Джейн Фэйзер - Охота за невестой

– Совершенно верно, – подтвердила Честити. – Это тот самый случай, когда цель оправдывает средства.

Пруденс забрала у сестры бумагу.

– Соберу все бумаги на подпись и в их числе положу доверенность нынче вечером.

– Отправлюсь-ка я лучше домой, – сказала Констанс, поднимаясь. – Сегодня мой первый званый вечер в качестве миссис Энсор.

– Совсем забыла. Как все прошло вчера вечером в доме на Даунинг-стрит? – спросила Пруденс, спохватившись. Поглощенная собственными заботами, она только сейчас вспомнила, что Энсоры были приглашены на обед к премьер-министру.

Констанс улыбнулась.

– У меня просто вылетело это из головы. После того как леди встали из-за стола и удалились, предоставив джентльменам пить портвейн и курить сигары, премьер-министр предложил Максу портфель министра транспорта.

– Это замечательно, – в один голос сказали сестры. – Он, должно быть, в восторге.

– Думаю, он предпочел бы портфель министра иностранных или внутренних дел, – произнесла Констанс с усмешкой. – Может быть, даже пост министра финансов, но ведь надо с чего-то начинать.

– Это поразительно – получить пост министра всего через год после того, как сидел на задних скамьях палаты общин, – сказала Пруденс.

– Да, я тоже так думаю. И похоже, он очень собой доволен. Он все еще улыбался, когда проснулся сегодня утром.

– Что же, отпразднуем это сегодня вечером, – сказала Честити, провожая сестру до двери. – В восемь часов, да?

– Примерно в это время, – сказала Констанс, поцеловав сестер, прежде чем сбежать с лестницы.

Пруденс рано оделась к обеду и ждала в гостиной, пока на лестнице не послышались шаги отца. Она выглянула из двери:

– Собираешься одеваться, отец?

Лорд Дункан остановился на пути в свою гардеробную.

– Да. Я недолго. К которому часу нас ждут?

– К восьми, – ответила Пруденс. – Кобем подаст ландо без четверти восемь. Когда будешь готов, мне хотелось бы дать тебе на подпись несколько бумаг, в том числе распоряжения и счета. Там есть кое-какие бумаги, касающиеся поместья в Ромзи, а также пары крыш, которые следует заменить. Мне хотелось бы отправить их по почте не позже понедельника.

Лорд Дункан кивнул:

– Через полчаса буду в библиотеке.

Пруденс вернулась в гостиную и взяла стопку бумаг. В десятый раз перелистала их. Та, которую ей хотелось спрятать поглубже, вылезала, как пресловутая любимая мозоль. «Это потому, – подумала Пруденс, – что я о ней знаю».

Честити вошла в гостиную, тоже одетая к обеду.

– Мы сделаем это вместе, – сказала она, заметив, как напряглась сестра. – Давай подождем его в библиотеке. Дженкинс принесет нам херес. Тебе надо успокоиться.

Пруденс кивнула:

– Да, мне надо чего-нибудь выпить, Чес.

Рука об руку они спустились вниз. Дженкинс ставил несколько поздних хризантем в медную вазу на столе в холле. Он обернулся, чтобы приветствовать сестер:

– Где вы будете пить херес, мисс Пру?

– В библиотеке, – ответила Честити. – Лорд Дункан присоединится к нам через несколько минут.

– Тогда я захвачу еще и виски, – сказал дворецкий, глядя на хризантемы в вазе. – Не знаю, почему у меня так не получается, как у вас. Не умею красиво поставить в вазу цветы. У вас к этому просто талант.

– Не расстраивайся, Дженкинс, – с улыбкой сказала Честити, подходя к столу. – Что же касается хризантем, то их достаточно взять... – она вынула цветы из вазы, – а потом снова поставить и пусть встанут как хотят. Видите?

И действительно, цветы образовали естественную композицию. Дженкинс покачал головой.

– Я принесу херес.

Честити рассмеялась и последовала за сестрой в библиотеку. Пруденс положила бумаги на стол и отошла, глядя на них издали. Потом снова приблизилась к столу, выровняла стопку бумаг и похлопала по ним.

– Они выглядят неестественно, – сказала она. – Может быть, положить их перед ним, когда он сядет? Как ты думаешь?

– Я думаю, если ты не расслабишься, Пру, он непременно что-нибудь заподозрит, как только войдет в комнату.

Честити склонилась над письменным столом и слегка растрепала бумаги.

– Где перо? Ах, вот оно. Я положу его рядом с бумагами. А теперь давай сядем, и, когда он войдет, ты небрежно пододвинешь их к нему и попросишь подписать.

– Почему ты так спокойна? – спросила Пруденс, усаживаясь на диван.

– Потому что ты неспокойна, – ответила Честити. – Будем впадать в панику по очереди.

Ее реплика вызвала у сестры улыбку. В это время вошел Дженкинс с подносом. Лорд Дункан следовал за ним.

– А, отлично, Дженкинс! Виски! Ты просто читаешь мои мысли.

– Отец, ты пьешь виски каждый вечер в одно и то же время, – непринужденно обратилась к отцу Пруденс. – Для этого Дженкинсу незачем становиться телепатом. – Она поднялась с дивана с беспечным видом. – Бумаги на твоем письменном столе. Там, я думаю, и перо. Благодарю, Дженкинс.

Она взяла стакан хереса с подноса и с облегчением заметила, что руки у нее перестали дрожать. Пруденс вернулась к дивану и села. Лорд Дункан отпил глоток виски и подошел к письменному столу. Он даже не стал садиться, просто взял перо и принялся подписывать бумаги.

– Ты знаешь, что Максу предложили пост министра транспорта? – спросила Пруденс, как только отец, подписав одну из бумаг, принялся просматривать следующую.

– Это от кузнеца? – спросил лорд Дункан, пробежав счет глазами и складывая его. – Не узнал имени.

– Это новый кузнец. Вместо Беддингса, – ответила Пруденс. – Ты слышал, что я сказала о Максе?

Лорд Дункан поставил закорючку в конце листа и отложил счет.

Теперь перед ним лежала злополучная доверенность. Пруденс снова вся напряглась.

– Макс и Кон, – сказала она, – обедали вчера на Даунинг-стрит, и премьер-министр предложил Максу занять пост министра в его кабинете.

Отец поднял голову и посмотрел на нее.

– Отлично, – промолвил он. – Всегда знал, что он далеко пойдет. И Констанс там на месте. Ты говоришь, пост министра транспорта?

Он нацарапал свою подпись на пресловутой доверенности.

– Да, – вступила в разговор Честити, шагнув к столу. Она сдвинула кипу подписанных бумаг, сунув под них творение Пруденс. – Констанс в шутку предположила, что он, вероятно, предпочел бы пост казначея палаты общин или министра финансов, но все равно Макс очень доволен. – Она расправила оставшиеся бумаги, чтобы их было удобнее подписывать. – Еще несколько, – промурлыкала она.

Лорд Дункан снова взялся за перо.

– Нам следует отпраздновать его назначение. Как насчет бутылочки кобурна урожая 1820 года? А, Пруденс? Попроси Дженкинса принести одну.

– Да, отец.

Пруденс направилась к двери, ноги ее одеревенели, а ладони взмокли.