Барбара Картланд - Взбалмошная герцогиня

Туман был рыхлым, слоистым: то он рассеивался, открывая перед ними панораму Даунса[31], то все снова заволакивало липкой влагой.

Когда они поднялись еще выше, внезапно выглянуло солнце, и прелестный ландшафт Суссекса предстал перед ними во всем своем великолепии.

Бине стало жарко, и она откинула с головы отделанный мехом капюшон. Она подумала о том, как будет раздосадована мадам Дельма, лишившись такой дорогой и модной накидки, но, может быть, она сочтет эту утрату незначительной по сравнению с гибелью мужа.

Но как Бина ни старалась, она не могла проникнуться жалостью к француженке, потому что в ее воображении сразу же всплывало воспоминание о том, как генерал набросился на нее.

«Он заслуживал смерти!» — сказала она себе. Беседовать на какие-то личные темы в присутствии мальчика, который вел пони, было невозможно, поэтому они ехали молча.

Они перевалили через гряду меловых гор и некоторое время ехали по узким, извилистым дорогам, пока наконец впереди не показались крыши домов и высокий шпиль церкви. Не доезжая до деревни, они увидели большие железные ворота, по обе стороны которых стояли сторожки.

Мальчик свернул к воротам, и они поехали по длинной подъездной аллее с вековыми дубами по обеим сторонам. Вскоре впереди показался Сифорд-парк, очаровательная постройка елизаветинских времен, с остроконечными крышами и маленькими ромбовидными окнами, сверкавшими на солнце.

— Как красиво! — воскликнула Бина.

— Изнутри дом такой же красивый и уютный, как и снаружи, — заверил ее герцог. — Я знаю, что в настоящий момент вам хочется лишь одного — хоть немного поспать!

— Еще очень рано, — сказала Бина. — Может быть, в доме все спят?

Но она беспокоилась напрасно. Горничная в чепце, усердно моющая каменные ступени лестницы, в изумлении уставилась на них, когда они остановились у входа.

Она побежала за лакеем, который выскочил из дома в одной рубашке, растерянно посмотрел на них и снова скрылся. Вскоре он вернулся в сопровождении пожилого мужчины, тщательно одетого самым подобающим образом.

— Доброе утро, Бэйтман! — обратился к нему герцог. — Надо полагать, вы удивлены, увидев меня, но я только что прибыл из Франции. Эта дама и я чудом избежали плена.

— Мы рады приветствовать вас, ваша светлость, — учтиво произнес Бэйтман. — Мне очень жаль, что сэр Джеффри и ее светлость уехали в Лондон четыре дня назад.

— Я так и думал, — сказал герцог. — Но я надеюсь, Бэйтман, что в их отсутствие вы позаботитесь о нас?

— Разумеется, ваша светлость.

— Сейчас нам нужно лишь одно — как следует выспаться, — продолжал герцог. — Шлюпка контрабандистов не отличалась особым комфортом.

— Шлюпка контрабандистов, ваша светлость?

— Это был единственный вид транспорта, который мы смогли найти, Бэйтман, — улыбнулся герцог. — И, уверяю вас, мы были очень рады ему.

— Могу себе представить, милорд! — Бэйтман поклонился Бине. — Позвольте, я провожу вас, мадам. Миссис Дэнджерфилд, наша экономка, позаботится о вас.

Бине очень не хотелось расставаться с герцогом, но ей ничего не оставалось, как последовать за дворецким.

Он повел ее наверх и препоручил заботам экономки, которая, застегивая на ходу платье, спешила по коридору им навстречу и, очевидно, была немало встревожена тем, что ее подняли в такой ранний час.

Она проводила Бину в большую спальню, в которой стояла огромная старинная кровать с муслиновым пологом, таким же муслином был отделан туалетный столик.

— Как здесь мило! — воскликнула Бина. Внезапно она почувствовала смертельную усталость и позволила экономке раздеть себя. Она облачилась в предложенную ей прелестную ночную сорочку, которая была намного красивее ее собственных, легла в кровать и закрыла глаза.

Девушка слышала, как женщина задернула шторы на окнах и озадаченно прищелкнула языком, разглядывая ее порванное платье. Но она слишком устала, чтобы придумывать какие-либо объяснения или размышлять о том, что о ней подумают.

Не успела за экономкой закрыться дверь, как Бина уже спала.

Бина проснулась оттого, что кто-то ходил по комнате. Недовольная тем, что ее разбудили, она открыла глаза и увидела двух горничных, которые внесли в комнату тазы с водой, чтобы наполнить ванну, стоявшую возле зажженного камина.

Она лежала, глядя на них, когда к кровати приблизилась экономка.

— Его светлость просил узнать, мадам, не захотите ли вы пообедать вместе с ним.

— Пообедать? — воскликнула Бина. — Неужели уже так поздно?

Экономка улыбнулась:

— Вы проспали почти девять часов, мадам.

— Я была совсем измучена, — сказала Бина. — Но я с радостью пообедаю с его светлостью.

— Я так и предполагала, мадам, — ответила экономка, — поэтому распорядилась приготовить для вас ванну, а потом вы выберете себе что-нибудь из туалетов ее светлости, чтобы вам было в чем спуститься к обеду.

— Вы правы, навряд ли то платье, в котором я приехала сюда, будет уместным, — улыбнулась Бина. — Мы с его светлостью, как вы уже, наверное, знаете, вынуждены были пойти на небольшой маскарад. Мне пришлось поступить на службу в качестве femme de chambre… горничной.

— Я не могу в это поверить! — в ужасе воздев руки, воскликнула экономка. — А его светлость?

— О, из него получился очень расторопный камердинер!

— Не представляю, как вы все это вынесли, мадам, — сказала миссис Дэнджерфилд. — Ох уж эти лягушатники!

Она произнесла это с таким презрением, что Бина не выдержала и расхохоталась. Она не стала больше ничего рассказывать об их приключениях. Погрузившись в теплую воду, благоухавшую ароматом роз, Бина почувствовала, что смывает с себя не только грязь, но и страх.

И теперь она начала осознавать, насколько была напугана не только мыслью о грозившей им тюрьме, но и самими людьми, с которыми им пришлось сталкиваться во время этого опасного путешествия.

При воспоминании о пьяных солдатах, о генерале и о контрабандистах с их злодейскими физиономиями девушку бросило в дрожь. И тем не менее теперь, хотя она снова была в Англии и находилась в полной безопасности, ее продолжал мучить страх перед будущим, перед тем, что ее ждет, когда она расстанется с герцогом.

«Может быть, Англия окажется для меня не менее опасным местом, чем Франция», — подумала Бина.

Девушка вспомнила о том, что произошло, когда в Шотландии она сбежала от герцога и пьяный мужчина украл у нее деньги. У нее, конечно, остались драгоценности матери, которые не дадут ей умереть с голоду, если она снова окажется совсем одна. Но когда вокруг было столько воров и бродяг, сможет ли она уберечь их?