Мэри Гилганнон - Мечта Дракона

– Постой! – взмолился Мэлгон. – Замолчи, а то я отправлюсь к ней вместо тебя.

– О! Но у тебя у самого бригантская жена, Мэлгон, твоя волшебница Рианнон.

Король тотчас помрачнел.

– Рианнон едва ли похожа на настоящую бригантку – так она миниатюрна и хрупка. Скажи-ка мне, Гавран, тебе известно что-нибудь о ее матери или хотя бы о том, из какого племени она родом?

Приятель покачал головой.

– Лишь по слухам. Я знаю, что Фердик, едва успев стать мужчиной, привез из похода младенца и заявил, что это его дитя от иностранной принцессы. Рианнон выросла под присмотром матери Фердика, а потом его жены.

– Странная история.

– Да уж, особенно для такого человека, как мой король. Он мало интересовался Рианнон, по крайней мере пока она не превратилась в женщину. Тут-то он понял, что может с ее помощью найти хорошего зятя.

– Так ты считаешь, что Фердик не очень заботился о своей дочери, – задумчиво молвил король. – А я подозреваю, что девочкой вовсе никто не интересовался. – Мэлгон пристально взглянул на Гаврана. – Помнишь, ты упоминал человека по имени Алевенон, барда и целителя, у которого училась Рианнон? Что бы ты еще мог рассказать о нем?

Гавран сосредоточенно наморщил лоб.

– Он был довольно странным, очень замкнутым, однако все ученые люди одинаковы. После его ухода никто особенно не расстроился, разве что немного не хватало его рассказов у огня по вечерам.

– А как насчет женщин? Он часто приглашал бриганток к себе в постель?

– Никогда об этом не слыхивал, разве что он по секрету встречался с кем-нибудь. А почему ты спрашиваешь?

– Да так, подумал... – Голос Мэлгона оборвался. Король не знал, как заговорить о возможном изнасиловании Рианнон. Слишком щекотливая тема для обсуждения с ее соплеменником, однако как иначе выяснить правду?

– Тебе не нравится, что Рианнон была ученицей такого человека? – спросил Гавран.

– Не совсем так. – Мэлгон глянул в глаза друга. – Не думаешь ли ты... В общем, могло ли так случиться, что этот человек, Алевенон, увел принцессу в лес и изнасиловал ее?

Гавран остолбенел.

– Тебе это сказала Рианнон?

– Она мне ничего не говорила. Мне просто так кажется.

– Что ж, я думаю, это вполне возможно. Она проводила с ним очень много времени... наедине в лесу. Да это и объясняет, почему вдруг, Алевенон впал в такую немилость у Фердика. Узнав, что его дочь осквернена, король должен был разъяриться. Может, и не столько из-за самой Рианнон, сколько потому, что посягнули на королевскую честь. – Гавран взглянул на приятеля, – Но что все это значит? Ты недоволен своим соглашением с Фердиком?

– Да нет, почему же... – Мэлгон на минуту задумался. Он не собирался обсуждать странное поведение Рианнон, не мог и открыто выказать свое недовольство поведением бригантского короля. Он лишь горестно улыбнулся. – Я просто стараюсь получше понять свою жену. Кто из нас не захотел бы получше понять своих любимых?

Бригант расхохотался:

– Не трать время попусту, Мэлгон. Женщину понять невозможно. Вот я женат уже добрых семь зим, но Тангвил по-прежнему остается для меня загадкой. И я решил, что, так даже лучше. Боюсь, что если узнаю ее мысли, они придутся мне не по душе!

Мэлгон одобрительно усмехнулся. После того приключения двухдневной давности в лесу Рианнон, казалось, успокоилась. Она стала чаще улыбаться, а когда вместе с Рином играла со щенками, король даже видел, что она смеется. Было ясно, что ей хочется забыть прошлое. Ради своей жены Мэлгон обязан был сделать то же самое.

Но когда-нибудь, король скрипнул зубами, когда-нибудь настанет день, и он спросит с Фердика за Рианнон. И разыщет это чудовище Алевенона. Он настигнет его и покарает злодея.

– Что тебя беспокоит, мой господин?

– Что? О чем ты?

– Ты даже теперь так сердито выглядишь.

Супруги были у себя; Мэлгон лежал на спине, а Рианнон ласково массировала его бедра. Король смертельно устал. Мускулы до сих пор ныли от тяжелой оленьей туши, которую пришлось тащить так далеко. Истинное расслабление никак не давалось ему; он непрестанно вспоминал разговор с Гавраном о Алевеноне и обдумывал самые страшные пытки, которых заслуживал насильник.

– Да нет, ничего, это всего лишь гримаса боли. – И он перевернулся на живот, чтобы подставить Рианнон плечи, а заодно и спрятать лицо. Жена склонилась над его спиной. Ее тоненькие пальчики глубоко прощупывали каждую мышцу. Мэлгон застонал.

– Должно быть, животное было огромно, – сказала Рианнон.

– Да, величественный олень. Рога с двенадцатью отростками.

– Подумай только, как долго он прожил на свете, чтобы вырасти таким большим. – Рианнон, казалось, огорчилась. Мэлгон возмутился: неужто она больше жалеет эту тварь, чем собственного мужа?

– Подумай, сколько прожил я, раз превратился в такого идиота: отправился на эту безумную охоту без лошади. Клянусь Ллудом, я слишком стар для таких мучений!

– Ты не стар, – успокоила его Рианнон. – Ведь у тебя всего несколько седых волос и твердый, подтянутый живот.

– Да, но сегодня у меня болит не живот, а спина и ноги. Ааа-х!

– Судя по тому, как ты рычишь и стонешь, массаж тебе не на пользу.

– На пользу, на пользу... да-да, вот здесь... аахх!

Поглаживая крепкую спину и плечи мужа, Рианнон закрыла глаза. Ах, если б изгнать скорбь из его сердца было так же легко, как смягчить боль в его теле.

Глава 14

– Ты правда хочешь взять меня с собой? Прямо сейчас? – Пальцы Рианнон замерли на глиняном горшке, медленно вращавшемся перед нею на гончарном круге.

Мэлгон улыбнулся:

– Я же обещал иногда брать тебя на прогулку по окрестным лесам, а такого погожего денька, как этот, еще долго не будет. – Чувствуя ее сомнения, он добавил: – Никуда не денутся твоя глина и нитки с иголками.

Рианнон нерешительно кивнула, и Мэлгон повернулся к двери, бросив через плечо:

– Жду тебя возле конюшни.

Король направился проверить, как оседланы лошади. Зная, что Рианнон любит покидать крепостные стены, он, однако, не почувствовал, чтобы она была в восторге от предстоящей прогулки в его компании. Неужели ему никогда не завоевать доверия жены? Неужели она всегда будет его опасаться?

У входа в конюшню Мэлгон встретил Руфуса.

– Кинрайт уже оседлан? – он.

– Да, милорд. И пони тоже, хотя я сомневаюсь, что эта тщедушная тварь достойна нести на себе королеву. Вы уверены в том, что леди Рианнон не предпочла бы Савил?

– Нет. Послушный Ио напоминает ей о родине. Для небольшой прогулки пони подойдет.

Конюх вывел Кинрайта и Ио. Поджидая спутницу, Мэлгон принялся гладить лоснящуюся шею своего коня. Пони тихонько заржал, словно ревнуя. Король улыбнулся и погладил морду серенького малыша, чтобы и его не оставить без внимания. Он был уверен, что Рианнон не заставит себя долго ждать. Ей нужно было только вымыть перепачканные глиной руки и сменить платье на более просторное, подходящее для верховой езды. В отличие от большинства известных ему женщин королева не много времени тратила на возню с прической. Причем эта небрежность нисколько не умаляла, но даже подчеркивала ее естественную красоту. Вскоре она появилась. Шагая прямо к нему той легкой, стремительной поступью, позволявшей ей передвигаться по лесу почти бесшумно, Рианнон по обыкновению застенчиво улыбалась, и щеки ее горели чудесным румянцем. Мэлгону показалось, что, несмотря на свои прежние колебания, жена – польщена приглашением на эту конную прогулку.