Робин Хэтчер - Приют любви

— Я послал тебе телеграмму. Но вижу, что ты ее не получил. Почему ты не сообщил нам, что возвращаешься?

Вместо ответа Брент еще раз покачал головой.

— Операция не удалась, — ответил за него Рори.

— Брент, мне очень жаль.

— Спасибо. Что ты сообщал мне в телеграмме? — спросил Брент, меняя тему разговора.

— Новости о твоей дочери.

— Бренетта? С ней все в порядке?

— О, да. Все прекрасно. Она просто просила меня связаться с тобой, думая, что я смогу добраться до тебя быстрее.

— Что за новость? — нетерпеливо спросил Брент.

— Похоже, она увлеклась одним парнем откуда-то из-под Чарльстона. Она хотела попросить тебя дать «добро» их помолвке. Кажется, она совершенно без ума от него, судя по ее письмам ко мне.

Рори молча слушал, сердце его похолодело в груди.

— Что ты знаешь об этом, Рори? — спросил Брент, переводя на него взгляд.

Каким-то безликим голосом Рори ответил:

— О помолвке я не знал. Это произошло после того, как я уехал. Конечно, я встречался с ним. Он гостил, пока мы там жили.

— Гостил?

— Да, сэр. Он дальний родственник кузенов мисс Меган.

Брент потер глаза, выглядел он совершенно сбитым с толку.

— Что ты о нем думаешь?

Лицо Рори не выражало его истинных чувств.

— Она любит его, сэр. Это во многом говорит в его пользу.

— Нет, Рори. Так не пойдет. Что ты думаешь об этом парне?

— Я не знаю, мис… Брент. Честно говоря, я слишком опекаю Нетту. — И сам влюблен в нее, пронзительно кричало его сердце. — Он парень приятного вида, выходец из хорошей семьи, у него плантация в Южной Каролине, которой он ужасно гордится. Я думаю, вам лучше встретиться с ним и решать самому.

— Да, именно так я и сделаю. И скоро.

Тейлор сидела в темно-пурпурном, обтянутом ситцем кресле, пристально рассматривая картину на стене, но мысли были далеко отсюда. Она вспомнила, как в первый раз приехала в Нью-Йорк девятнадцать лет назад. Тогда ей было восемнадцать, ее переполняли любопытство, жажда жизни и возбуждение молодости. Ее первый муж, Дэвид Латтимер — отец Брента — привез ее сюда на время длительного, нежного, затянутого путешествия в медовый месяц. Сейчас она улыбалась при мысли о кричащем, безвкусном номере, в котором они останавливались. Ее гораздо больше привлекала теплота этой комнаты. Может быть, потому, что рядом с ней Брент и их сын.

Поднявшись с кресла, Тейлор подошла к окну. Внизу она могла видеть модные экипажи, развозившие своих пассажиров по проспекту. Возницы плотно кутались, защищаясь от морозного воздуха, пряча лица за шерстяными шарфами, а руки в рукавах тяжелых пальто. Время от времени один из снующих экипажей останавливался перед каким-нибудь магазином, и его обитатели выходили и скрывались внутри.

Сильных холодов не было, когда она останавливалась здесь с Дэвидом. Стояло позднее лето, и Тейлор испытывала наслаждение, гуляя по широким улицам с украшенным оборками зонтом в руках, в сопровождении своей служанки Дженни, и покупала все, что душа пожелает, пока Дэвид занимался делами в банке. По вечерам они обедали в лучших ресторанах, и их принимали в домах нью-йоркской элиты.

Но больше всего ей запомнился обед с Брентом. О, как он взбесил ее своими «предрассудками янки». Сейчас она осознавала, что в действительности именно притяжение к Бренту взволновало ее, но тогда она не поняла истинной причины.

— Здравствуй, любимая, — сказал Брент, открывая дверь.

Поворачиваясь, она подумала про себя — тогда я даже представить не могла, что этот мужчина заполнит мою жизнь любовью и радостью. Она поспешила в объятия мужа, поднимая лицо навстречу его поцелую.

— Где Карл?

Взяв его за руку и направляясь к дивану, она ответила:

— Играет в своей комнате.

— У меня есть новости о Бренетте.

— Правда? Как она?

— Точно не знаю. — Он обнял жену за плечи. — Рори и Боб сказали мне, что она влюбилась и приняла предложение выйти замуж.

— Бренетта выходит замуж?

Брент рассмеялся над ее недоверчивым восклицанием.

— Не надо так удивляться, дорогая. Вспомни себя, ведь ты была ничуть не старше.

— Но я и не была влюблена, — рассудительно ответила Тейлор, недавние воспоминания еще не ушли из памяти. — О Брент, я хочу только, чтобы она была счастлива.

— Я знаю, Тейлор. Именно поэтому мы сложим вещи и отправимся в «Спринг Хейвен». Я намерен познакомиться с этим молодым человеком и посмотреть, подходит ли он моей маленькой девочке. Мы выезжаем завтра.

Тейлор прильнула к его груди; его руки крепче сжали ее. Бренетта помолвлена? Боже, она всего лишь ребенок! Нет. Нет, Тейлор должна признать, что Бренетта больше не дитя. И если она встретила человека, которого любит, и эта любовь взаимна, то Тейлор могла только порадоваться за них обоих.

ГЛАВА 21

Декабрь 1879 — «Спринг Хейвен».

Бренетта не могла поверить телеграмме. Ее родители вернулись из Англии и будут в «Спринг Хейвен» на Рождество. Быстро надев пальто, она отправилась на поиски Стюарта. Найдя его с Аланом Монтгомери в сарае, где они наносили мазь на плечо поранившегося жеребенка, Бренетта постояла мгновение, наблюдая за ними. Она никогда не видела раньше Стюарта в работе. Сбросив верхнюю одежду и закатав рукава рубашки, несмотря на холод, он, с небрежно упавшими на лоб волосами, удерживал жеребенка, пока Алан втирал лекарство. Бренетте понравилась перемена в нем. Она раскрывала его теплоту и любовь к животным, которой, она знала, он обладал.

Когда они отпустили малыша, он с тихим ржанием ринулся к своей волнующейся матери. Бренетта неспешно вошла внутрь.

— Стюарт, они приезжают! Мама и папа выехали из Нью-Йорка и будут здесь до Рождества.

Стюарт откинул с лица волосы и натянул пальто.

— Это замечательно, Бренетта, я думал, они все еще в Англии.

— Я тоже. Но, оказывается, нет. Они почти что здесь. Ах, Стюарт, папа познакомится с тобой, и мы сможем назначить день свадьбы!

Он слегка поцеловал ее в лоб.

— Ничто не может доставить мне большего счастья. Чем скорее ты станешь моей невестой, тем лучше. — С улыбкой на лице он взял ее под руку и повел к дому.

Одно его прикосновение, казалось, сжигало ей кожу. Ей хотелось, чтобы он обнял ее и поцеловал по-настоящему. Он всегда держал себя настолько прилично и сдержанно. Хотя бы раз он выразил свою любовь взглядами и поцелуями, как делали, она это видела, ее родители:

Бренетта краем глаза взглянула на него и побранила себя. Как могла она желать, чтобы он был каким-то другим, не таким, какой есть? Он абсолютно безупречен. И он принадлежит только ей.