Гейл Линк - Королевский подарок

– Доложи милорду, что я его жду, чтобы вместе выйти к гостям.

– Да, миледи!

Перед тем как уйти, Чарити еще раз с восхищением поглядела на Маризу. Уж понравится она сегодня милорду и, наверное, добьется, наконец, того, что проведет ночь вместе с ним. Чарити видела, что господин и госпожа спят в разных спальнях и относилась к этому неодобрительно: ведь они повенчаны! Но она видела также, какие они бросают друг на друга взгляды исподтишка, когда считают, что другой не смотрит. Да, что-то странное происходит между этими новобрачными.

«Конечно, – думала Чарити, – господин для такой красавицы, может, и нехорош», – такая беда, что он обезображен. Но как хозяин он Чарити нравился – вежливый и сдержанный со слугами, не щиплет служанок, а уж Чарити достаточно знала о развращенности нравов при дворе Карла Стюарта. Если он не такой, как другие королевские придворные, то можно порадоваться за Маризу, Чарити очень любила свою хозяйку. Горничная постучала в дверь Кэма; ответил Кендолл. Девушка еще раз порадовалась, что у Его Лордства – слуга из Дорсета, и к тому же родственник Чарити.

– Да? – спросил он, открывая дверь.

– Ее Лордство просила сообщить милорду, что она уже готова и ждет его, чтобы вместе спуститься к гостям.

– Тогда, – ответил глубокий голос с шотландским акцентом, – я не заставлю миледи ждать.

Джейми Кавинтон наблюдал собрание гостей в большом зале. Мужчины и женщины смеялись и болтали, но все время от времени посматривали на большую лестницу, с которой должны были спуститься молодожены. Только после этого спектакль мог начаться – потому что это, конечно, был спектакль, зрелище, где главные роли должны были исполнять его друг со своей супругой – красавицей. Как этот провинциальный люд примет Кэмерона Бьюкенена?

Светло – карие глаза Джейми обежали многолюдное сборище, и он увидел в углу зала знакомое лицо. Но он помнил скромную фигурку в трауре, а сейчас эта вдова – он вспомнил ее имя – Брайенна О'Дэлей Макбрайд, кузина Маризы – преобразилась и выглядит ослепительно. На шее, руках и в ушах женщины сияли старинные рубины, а платье из бронзового цвета тафты блестело в пламени свечей. «Оказывается, она настоящая красавица», – подумал Джейми, и направился в угол зала, где сидела Брайенна. Еще в Лондоне, где он впервые встретился с Брайенной, он почувствовал тяготение к спокойной милой женщине; что-то притягивало его к ней. В Брайенне чувствовалась ясная гармоническая душа, хотя и омраченная непонятной грустью.

– Леди Брайенна, – обратился Джейми к молодой женщине.

Брайенна видела, как Джейми пробирается к ней через зал, и была немного раздосадована тем, что ее одиночество будет нарушено. Но посмотрев в мягкие глаза Джейми, она вдруг обрадовалась, кивнула и приветливо поздоровалась:

– Добрый вечер, мистер Кавинтон.

– Джейми, пожалуйста!

– Ну, хорошо, Джейми, – кивнула Брайенна, с удовольствием оглядев скромный костюм Кавинтона, – у большинства мужчин в зале излишества французской моды просто били в глаза.

– Какой сюрприз – увидеть вас в Дорсете, – сказала она. Пальцы Брайенны беспокойно играли веером. – Увидеть дружеское лицо всегда приятно. Наверное, граф Дерран очень обрадовался вам.

С неожиданной ясностью Джейми понял, что хочет иметь эту женщину своей женой. Спутницей жизни. Она что-то тронула в его сердце, как ни одна из женщин, которых он знал прежде.

Джейми улыбнулся Брайенне и сказал:

– Я был счастлив, получив приглашение графини Дерран.

– Мариза пригласила вас? – удивленно спросила Брайенна. – Я думала, что приглашение послал ваш друг. Но я очень рада, что вы были приглашены и приехали сюда.

– Не уделите ли вы мне один из танцев, леди Брайенна? – спросил Джейми.

Брайенна покраснела и опустила глаза.

– Но я не танцую.

– Боже, как я неловок, – извинился Джейми. – Ведь ваш траур по мужу еще не кончился. Извините меня.

Брайенна подумала, что сказал бы Джейми, если бы знал правду – что она счастлива, что ее муж в могиле, а не принуждает ее по ночам к отвратительному сожительству. Она должна была бы оставить мужа, и трагедия не произошла бы. Но она не могла. Ведь католическая религия, запрещая развод, утверждает, что долг жены – оставаться с мужем, каков бы он ни был. И она терпела. Донал вел себя в браке как животное. Никогда он не коснулся ее с нежностью, не было между ними нежных милых ласк, которые она украдкой наблюдала у своего брата и его жены. Поцелуи, нежные прикосновения… А как они глядели друг на друга!

Брайенна чувствовала, что она хотела бы танцевать с Джейми; не приличия, но чувство вины сковывало ее.

– Мне очень жаль, Джейми, – сказала она грустно. – И не к чему извиняться – я благодарна за ваше приглашение. Если бы не траур, я бы с радостью танцевала с вами.

Но Джейми был огорчен, он решил, что вел себя неучтиво.

– Еще раз прошу прощения, – повторил он. Перед этой женщиной ему хотелось извиняться снова и снова, хотя он насмотрелся при дворе в Лондоне на вдов, сразу после смерти мужа заводивших богатых покровителей или сменявших любовников одного за другим. Многие, конечно, выходили опять замуж, обычно не по любви, а из необходимости устроить свою жизнь. А эта женщина, должно быть, так любила своего мужа, что в глазах ее затаилась глубокая постоянная печаль. Вряд ли она захочет снова выйти замуж…

Между тем Брайенна лукаво улыбнулась ему:

– Вы прощены, конечно, – и продолжала, небрежным движением веера показав на толпящихся в зале людей:

– Как вы считаете, что они думают о моей кузине и ее муже?

Джейми взял два бокала вина с подноса, который проносил мимо них лакей в ливрее, и передал один бокал Брайенне. Пальцы их слегка соприкоснулись на миг, и оба почувствовали словно какой-то легкий электрический разряд, искру симпатии, возникшую при этом прикосновении.

– Право, не знаю, – ответил Джейми, отпивая глоток вина. – Думаю, что большинство из них озадачены.

– Вы думаете, они удивляются тому, что моя кузина вышла замуж за Бьюкенена? – спросила Брайенна.

– Да, они удивляются, – согласился он, – и делают неверные умозаключения.

Брайенна склонила головку к плечу, глядя на собеседника. Ей нравилось, что Джейми – худой – и стройный, среднего роста, а не массивный великан, каким был Донал.

– – Ну, а вы, сами, – спросила она, – вы сделали правильные умозаключения? – Во взгляде ее блестел интерес. – Джейми почувствовал, что для нее важно, как он ответит.

– Я думаю, что это – союз чести, основанный на верности. – Он снова поднял стакан к губам. – Если только…

– Если что?..

– Если она не увидела за его внешностью, его душу.