Линси Сэндс - Рыжая проказница

— Они могли узнать о твоем возвращении и о планах стать лэрдом, — заметил Уилл. — Йен, Ангус и Домнелл могли обсуждать это, а их могли подслушать.

Кейд обдумывал эту возможность с мрачным видом, когда Эйдан покачал головой и сказал:

— Они месяцами не выходят из главного здания. Они не могли пустить в вас стрелу, ни во время вашего путешествия, ни сегодня.

— Хм-м… — Уилл помрачнел. Он, казалось, был огорчен тем, что родичи Кейда не могли быть теми, кто хочет его убить; он выпрямился и спросил: — У вас здесь нет тайных проходов, как у нас в Мортани?

— Нет, — ответил Эйдан, а Кейд одновременно с ним сказал:

— Есть.

— Так есть или нет? — в замешательстве спросил Уилл.

— Есть, — повторил Кейд, заметив, как удивился Эйдан.

Мать рассказывала ему, что это семейная тайна, но Кейд думал, что Эйдан об этом знает.

— Ну, тогда кто-то из них мог воспользоваться тайным коридором, чтобы сбросить на тебя камень, — с явным удовлетворением сказал Уилл.

— Но они не могли съездить в Англию, выстрелить в тебя и вернуться обратно незамеченными, — твердо проговорил Эйдан. — На это потребовалось бы несколько дней, а никто из них не находился вне поля зрения больше нескольких часов, а ночью они спали.

— Они могли кого-нибудь нанять, — заметил Уилл.

В комнате воцарилось молчание. Все обдумывали вероятность того, что члены семьи Кейда могли желать ему смерти.

Эверилл съела вкусный ужин, приготовленный Мортаг, и понесла поднос с восхитительным тушеным мясом наверх для Кейда, когда услышала в коридоре какое-то шарканье. Остановившись на верху лестницы, она посмотрела в ту сторону, где находились комнаты отца и братьев Кейда, и немного удивилась, увидев владельца Стюарта, который стоял в дверях своей комнаты, держась на ногах только потому, что вцепился в дверную раму.

Эверилл постояла в нерешительности, взглянула на поднос, который держала в руках, но все же направилась к лэрду Стюарту.

— Добрый вечер, милорд, — спокойно сказала она, остановившись перед хозяином замка. — Приятно видеть, что вы встали и вышли. Как вы себя чувствуете?

Стюарт медленно поднял голову и безучастно посмотрел на Эверилл. Вид у Эхана Стюарта был отталкивающий. Глаза красные и налитые кровью, серая кожа, рыжие с проседью волосы нечесаные. Борода и усы в таком же неопрятном виде.

— Кто ты такая, черт побери? — спросил он сердито.

Эверилл улыбнулась ослепительной улыбкой и ответила:

— Жена Кейда Эверилл.

— У Кейда есть жена? — с явным удивлением спросил Эхан Стюарт и потом нахмурился. — Этот малый женился без моего разрешения?

— Да, — коротко ответила Эверилл.

— Вот как.

Он опустил голову и увидел поднос в ее руках. При виде пищи он мгновенно позеленел, но, заметив кружку, схватил ее и осушил залпом, а потом с отвращением сплюнул.

— Это не виски.

— Нет, — сухо ответила Эверилл, когда он поставил пустую кружку на поднос. — Это медовый напиток, и я несла его не вам, а вашему сыну.

— Да?

Вид у Эхана Стюарта был жалкий и несколько растерянный. И он покачивался, стоя в дверях.

— Вы неважно выглядите, милорд, — спокойно проговорила Эверилл. — Может, вам лучше лечь?

— Я хочу пить, — горестно сказал он.

— Я принесу вам поесть и меду, чтобы утолить жажду, — успокоила его Эверилл, поставила поднос на пол и, взяв свекра за руку, повела в комнату.

— Я не пью мед. Я предпочитаю виски, — угрюмо сказал он, когда она уложила его на кровать. — Принеси мне виски и чего-нибудь поесть.

Эверилл вздохнула, выпрямилась и спросила:

— Вы уверены, что не лучше будет выпить меду? Кажется, виски у вас плохо идет, и я боюсь, что вам опять станет нехорошо.

— Нет. Это не от виски. Это от болезни. Я хочу виски. От него все пройдет.

— Хорошо, я принесу вам виски. Но не вините меня, если от него вам станет плохо. Я вас предупредила.

И она направилась к двери.

— Ха! От виски мне не станет плохо, — проворчал старик, когда она вышла. — Виски — это живая вода, малышка.

Ничего не сказав, Эверилл закрыла дверь, подняла с пола поднос и быстро пошла по коридору к их с Кейдом комнате. Только она собралась открыть дверь, как та сама открылась перед ней. Подняв глаза, Эверилл с удивлением увидела брата.

— Я хотел принести Кейду чего-нибудь попить. Он пришел в себя и чувствует жажду, — объяснил он с рассеянным видом, посмотрев на поднос в руках сестры. Он заметил пустую кружку и нахмурился, а потом взглянул на тушеное мясо. — Пахнет хорошо.

— Это приготовила Мортаг. Очень вкусное мясо, но для Кейда, — твердо сказала Эверилл. — Могу принести и тебе тоже, если хочешь. Все равно мне нужно сходить еще раз за медом.

— Еще раз за медом? — удивленно спросил Уилл. — А кто выпил этот?

Эверилл замялась, но потом решила, что будет лучше не упоминать об отце Кейда, и сказала только:

— Я взяла кружку для меда, а мед налить забыла.

Уилл фыркнул и взял у нее поднос.

— Если ты захватишь тушеного мяса и для меня, буду очень рад. Я покормлю Кейда, пока ты ходишь, и закончу наш с ним разговор.

Эверилл кивнула и решила, что нужно принести поесть и Эйдану. Она взяла с подноса пустую кружку и сказала:

— Ступай. Я подержу тебе дверь.

Уилл пошел к кровати, а Эверилл тоже вошла в комнату вслед за ним и взяла с сундука, стоявшего у двери, свою сумку с лекарствами. Потом вышла и поспешно спустилась вниз.

Служанки и Лэдди хлопотали на кухне, когда она вошла, все еще разбирая и раскладывая по местам привезенные из Доннехэда припасы. Они суетились так, что можно было подумать, будто сейчас Рождество, — раскрасневшись от удовольствия и улыбаясь. Все, кроме Бесс, заметила Эверилл. Нельзя сказать, что у Бесс был несчастный вид, когда она помогала им, но она не жила без съестного так долго, как жили они все, и хотя время от времени губы ее изгибались в улыбке, когда другие вскрикивали, обнаружив то или се среди привезенных припасов, старуха отнюдь не испытывала такой радости.

К счастью, они были полностью поглощены своим занятием и предоставили Эверилл самой взять все, что она хотела, когда та сообщила, что пришла за медом для Кейда и медом и мясом для Уилла и Эйдана. Поэтому она смогла поставить на поднос три кружки с виски так, что никто этого не заметил. Потом она отнесла все на стол, достала свою настойку и быстро налила понемногу в каждую кружку.

Эверилл легко вздохнула и пошла наверх. Сначала она направилась в свою комнату, чтобы отнести ожидавшим мужчинам мясо, а когда уже собралась открыть дверь, вдруг сообразила, что не может внести виски в комнату, не вызвав при этом вопросов. Она поставила поднос на пол, намереваясь снять с него кружки с виски, но вместо этого выпрямилась, держа их в руках. Если она войдет в комнату, ей будет трудно опять уйти оттуда, а отец Кейда, чего доброго, сам спустится вниз и выпьет виски без ее снадобья. Придется сначала отнести ему одну кружку, а остальные оставить на прикроватных столиках, а потом отнести поднос Уиллу и Эйдану и проведать мужа.