– Вот тут она права, – поддакнул Сэм Маккензи.

И громким голосом обратился к толпе:

– Кто возьмет на попечение этого развратника?

– Разрешите мне заняться им.

Вперед выступил мужчина в простой темной одежде и низкой черной шляпе. Клари подумала, что этот человек будто бы сошел с картины Уильяма Пенна. Действительно, следующие его слова ясно доказывали, что он принадлежит к секте квакеров.

– Мое имя Джозайя Грей. Будучи членом Религиозного общества друзей, я считаю своим долгом позаботиться об этой заблудшей душе. Нужно убедить его признать свои ошибки.

– Желаю удачи, – довольно резко сказала Клари. – Только он, по-моему, сумасшедший.

– Если он действительно потерял рассудок, о нем будут заботиться, пока разум не вернется к нему, – ответил Джозайя Грей с величавой торжественностью.

– Будьте благоразумны, сэр, свяжите его, прежде чем увести, – посоветовал Сэм.