Джулия Куинн - Романтическая история мистера Бриджертона

Это была ее ошибка в такой же степени, как и ошибка окружающих. Настоящий порочный круг.

Каждый раз, когда Пенелопа входила в танцевальный зал, она видела всех тех людей, которые давно ее знали, и каждый раз чувствовала, как снова превращается в застенчивую, неуклюжую девочку из прошлого, а не в самоуверенную молодую женщину, которой как ей нравилось думать, она стала - по крайней мере, глубоко внутри.

– Мисс Физеренгтон, - позвала ее леди Данбери мягким - даже можно сказать, удивительно нежным - голосом. - Что-то не так?

Пенелопа знала, что долго молчит, и ей надо что-то сказать, но так или иначе, ей потребовалось еще несколько секунд, чтобы собраться с мыслями.

– Не думаю, что вы правы, - наконец, сказала она, поворачиваясь к леди Данбери, и смотря на нее, когда говорила последние слова: - Я никогда не знала, что сказать людям.

– Ты знаешь, что сказать мне.

– Вы другая.

Леди Данбери откинула голову назад, и засмеялась.

– Даже если считать это приуменьшением…Ох, Пенелопа… Я надеюсь, ты не возражаешь, если я буду называть тебя по имени - если ты можешь высказывать свое мнение мне, ты можешь делать это с любым человеком. Половина мужчин в этом зале трусливо разбежались по углам через минуту, после моего появления в зале.

– Они просто не знают вас, - сказала Пенелопа, поглаживая старую леди по руке.

– Также, они не знают и тебя, - довольно многозначительно проговорила леди Данбери.

– Да, - сказала Пенелопа с покорностью в голосе, - Они не знают меня.

– Я бы сказала, что это большая потеря с их стороны, но это было бы слишком бесцеремонно с моей стороны, - проговорила леди Данбери. - Бесцеремонно по отношению не к ним, а к тебе, потому что, я довольно часто называю их дураками - а я, действительно, называя их дураками слишком часто, а поскольку я уверена, ты знаешь это - некоторые из них фактически нормальные люди - это просто преступление с их стороны не хотеть познакомиться с тобой. Я - Хм-м… Интересно, что же будет.

Пенелопа сидела на стуле, необъяснимо постепенно выпрямляясь от слов леди Данбери. Она спросила старую леди: - Что вы имеете в виду?

Но стало ясно, что все вокруг пришло в движение.

Люди шептались и двигались по направлению к небольшому возвышению, где сидели музыканты.

– Вы! - леди Данбери ткнула своей тростью в бедро близстоящего джентльмена, - Что происходит?

– Крессида Туомбли собирается сделать свое заявление, - ответил он и быстро отошел в сторону, чтобы избежать продолжения беседы с леди Данбери и ее тростью.

– Я ненавижу Крессиду Туомбли, - пробормотала Пенелопа.

Леди Данбери издала приглушенным смешок.

– И ты говоришь, что не знаешь, что сказать? Не вводи меня в заблуждение. Почему ты так сильно терпеть ее не можешь?

Пенелопа пожала плечами.

– Она всегда вела себя крайне плохо по отношению ко мне.

Леди Данбери понимающе кивнула.

– У всех хулиганок есть своя любимая жертва.

– Сейчас не так плохо, - сказала Пенелопа, - Но раньше, когда мы обе - когда она была Крессидой Купер - она не упускала случая помучить меня. И люди… ладно…, - она потрясла головой, - Это уже не имеет значения.

– Нет, пожалуйста, - проговорила леди Данбери, - продолжай.

Пенелопа вздохнула.

– Это все, действительно, ерунда. Просто я заметила, что люди не спешат защищать другого человека. Крессида была популярной - по крайней мере, по сравнению с другими - она скорее пугала всех остальных девочек нашего возраста. Никто не смел идти против нее. Хорошо, почти никто.

Это привлекло внимание леди Данбери, и она улыбнулась.

– Кто же был твоим защитником, Пенелопа?

– Защитниками, - поправила Пенелопа, - Бриджертоны всегда приходили ко мне на помощь. Энтони Бриджертон однажды проигнорировал ее, и повел меня к столу - ее голос прервался от воспоминаний, - хотя, по правде, сказать, он не должен был этого делать. Это бы официальный обед, и предполагалось, что он будет сопровождать какую-нибудь маркизу. Я так думаю, - вздохнула, она, храня в памяти это воспоминание, как ценное сокровище. - Это было чудесно.

– Он очень хороший человек, этот Энтони Бриджертон.

Пенелопа кивнула.

– Его жена потом сказала мне, что в тот день, она в него влюбилась. Когда она увидела, как он геройски спасает меня.

Леди Данбери улыбнулась.

– А молодой Бриджертон приходил к тебе на помощь?

– Вы хотите сказать, Колин? - Пенелопа, даже не дождавшись кивка от леди Данбери, добавила:

– Конечно, приходил, правда, никогда это не происходило так драматично. Но я должна сказать, так чудесно, что все Бриджертоны так благосклонно ко мне относятся, но…

– Но что, Пенелопа? - спросила леди Данбери.

Пенелопа вздохнула снова. Кажется, сегодня просто вечер вздохов.

– Я лишь хотела бы, чтобы им не приходилось так часто защищать меня. Вы думаете, я могу защищаться сама. Или, по крайней мере, вести себя так, что никакая защита не будет нужна никакая защита.

Леди Данбери ласково погладила Пенелопу по руке.

– Я думаю, это могло бы получиться у тебя гораздо лучше, чем ты думаешь. А что же касается Крессиды Туомбли… - лицо леди Данбери скривилось от отвращения, - Хорошо, она получит по заслугам, если ты спросишь меня. Хотя, - едко добавило она, - люди в последнее время почем-то почти не спрашивают меня.

Пенелопа не смогла подавить насмешливое фырканье.

– Посмотри, кем она стала, - сказала леди Данбери, - Овдовевшая, и даже без более-менее приличного состояния. Она вышла замуж за старого развратника Горация Туомбли, а оказалось, что он обманул всех и каждого, глупцы думали, будто у него были деньги. И сейчас у нее не осталось ничего, кроме своей увядающей внешности.

Честность заставила Пенелопу пробормотать:

– Она все еще довольно привлекательная женщина.

– Хм-м. Если только тебя нравятся кричаще одетые женщины с развязными манерами, - глаза леди Данбери сузились. - Это, очевидно, точно характеризует это женщину.

Пенелопа посмотрела на возвышение, где Крессида ждала, стоя там с удивительным терпением, пока все в зале успокаивались.

– Интересно, что же она собирается сказать?

– Ничего, что могло бы заинтересовать меня, - ответила леди Данбери, - Я - О, - она замолчала, ее лицо приняло странное выражение, слегка нахмуренное, слегка улыбающееся.

– Что такое? - спросила Пенелопа, она закрутила головой, пытаясь увидеть, что привлекло внимание леди Данбери, но довольно полный джентльмен закрывал ей весь обзор.

– Приближается твой мистер Бриджертон, - сказала леди Данбери, улыбка осветила ее хмурый взгляд. - И выглядит он решительно настроенным.

Пенелопа тут же стала вращать головой во все стороны.