Лаура Кинсейл - Звезда и тень

— Обещаешь?

Леди Тэсс посмотрела на него. Она положила свои ладони на его лицо, как будто он был бесценной драгоценностью.

— Я всегда приду к тебе.

— Ай-ай, какая плаксивая дама, — сказал он шутливо.

Она улыбнулась сквозь слезы:

— Ай-ай, капитан!

Он взял ее руки, сжал в своих ладонях.

— Мы не можем заставить Сэмьюэла быть счастливым, моя дорогая. Мы сделали для него все, что могли. Но у него есть своя жизнь.

Она наклонила голову.

— Мне хотелось бы, чтобы ты не давал ему своего разрешения.

— Тэсс, как я мог поступить иначе? Даже если бы звал, что ты вот так отнесешься. Я же не могу ему объяснить, почему не должен ему позволить думать о женитьбе на Кэй. Что бы я ни сказал, какие бы причины ни привел, ты же знаешь, , как объяснил бы это он.

— Что мы считаем… Будто он… недостаточно хорош для Кэй, — ее голос был настолько невнятным, что Леда едва расслышала эти слова.

— Хуже, боже мой, намного хуже. Мы единственные люди, с которыми он общается. Мы — единственные, кто может ранить его неверно подобранным словом, особенно ты, Тэсс.

Она кивнула, сдерживая рыдания.

— Если ты запретишь ему мечтать о твоей дочери, ты ранишь его так, как никогда не ранила бы Кэй.

— Да… Поэтому я никогда… — ее голос звучал беспомощно. — Я предвидела это давно, я это знала, но у меня никогда не было мужества это предотвратить… Я просто хотела, чтобы что-нибудь случилось: кто-нибудь полюбил бы его — он давно заслужил, чтобы его понимали, любили, его и Кэй. — Она сжала руки. — Я ничего не буду советовать ей, но она так молода и беззаботна, она обращается с ним так, как будто ничего не замечает.

— Она станет старше. Возможно, мудрее.

— Слишком быстро. О, слишком быстро! И все же недостаточно быстро. Для Сэмьюэла.

— Он взрослый, — мягко сказал лорд Эшланд. — Если она ему ответит отказом, ты думаешь, он не переживет этого? В конце концов, Кэй абсолютно ничего не знает о его происхождении. Он не будет задавать себе вопросов, если она откажет ему по этой причине.

— Ты думаешь, не будет? Ты думаешь, в глубине души он предполагает, что стоит только глянуть на него, и все ясно?

— Тэсс…

— Он никогда не забудет. Я очень нескоро нашла его.

Я хотела бы, чтобы он забыл.

Он взял ее за руку, стал нежно перебирать пальцы.

— Ты не забыла.

— Нет, все, что случилось со мной — со Стефаном — несколько месяцев в холодной комнате, все это ничего по сравнению с тем, что испытал Сэмьюэл. Всего лишь маленький мальчик, — ее голос дрогнул, — просто маленький мальчик.

— Он уже не мальчик, любовь моя, он чертовски красивый мужчина.

Она отвернулась к окну и ничего не ответила. Он подошел к ней и обнял со спины. Так они стояли, в свете приближающихся сумерек — женщина со следами слез на лице, и безмолвный спокойный мужчина, не предложив друг другу какого-либо решения, ни проблеска надежды.

— Ты что-нибудь сказал Кэй? — спросила она.

— Нет, я ее не видел.

— Не говори ей.

— Это ничего не изменит, любовь моя.

— Пожалуйста! — попросила она.

— Я не скажу ей. Он не просил меня об этом. Леди Эшланд все еще продолжала смотреть в окно, прижавшись к нему.

— Поручи свои растения садовнику, он вполне сможет их поливать. Пойдем на прогулку. Она вытерла слезы.

— В таком виде? В Лондон? Он достал носовой платок.

— Тогда давай закроемся в нашей комнате. Мы откажемся от обеда — вот будет неожиданность! Мне кажется, слуги слишком уж заскучали от нашей благопристойности.

Леди Эшланд издала странный звук. Леда внезапно поняла, что это был подавляемый смех,

— Так хочется дать себе волю, — сказал муж. — А ты превратилась бы во что-нибудь отвратительное, в улитку, например, или змею.

— Прекрати, — она мягко оттолкнула его. Он обхватил ее запястье и прижался губами к ее плечу. Леди Эшланд чуть покачала головой, страдание на ее лице словно разгладилось.

Глаза Леды расширились, когда она увидела, что делают его руки.

— Почему обязательно спальня, почему бы нам не быть варварами в большом зале? — пробормотал лорд Эшланд.

Леда прикрыла глаза, а когда открыла вновь, то увидела, что слова не расходятся с делом. Он начал расстегивать платье жены.

— Гриф, — слабо запротестовала леди Эшланд. — Двери…

Леда скользнула за высокую спинку стула, услышав шаги, направляющиеся к двери. Она захлопнулась, а в медующее мгновение девушка услышала поворот ключа в замке. Затем раздался еще один хлопок двери, и еще одна дверь из библиотеки в бальную залу была защелкнута.

Леда села на свой стул молча, пораженная, с горящим лицом.

Она все еще сидела, прижав руку ко рту, когда вошел мистер Джерард. Леда резко вскочила.

Он оперся на костыли и, увидев ее виноватое лицо, посмотрел с любопытством.

— Я напугал вас?

— Нет, я просто читала. Он поднял бровь.

— Вы не дали мне никаких поручений.

Донесся какой-то шум. Она глянула на дверь в ужасе. Замок щелкнул, но дверь не открылась к великому облегчению Леды. Через несколько мгновений послышались отдаленные голоса и шаги в зале.

Она знала, что вся красная, но ничего не могла поделать.

— Скрываете тайных вздыхателей? — спросил он.

Леда перешла на официальный тон:

— Я полагаю, вы хотели, чтобы я явилась сюда, мистер Джерард? — Он отставил один костыль и плотно закрыл за собой дверь.

— Я говорил с лордом Грифоном, — сказал он.

Она подавила в себе желание выпалить: «Я знаю». Вместо этого она подошла к секретеру, взяла свою записную книжку.

— Тогда мы можем это вычеркнуть из списка, — она открыла блокнот и села. — Я обдумывала рекомендации по поводу вашего следующего шага, но боюсь, что ваша травма может послужить препятствием. Вряд ли вы сможете пригласить леди Кэтрин на вернисаж в Академию или на прогулку в парк.

Он облокотился на дверь.

— Я не инвалид.

— Я уверена, что вы не сможете ходить по галерее на одной ноге, — сказала Леда уныло. — К тому же вы совсем не выглядите героической фигурой на костылях. По крайней мере, в качестве эскорта молодой леди, выходящей в общество впервые.

— Это не для меня. Я должен вас покинуть.

Леда пристально взглянула ему в глаза,

— Я получил известие с Гавайев. Необходимо, чтобы я вернулся. Немедленно.

Этот удар заставил ее умолкнуть. Она сидела, уставившись на него в отчаянии.

— Мне нужна каюта на первом же пароходе. Позвоните по телефону и закажите. Не имеет значения, какой порт — Нью-Йорк или Вашингтон. И частный экипаж до Ливерпуля. — Его рот скривился. — Следите за дыханием, мисс Этуаль.

Леда схватила воздух и проглотила. Она смотрела в блокнот и записывала дрожащей рукой: «Каюта. Первый пароход. Частный экипаж».